Дайан Дюваль - Зарождение тьмы

Роланд просверлил его взглядом.  

Лизетт повернулась к Крису:  

– Крис, красавчик, что ты припас для нас?  

Тот заулыбался.  

– Ты же знаешь, как я не люблю повторяться, дорогуша. Я подожду всех.  

Вошел еще один бессмертный страж. Почти метр восемьдесят пять, короткие, цвета воронова крыла волосы, темно-карие глаза с поразительно густыми ресницами.  

Должно быть, это брат Лизетт.  

Он снял пальто и явил миру черные слаксы, облегавшие стройные бедра и крепкие голени. Темная футболка с короткими рукавами подчеркивала мускулистую грудь, широкие плечи и вздувшиеся бицепсы. Как и остальные, включая Роланда, он был вооружен до зубов многочисленными ножами и глоком сорок пятого калибра.  

– Этьен, – сказала Лизетт, когда он повесил пальто, – подойди и познакомься с отважной смертной Роланда. Я решила, что мы должны стать лучшими подругами.  

Сара задрала голову и посмотрела на любимого, тот подмигнул ей и незаметно погладил по спине.  

Этьен стал рядом с сестрой и расцеловал ее в обе щеки. После этого улыбнулся Саре и протянул ей руку.  

– Должно быть, ты Сара. Познакомиться с тобой – настоящее удовольствие. – Голос у него был низкий и тоже с французским акцентом.  

Когда Сара вложила ладонь в его руку, он поднес ее к своим губам для поцелуя, как делал Роланд с Лизетт.  

– Тоже рада познакомиться.  

– Весь Интернет гудит рассказами о твоих геройствах.  

– Каких геройствах? – спросила Сара, пытаясь определить, не насмехается ли он над ней.  

– Спасение жизни Роланда, конечно. Обо всем этом говорится на веб-сайте бессмертных стражей.  

У них есть сайт?  

Этьен оставил ее в покое и с улыбкой протянул ладонь Уорбруку:  

– Рад видеть тебя, Роланд.  

Тот пожал ему руку и кивнул в знак приветствия. Было странно видеть его таким: несколько мрачным и неразговорчивым. Он всегда был таким страстным и открытым, когда они были наедине.  

Затем Этьен повернулся к Крису и Маркусу.  

– Крис. – Обмен рукопожатиями. – Маркус.  

Когда и приветствие Маркуса было завершено, лицо Этьена приняло серьезное выражение.  

– Я с большим огорчением узнал о леди Бетани. Если я чем-то могу быть для тебя полезен, друг мой, если могу что-то сделать, пожалуйста, дай знать.  

Маркус поджал губы.  

– Я ценю это. – Его глаза еле заметно засветились, и Сара встревоженно увидела, что в них отражается огромное горе.  

Кто такая леди Бетани?  

Был ли Маркус одним из бессмертных, кто любил человека, о чем говорил Роланд? Его любимая недавно скончалась?  

Поскольку Крис жестом предложил переместиться в просторную столовую, Сара мысленно заметила себе спросить позже у Роланда.  

Лизетт и Этьен заняли кресла рядышком на конце стола, настолько длинном, что мог вместить двадцать человек.  

Роланд подвел Сару к паре кресел напротив и опустился рядом с ней. Облокотившись о деревянную поверхность, он широко расставил колени таким образом, что его нога прижалась к ее.  

– Лизетт просветила тебя, что случилось с Роландом и Бастиеном? – спросил Крис Этьена, сам усевшись в ближайшее к ним кресло и бросив папку на стол.  

Француз нахмурился:  

– Она говорила, что вы думаете, будто он бессмертный, но…  

Сара ахнула и подпрыгнула, когда Сет внезапно материализовался у стола.  

Все остальные схватились за оружие, затем выругались и расслабились.  

– Проклятье, – проворчал Маркус, – предупреждай, прежде чем так заявляться.  

Подняв брови, их высоченный командир уселся на противоположном конце стола и обратился к Крису:  

– Ты утверждаешь, что этот Себастьян – бессмертный.  

– Да.  

Все встревоженно обратили взоры на Сета, лицо которого было непроницаемо.  

Даже не зная его, Сара могла сказать, что старший страж считал данный факт личной неудачей. Знавшие его – тоже и, кажется, понятия не имели, как быть. Немного похоже на то, словно дети впервые понимают, что и родители допускают ошибки.  

Словно они и мысли не допускали прежде, что их предводитель мог налажать.  

Ницше выбрал этот момент, чтобы прокрасться в комнату и, отвергнув множество свободных мест, запрыгнуть прямо на колени Сету.  

Крис открыл папку и пролистал несколько страниц.  

– Сара была права. Враг Роланда определенно бессмертный. Урожденный Себастьян Ньюкомб, получил титул графа Марстона после смерти отца в 1807 году. После инсценировки собственной смерти в 1815 – предположительно, был убит разбойником с большой дороги, хотя тело так и не было найдено – взял имя Жюльена Марстона. Жюльен в честь отца, Марстон – титул. Поскольку нашими ресурсами он не обладал, то переезжал каждые двадцать-тридцать лет, иногда менял имена, но всегда выбирал фамильные. Европейское отделение Сети проделало феноменальную работу, найдя исторические документы с его подписью, так что мы четко смогли нарисовать карту его передвижений. – Каждому, включая Сару, он передал пачку документов. – Что бы ни заставило его жаждать головы Роланда на блюде, это случилось в Лондоне, – продолжил Крис, глядя на обсуждаемого стража, – поскольку он до сих пор идет по твоему следу.  

Сара уставилась на бумаги перед собой. В одной колонке в хронологическом порядке перечислялось множество городов, в которых жил Роланд, начиная с пребывания в Лондоне в начале девятнадцатого века. В другой – то же самое для Себастьяна, он же Жюльен Марстон, Жюльен Ньюкомб, Себастьян Марстон и Марстон Ньюкомб.  

Где бы ни был Роланд, Себастьян следовал за ним. Иногда на поиски уходили годы, но он всегда находил его, обычно как раз в то время, когда бессмертный сворачивался и снова переезжал.  

– Какого черта? – пробормотал Роланд.  

– Тебе повезло, что ты перебрался в Штаты, – сказал Крис, обращая внимание на последние несколько страниц. – Он совсем потерял тебя и, как можешь видеть, потратил следующие несколько десятков лет, путешествуя по всему земному шару. Полагаю, в поисках тебя.  

Роланд отшвырнул бумаги.  

– Да говорю же, я этого ублюдка никогда раньше не встречал. Пока однажды утром он не распял меня на восходе солнца.  

Маркус помотал головой:  

– Не припоминаю, чтобы прежде видел его.  

Этьен громко заметил:  

– Ну, он уж точно видел Роланда. – И повернулся к нему: – Может, ты убил того, кто обратил его. Он бессмертный, не вампир, так что может быть более преданным тому, кто его инфицировал.  

Роланд недоверчиво помахал страницами:  

– До такой степени?  

Сет откашлялся.  

– Больше у него никого не было. Это правдоподобно.  

Повисло неловкое молчание.  

Крис разворошил бумаги.  

– Как бы то ни было, а добровольная самоизоляция Роланда работала в его пользу. Переехав в Штаты, ты отказался от слуг и отверг аколита. С другими стражами взаимодействовал очень редко. Так что, в сущности, ему не за что было зацепиться. Когда он наконец нашел тебя примерно двадцать лет назад, вероятно, ему тупо повезло.