Запретные навсегда - М. Джеймс

ею здесь, прежде чем убью тебя. Конечно, это было бы менее комфортно, менее приятно в первый раз, хотя она, конечно, будет бороться, и это своего рода удовольствие. Я мог бы заставить тебя смотреть, как я заставляю женщину, которую ты любишь, кончать подо мной. Разве это не было бы восхитительно? И я обещаю тебе, что так и сделаю. Хочет она этого или нет, я буду заставлять ее кончать для меня снова и снова, пока она не будет настолько сломлена, что у нее не останется иного выбора, кроме как признать, что она хочет меня в самой глубине души, что на самом деле, она всегда хотела, с той минуты, как я появился в доме, который должен был достаться мне.

Я отстранился, когда Саша обратилась со своей просьбой к Левину, но в тот момент я все понял. Я благодарен, что она попросила его, а не меня, потому что я не верю, что смог бы это сделать, даже для того, чтобы спасти ее от такой участи. Но я знаю, что он мог бы, и если Арт попытается воплотить в жизнь вторую половину своих фантазий, я надеюсь, что у него это получится. В тот момент, как бы мне ни было тошно от этого, как бы я ни боролся, чтобы удержать его подальше от нее, я знаю, что он выстрелил бы в меня там, где это заставило бы меня медленно умирать, и оставил бы меня там смотреть. Я знаю, что сейчас, когда мы здесь, я не могу это остановить. И я не хочу, чтобы Саша это терпела. Так далеко это не зайдет. Я почти слышу ее голос в своей голове, пытающийся подбодрить меня, дать мне надежду. Он не сделает этого с нами. Он не одержит победу.

— Так трудно выбрать, — размышляет он, и я слышу крик разочарования Джианы с того места, где они стоят, с маской ужаса на лице, когда она слушает Арта.

— Просто позволь ему убить нас, родной! — Кричит она, делая шаг вперед. Томас хватает ее за руку, но она стряхивает его с удивительной силой, глядя на меня с мольбой в глазах. — Беги и забери Сашу! Оно того не стоит…

— Заткнись, женщина! — Арт набрасывается на нее, сильно ударяя по лицу, и в этот момент все меняется.

Я вижу, как в тот момент, когда в Томасе что-то ломается, он превращается из пожилого садовника и конюха в мужа, жене которого причинили вред. Он бросается к Арту, издавая непонятный крик, бросаясь на вооруженного человека. Когда Арт отступает, чтобы ударить его рукояткой пистолета, я замечаю Левина, выходящего из-за дальнего угла дома, а за его спиной, двух моих бывших охранников. Краем глаза, с другой стороны, я вижу еще двоих. Я вижу, как Левин едва заметно кивает, щелкает пальцем, и ночь прорезает звук выстрела.

Томас отшатывается, его рука на руке Джианы, явно реагируя так, как будто выстрел был сделан Артуро. Я чувствую, как Саша напрягается рядом со мной, но в следующую секунду Арт бросается вперед, его колено подгибается, когда пуля находит свою цель. Рефлекторно он нажимает на спусковой крючок своего собственного пистолета, и выстрел становится громким. Саша бросается на траву, Томас и Джиана отскакивают в сторону, но я уже поднимаюсь на ноги, когда Левин бросается вперед, он и другие мужчины пользуются возможностью броситься на Арта.

— Ты, блядь… — выдыхает Арт, пытаясь снова подняться, даже с искалеченным коленом. — Ты, блядь, солгал… Я сказал…

— Мне похуй, что ты сказал. — Я выбиваю пистолет из его протянутой руки и тянусь за ним, когда Левин приближается к нам. Он и другие мужчины окружили Арта, наставив на него оружие. — Ты привел нас с Сашей сюда, угрожая убить дорогих мне людей. Минуту назад ты угрожал изнасиловать ее у меня на глазах. Я давал тебе шанс отступить. Я дал тебе шанс переосмыслить то, что ты делал. Я предложил тебе гребаное прощение, и вот как ты мне отплатил?

Я медленно протягиваю руку, направляя пистолет ему в голову.

— Я думаю, что давно пора было избавить тебя от страданий, Артуро Агости. Ты мне не брат.

Я на волосок от того, чтобы нажать на спусковой крючок, когда чувствую руку Саши на своей руке. Я колеблюсь всего секунду, удивленно глядя на нее.

— Он твой брат, — мягко говорит она, ее рука скользит вниз по моей руке. — Я знаю тебя, Макс. Я знаю, что в этот момент ты бы нажал на спусковой крючок без колебаний из-за того, что он сделал. Я знаю, ты бы добавил еще больше крови к тем рукам, которые всегда пытаешься отмыть дочиста. Но сейчас я могу кое-что сделать для тебя, чтобы уберечь тебя от этого бремени.

Ее рука накрывает мою, тянется к пистолету.

— Что? — Я смотрю на нее, не до конца понимая. — Саша, я не позволю ему уйти. Только не после того, как…

— Я тебя об этом не прошу. Дай мне пистолет, Макс. — Ее рука сжимает его сильнее. — Отдай его мне.

— Я не понимаю.

— Он твой брат, — тихо повторяет она. — Но он не мой, и мне тоже нужно свести с ним счеты. Так что на этот раз я буду той, кто сделает это.

Тогда до меня доходит, что она говорит, и что предлагает. Я чувствую, как моя рука ослабевает, когда Саша берет пистолет, а Арт в ужасе смотрит на нее из травы и начинает смеяться.

— Ты, блядь, не собираешься меня убивать, — шипит он. — Ты, черт возьми, этого не сделаешь. Сука. Ты не сможешь нажать на курок…

— Смотри на меня, — спокойно говорит Саша.

И затем, прежде чем Арт успевает сказать еще хоть слово, воздух наполняет еще один выстрел.

28

САША

Я никогда раньше не убивала человека. Я думала об этом. Об убийстве мужчины на складе, который лишил меня девственности, Алексея, Эдо и да, Арта. Я никогда не чувствовала такой вины, как Макс, за то, что хотела отомстить. Я думала об этом и чувствовала, что поступаю правильно.

Я никогда не думала, что действительно сделаю это. Это оказалось проще, чем я ожидала.

Я смотрела на него сверху вниз, пока он травил меня своим ядом до последнего вздоха, и, в конце концов, нажать на курок было не так уж трудно. Сиюминутное решение. Ощущение, что это был правильный выбор.

Макс бы это сделал. Я знаю, что он бы так и сделал, но я не могла ему этого позволить. Все это время он нес на себе тяжесть других жизней, кровь, которую он никогда не перестает видеть. Я не могла позволить ему усугубить свой кошмар. Я могу понести часть