Энни Джокоби - Прекрасные иллюзии

— Значит, отлично. Договорились!

Видимо, Райан почувствовал в моих словах фальшь. Он повернулся ко мне.

— О, Айрис. Я знаю, что ты в общем-то, не счастлива из-за Ника. Но прошу, просто познакомься с ним, — он вышел в другую комнату, и вскоре я услышала разговор. — Да, приятель.

Пауза.

— Да, в пятницу, в «Плаза III».

Пауза.

— В восемь.

Пауза.

— Тогда увидимся.

— В пятницу в восемь?

— Ну, «Плаза III» обычно забита до отказа.

Я любила это место. Я не могла себе позволить ходить туда до встречи с Райаном, но теперь мы бывали там, по крайней мере, раз в месяц.

Но я и понятия не имела, насколько особенным станет этот вечер. Как и Райан.

Глава 34

Настала пятница, день встречи с Ником. Я была на работе, переживая по поводу предстоящего вечера. Я не знала, чего ожидать. Будут ли они пожирать друг друга взглядами, будут ли говорить обо мне, когда пойдут в уборную? А может, начнут обсуждать секс втроем? Я знала, что Ник вроде бы и натурал, но наверняка он более бисексуален, чем Райан. По крайней мере, у меня была такая информация. Ник любил женщин, женщины любили его, и у него были приятели на стороне. Вот, в чем дело. У Ника были приятели на стороне, а у Райана их не было. Мой Райан — однолюб, а вот Ник наверняка спал со многими парнями.

Я попыталась обдумать это, но бросила затею.

— Я пытаюсь сказать, что Ник никогда не прочь завести отношения с парнем, — сказал мне Райан, — он постоянно находит себе партнеров. Но это не значит, что он не любит свою жену, и что у них нет секса.

Я вздохнула. Я уже прочитала столько книг про бисексуалов, и я знала, что такие как Ник — не редкость. Они счастливо живут в браке и изредка имеют секс с мужчиной на стороне. Мамочка меня к такому точно не готовила. Боже, во времена моего детства Ника бы дразнили скрытым гомиком. Наверняка. Странно, что вдруг оказалось, что мужчина может заниматься сексом с другими мужчинами и не быть геем. Или почти геем. Я подумала о Кэри Гранте и Джеймсе Дине — открытых бисексуалах, и мне стало легче.

Я сосредоточилась на работе, которая, к слому, легче не стала. Я постоянно увязала в клиентских запросах, объясняла правила процедуры признания банкротства и принципы установления опеки над детьми. Плюс, одному клиенту пришлось рассказывать, что его делом я займусь только после того, как он слезет с иглы. И вот, уже шла вторая половина дня, а очередь в офис все не кончалась, и я уже была на последнем издыхании. Слава Богу, хоть вечером я смогу немного развеяться.

Правда, так развеиваться я не собиралась.

В конце рабочего дня я вышла из офиса и направилась к своей машине. Вдруг из ниоткуда выскочила тонкая фигура, прыгнула на меня и накинула мне на шею удавку. Я стала задыхаться, а потом и вовсе потеряла сознание.

Глава 35

Я пришла в себя не сразу. Даже не знаю, сколько времени провела в отключке, да и место тоже не знала. Мне завязали глаза, запястья приковали к ручкам кресла, а лодыжки — к ножкам. Меня тошнило. Я почувствовала запах рвоты где-то рядом.

Мне нужно было сориентироваться. Может, я сплю? Я всегда просыпаюсь утром в панике, не зная, где я. Я подождала вспышки воспоминаний, чтобы понять, где я, и снова погрузиться в сон.

Я почувствовала, как руку мне стягивают каким-то жгутом. Потом в локоть вонзилась игла.

Что за хрень творится? Но я не паниковала. Я была слишком растеряна для паники, и понимала только, что происходит что-то неправильное. Сон это или явь?

Я стала молиться, чтобы происходящее оказалось сном. А потом я услышала голос

— Привет, Айрис.

— Привет? — переспросила я неуверенно.

— Вижу, ты проснулась.

— Да, я проснулась, — констатировала я очевидное.

— Ты знаешь, где ты?

— Нет.

— Я думаю, Райан тебе обо мне рассказывал?

Понятно, все это связано с Райаном. Не просто маньяк вроде тех, из сериалов. И если я не сплю, и все это мне не снится, пора думать о том, как быть и что делать. Я была удивлена тем, что не поддалась панике. Наверное, это все мой мозг юриста. Или у меня просто супер-нервы.

Я кивнула. Может, Райан и рассказывал мне. А может, и нет. Я не знала, кто стоит передо мной. Не знала.

— Сукин сын.

В меня словно током ударило. А вдруг это Рошель? Это точно была не Алексис. Я знаю голос Алексис. Тем более, что она приходила к нам, не так часто, как раньше, но все же, и всегда была мила. Пыталась начать жить заново. У нее даже вроде бой-френд появился, и мы как-то выходили все вчетвером в кафе. Я не думала, что она могла бы меня похитить. Даже если снова взялась за старое.

И снова я думала совершенно хладнокровно. Я всегда примеряла на себя такие ситуации из фильмов и представляла себе, как я себя поведу. Я оказалась молодцом.

— Гребаный урод. Я следила за ним, как ты поняла.

Я кивнула.

— Этот говнюк пошел вчера в «Тиффани». В «Тиффани», твою мать! Он купил тебе самый большой камень в мире. Платиновое кольцо, камень в пять карат. Прекрасный камень, — она дышала, как загнанная лошадь. — Этот камень должен был быть моим! Он любит меня, ты, маленькая сучка!

Она пнула меня прямо в голень, потом взяла какой-то ремень и стегнула меня по обнаженным бедрам. Вспышка боли ослепила меня, по щекам полились слезы.

Потом она взяла нож и приставила его к моему горлу.

— Я могу тебя убить. Ты ему не нужна. Он не должен быть с тобой. Он должен остаться со мной!

Нож был холодным и острым, его кончик уткнулся мне прямо в горло над яремной веной. Во всяком случае, я представила себе это так.

Я ахнула. Мысли закружились и понеслись к маме. Наверняка она просто с ума сойдет от беспокойства, если я пропаду. Я стану одной из тех без вести пропавших женщин, о которых больше никто и никогда не услышит. Семья будет горевать, и никто никогда и не узнает, что случилось. Я снова подумала о маме. Мама. Конечно, все будут сходить с ума от беспокойства, но только не она.

Это ее просто убьет.

У меня не было сомнений насчет планов Рошель.

— Что тебе нужно от меня? — я решила, что пора действовать, пора подумать, что сказанное или сделанное сможет меня спасти.

— Маленькая дрянь. От тебя мне ничего не надо.

И она — шшшух! — хлестнула ремнем по моим бедрам. Я завопила от боли. Женщина взяла нож и просто полоснула им меня по руке. И снова я закричала от безумной боли. Я почувствовала, как она окунает пальцы в теплую кровь, а потом услышала, как она их облизывает.

— Никто не знает, что ты здесь. Никто не услышит твои крики.