Хейли Норт - Доктор Любовь

Ему казалось, что кольцо прожжет дырку в кармане его брюк. И тут краем глаза он заметил пробирающуюся к выходу Даффи.

– Стой! – крикнул он намного громче, чем намеревался, и все розовые дамы повернули головы на крик.

Даже Тиффани растерянно остановилась. Хантер воспользовался представившейся возможностью и сбежал.

За рекордно короткое время он пронесся по залу, выскочил наружу и помчался по боковой дорожке в сторону отъезжавшего «БМВ».

Видя, что не успевает, он выскочил на дорогу перед машиной и поднял руки.

К счастью для него и для их с Даффи потомства, она успела нажать на тормоз.

И Хантер сел к ней в машину.

Это позволило ему рассмотреть вблизи грозовое облако, набежавшее на лицо Даффи, что было явным признаком того, что он столкнулся с серьезной проблемой. Во всяком случае, это не было похоже на ту романтическую сцену встречи, которую он рисовал себе в мечтах. Глаза Даффи метали молнии.

Запыхавшийся Хантер не успел даже захлопнуть дверь, как она рванула машину с места и влетела в транспортный поток улицы. Даффи была так расстроена, что не могла говорить. Ей следовало бы радоваться возвращению Хантера. Ей должно было бы льстить, что он отправился искать ее на мероприятии, о котором она собиралась представить репортаж.

Он протянул к ней руку.

– Даже не думай об этом, – сказала Даффи.

– Что? – Шок на его лице не мог быть поддельным.

– Не позволю касаться меня руками, которые трогали Тиффани Фиппс. – Ну вот, сказала. Господи, каким унижением это оборачивается против нее, особенно если вспомнить, как она сама использовала Эрика, брата Тиффани, чтобы причинить боль Алоизиусу.

Хантер склонился к ней, почти загораживая стекло.

– О чем ты говоришь?

– Ты прекрасно знаешь о чем.

– Это Тиффани, да? – Хантер горько засмеялся. – Да она для меня ничего не значит.

– Ничего? – Даффи даже не подозревала, что способна так ревновать. – Наверное, мы говорим на разных языках, если для тебя провести с ней ночь после нашего возвращения из Лас-Вегаса ничего не значит!

– Неужели ты поверила, что я мог сделать это?

Даффи передернула плечами.

– Ладно, был такой момент в моей жизни, это правда. Но это было до нашей с тобой встречи. Ты изменила меня, Даффи. Я вижу красивую женщину и говорю себе, что эта женщина не так красива, как Даффи, и совсем не так интересна. – С каждой фразой голос Хантера повышался, и в конце он уже почти кричал.

Изумленная Даффи сбавила скорость и подъехала к обочине.

Хантер продолжал:

– Черт возьми, я вернулся из поездки надень раньше. Ты имеешь хоть какое-то понятие почему?

Даффи покачала головой. Вызванная ревностью злость улетучивалась быстро, как июльская роса.

– Чтобы просить тебя выйти за меня замуж!

Хорошо, что она уже остановила машину и перевела рычаг в парковочное положение. В противном случае им понадобилась бы машина технической помощи, чтобы отбуксировать автомобиль после аварии. Она взглянула на Хантера:

– Ты ведь не говорил этого, правда?

Хантер полез в карман, покопался там и достал синюю бархатную коробочку.

– О нет, – прошептала Даффи.

Хантер попытался заглянуть ей в глаза.

– Наверное, я делаю все не так, как следовало бы, но позволь, я доведу это до конца.

Он открыл коробочку и протянул ей. Камни ярко вспыхнули в лучах заходящего солнца. Даффи сделала глубокий вдох и сказала:

– Это лучшее из всех колец, которые я когда-либо видела.

– Оно твое.

Даффи покачала головой – медленно, неохотно. Она боялась произнести слова, из-за которых рисковала потерять единственный шанс стать счастливой, и все-таки считала себя обязанной сказать.

– Я не могу выйти за тебя.

– Еще как можешь.

– Нет, не могу. – Ей следовало бы догадаться, что Хантер ни за что не удовлетворится простым «нет».

– Не понимаю. Мы же прекрасно подходим друг другу.

Почему он не говорит слова, начинающегося с буквы «л»? Даффи принялась рассматривать кольцо, потому что так было проще, чем встречаться взглядом с Хантером. А кольцо было потрясающим. Она не могла вообразить ничего совершеннее.

Однако совершенство – это совсем не обязательно любовь на всю жизнь. Любовь требует искренности и честности, она предусматривает существование обязательств, а Даффи вовсе не была уверена, что кто-либо из них понимал это в достаточной для вступления в брак степени. Если бы она оказалась в такой ситуации раньше, она ответила бы согласием, а затем нашла бы способ отделаться от парня. Сейчас она по крайней мере стала немного мудрее.

– Мне жаль, – прошептала она. – Правда, очень жаль.

Хантер никак не мог смириться с тем, что она отказывает ему.

– Ты можешь хотя бы объяснить, почему «нет»?

– Ведь мы только что орали друг на друга, – аргументировала она.

– У каждой пары случаются ссоры.

– Мы недостаточно долго знаем друг друга.

– Что значит недостаточно долго? – Хантер взял Даффи за руку, теряясь в догадках, из-за чего все пошло не так, и задаваясь вопросом, почему бы ему не надеть это уникальное кольцо ей на палец. – Недостаточно, чтобы понять, что я хочу каждое утро просыпаться рядом с тобой и делить с тобой горести и радости?

Даффи моргнула, и Хантер испытующе посмотрел на нее. Неужели она растрогалась до слез? Тогда это определенно хороший знак.

– Или недостаточно, чтобы понять, что я хочу иметь с тобой детей и совершить кругосветное путешествие? Недостаточно долго, чтобы догадаться, что ты хочешь того же самого, но боишься сказать «да»?

– Я не боюсь.

– Боишься. Ты боишься, что у нас ничего не получится и ты станешь обманывать меня, а я тебя. Мы возненавидим друг друга за то, что испортили красивую мечту, и на этом все кончится.

Даффи ахнула.

– Откуда тебе известно, о чем я думаю?

Хантер взял коробочку и захлопнул крышку.

– Потому что мы оба боимся одного и того же. Но знаешь, у меня все же хватает решимости попытаться наладить жизнь.

– А ты думаешь, у меня ее нет?

Даффи начинала выходить из себя. Хорошо. Хантер хотел разозлить ее, сильно разозлить. Ему это удалось. Она скажет ему правду, признается, что любит его и не может жить без него.

Любовь. Хантер нахмурился. А он сказал, что любит ее?

– Даффи…

– Все равно я не могу выйти за тебя, потому что Доктор Любовь – это я!

Она выпалила свое признание скороговоркой, и Хантер, озабоченный тем, что допустил промах, не сказав ей о своей любви, сначала не обратил внимания на ее слова. Но потом до него начал доходить смысл сказанного ею. Он переспросил:

– Что значит, что Доктор Любовь – это ты?

– Я веду эту колонку, – на удивление спокойно для такого сакраментального признания ответила Даффи.