Плохиш для хорошей девочки - Алиса Селезнёва

– В клубе. Буду поздно.

Агата сбросила вызов и выключила гаджет. План в её голове складывался великолепно. Сейчас они посидят в баре ещё немного, а после Стас проводит её до дома. Она нажмёт на кнопку домофона, дождётся, когда мать снимет трубку, и скажет Стасу «пока». Затем он её поцелует, и она продиктует ему несуществующий номер телефона. Мать решит, что у Агаты завёлся парень, и перестанет её третировать.

– Всё в порядке, детка?

– Более чем.

Стас заржал. Агата принялась пить третий коктейль. Тот сильно отличался от двух предыдущих. Голову у неё обнесло уже после пятого глотка, и, почувствовав тошноту, она зажала рот ладонью.

– Мне надо на воздух.

– Конечно.

Бугай легко снял её со стула и повёл в сторону выхода. Без него она бы не ступила и шагу. Агату качало из стороны в сторону, а перед глазами всё плыло, как у героев старых диснеевских мультиков.

На улице было темно и холодно. Ветер растрепал её волосы. Голове стало легче, но желудок по-прежнему просился на волю. Бугай прижал её к стене и жадно поцеловал. Поцелуй у вертикальной поверхности всколыхнул в воспалённом мозгу далёкие и больные воспоминания. Имя вырвалось наружу без её воли.

– Данил…

– Детка, для тебя я буду кем угодно.

И он снова поцеловал её. Буквально впечатал в стену и чуть не откусил губы. Агата пыталась отбиваться. Колотила его и отчаянно шептала: «Пожалуйста, нет. Пожалуйста, не надо». Он задрал ей платье до самого пупа и начал сдёргивать колготки. Агата захныкала. Она плохо понимала, что происходит, но чувствовала, что ничем хорошим для неё это не кончится.

– Пожалуйста! Пожалуйста, отпустите меня домой! Я не хочу! Данил! Данил…

– Не боись! Тебе понравится! Потом ещё сама продолжения попросишь.

В районе поясницы затрещал шёлк, и пальцы Стаса легли на обнажённые Агатины ягодицы.

– Лапы от неё убери!

Кто-то резко схватил бугая за плечо. В панике Агата отшатнулась. Голос говорившего показался ей смутно знакомым, но разглядеть его лицо она не смогла. Сфокусировать зрение никак не получалось. Вокруг было темно, а перед глазами всё дёргалось и плясало.

– Шёл бы ты, парень, своей дорогой.

– Я-то пойду, но с ней.

Кое-как, держась левой рукой за стенку, правой Агата опустила платье и натянула колготки.

– Это вообще-то моя девка. И пошла она со мной по собственному желанию. Эй, малышка, ответь-ка этому Робину Гуду. – И бугай похлопал Агату уже по прикрытым ягодицам. – Скажи, что ты сама не против.

Агата захныкала и снова зажала рот ладонью. Ей было плохо. Невыносимо плохо. И она неистово хотела домой.

– Вижу я, как она не против. Девчонка в «дрова». Еле на ногах стоит.

Дальше последовал мат. Агата наклонила голову и закашлялась. Коктейли один за другим с шумом покидали её желудок. Перебранка рядом продолжилась. «Робин Гуд», похоже, был не один. За его плечами стояли как минимум двое. Кто-то сказал, что Агате всего семнадцать, кто-то назвал её фамилию и пообещал вызвать полицию. Последовала ещё одна порция мата, а потом бугай пропал с поля боя, так и не успев помахать кулаками.

Агата продолжала выплёвывать алкоголь. «Робин Гуд», мягко приподняв её за плечи, помог встать на ноги. Она и не заметила, как очутилась на коленях прямо на сырой и холодной земле.

– Агата, что ты с собой сделала?..

Сфокусировав взгляд, она уставилась на своего спасителя. В пятнадцати сантиметрах от её глаз замаячило расплывчатое лицо Данила.

– Это ты виноват! Я тебя любила больше всего на свете, а ты меня уничтожил.

Он поднял её на руки и понёс куда-то вперёд. Ещё через мгновение Агата провалилась в сон.

______________________________* слово "бугай" согласно толковому словарю имеет два значения. Первое и прямое – бык-производитель, в второе и переносное – крупный и крепкий мужчина.** бурдомага – плохо приготовленное, невкусное питьё или жидкая, невкусная пища.

Глава 39

Так принц спас свою принцессу…

На следующий день Агата проснулась в половине второго. В своей постели, всё в том же ярко-красном платье и с жуткой головной болью. Во рту стояла такая сухость, что позавидовала бы сама пустыня Гоби. Почувствовав горечь, Агата сделала два глубоких вдоха. Нет… Никогда в жизни она больше пить не будет. Ей хватило одного раза. И до старости. И как только Данил соглашался отправляться в это сомнительное путешествие чуть ли не каждые выходные, пока они не начали встречаться?

Данил… При воспоминании о нём сердце у Агаты сжалось. Данил! Череда вчерашних событий мелькнула в голове немым фильмом. Её же спас Данил! Милый! Дорогой! Единственный! Её принц, что победил дракона. Где? Где он сейчас?

Кое-как поднявшись с кровати, Агата подошла к шкафу и сдёрнула проклятое красное платье. Колготки под ним были порваны. То ли её ногтями, то ли лапищами вчерашнего бугая. Ах… Агата потёрла виски. Чтоб он подох! А лучше утратил способность пользоваться своими причиндалами. Чтобы она была последней, кто додумался назвать его быком-производителем.

Из шкафа что-то выпало. Приглядевшись, Агата поняла, что это старый спортивный костюм. Отлично! Сейчас она выпьет кофе, примет какую-нибудь таблетку от головной боли и станет как огурчик. Главное – добраться до кухни. И, поставив цель, Агата медленно поползла в бывшую святая святых Али.

Из кухни доносился смех. Смеялась Анна Георгиевна. Громко и заливисто. Агата уже много лет не слышала, чтобы мать так смеялась. Сердце у Наумовой младшей забилось быстрее. Ну, конечно же! В кухне сидит Данил! Данил, который вчера спас её от бугая, привёз домой и уложил в кровать. А мама смеётся, потому что счастлива. Данил – герой. И теперь всё будет по-старому.

Прокрутив в голове последнюю мысль, Агата расцвела, насколько позволяло состояние, и ускорилась. Бросила по пути быстрый взгляд в зеркало, пригладила волосы, подтёрла размазавшиеся после долгого сна тени, убрала кулаком остатки помады с губ, схватилась за дверную ручку, потянула дверь на себя и… попятилась назад. На стуле, который обычно занимал Данил, и с кружкой, из которой обычно пил Данил, сидел Никита. А Анна Георгиевна ворковала около него так, как когда-то Аля ворковала вокруг Данила.

Агату накрыла волна разочарования. Принц не спасал свою принцессу.