Краски для Мальвины (СИ) - Мариш Ольга

— Пройдемте?

— Да, конечно.

Он задаёт стандартные вопросы мне и сам отвечает на мои.

Ребята Влада не успели приехать. Их направили сразу в больницу к Яне.

Её привёз к РОВД мужчина. Оставил и уехал.

Её обнаружили в нескольких метрах от входа двое сотрудников, она упала в обморок, они занесли её внутрь, где, когда пришла в сознание, сообщила, что её похитили и насильно удерживали. Назвала адрес, свое имя и коротко о том, что с ней произошло…

Даже этого мне хватило, чтобы дать себе слово, что ни одна гнида не выйдет сухой из воды за то, что с ней произошло…

Из повреждений медики обнаружили синяки, ссадины и гематомы на голове и теле. Рану на голове, которую придётся зашивать и отметили подозрение на перелом рёбер и ушиб органов.

Под конец жмём друг другу руки и я уезжаю в больницу к ней.

Парни Влада уже там, ждут, когда можно будет допросить Мальвину, а я выципляю медперсонал, чтобы узнать подробнее о её состоянии, потому как обещал Владу не путаться под ногами.

Сначала говорить со мной не хотят, но несколько купюр решают эту проблему.

Всё так, как мне рассказал участковый. Но к этому ушибы внутренних органов, сотрясение, на голове наложен швы, на руках следы верёвки, трещины на двух ребрах и руках. Кроме того, Яна, наотрез, отказалась от генекологического осмотра…

Сжимаю челюсти… знаю что это практически всегда означает, что жертва подверглась изнасилованию.

Сука… Сука! Бью стену, больше не в силах совладать с эмоциями.

Боль простреливает в руке, но не отвлекает…

Ну, Диана… Я сделаю всё, чтобы ты надолго присела. Пообещал сам себе и это немного успокоил. Убил бы… Дайте мне эту возможность!!! Сука!

Перед лицом неожиданно выросла фигура Влада.

— Давлатову задержали вместе с братом.

— С братом… — повторяю эхом.

— Это он привёз Яну. — поясняет он.

— Хочу поговорить с ним.

— Он не против. Даёт показания сейчас.

— И?

— Картина такая складывается. Диана заплатила двум отморозкам, чтобы они доставили к ней Яну, но они отказались участвовать в расправе, тогда Давлатов решила всё сама провернуть, но не смогла. Убить… это ж не в магазин сбегать… Вообщем, отвезла девочку к брату. Тот успокоил сестру, мол, сам всё сделает, но отвёз Яну не в лес, а в РОВД, сам вернулся к сестре.

— Это всё?

— А что должно быть ещё? — Влад скептически выгибает бровь.

— Она от гинекологического осмотра отказывается. — безжизненно сообщаю.

Скепсис с лица стерся.

— Ясно… Так, ты не накручивай. Сейчас я сам с Яной твоей потолкую. Обещаю не давить…

Заверяет меня.

Я верю.

Опускаюсь на скамью и провожу ладонями по волосам…

Девочка моя… Мальвина… как же я тебя подвёл и подставил…

91. Яна. Слишком реально…

Больно… очень больно… будто мою голову использовали вместо церковного колокола.

Сознание выплывает из тёмного омута. Руки и ноги, будто свинцом налитые, не слушаются. Как и все тело вообщем-то…

Тяжесть… Какая неприятная тяжесть… Будто придавили… могу сравнить это ощущение с кошкой, которая запрыгнув на живот, долго устраивается и топчется, прежде чем леч. Большая слоноподобная кошка…

Не могу открыть глаза… сил нет…

Запах… отвратительный запах немытого тела. Я бы поморщидась, но и эта функция моему телу, тоже, сейчас недоступна…

Кто-то, совсем рядом, тяжело дышит…

Мозг всеми силами пытается отключиться, но я сопротивляюсь. Секунда и ему это удаётся.

Блин. Заново…

Делаю громадные усилия над собой, но тело всё ещё притворяется не моим. Зараза.

Но по новой слышу… чувствую…

Чувствую… и хочу умереть…

Это сон!? Это ночной кошмар?!

Слишком реально…

Не верю…. в лёгких заканчивается кислород и сама мысль о вздохе кажется мифической…

Получается приподнять веки. Муть… Силуэт…

От осознания того, что происходит становится мерзко и отвратительно… От ситуации, от того, кто это со мной делает… от самой себя…

Слезы начинают душить и становится только хуже…

Некто дёргается, пыхтит… тяжело дышит…

А я молю об обмороке… А лучше о коме… Чтобы прекратить эту пытку… перестать чувствовать…

Но вместо этого полностью прихожу в себя, но все, на что меня хватает, это чуть сдвинуть руку…

Голос. Не могу разобрать что говорит…

С неимоверным усилием открываю глаза полностью.

Моя комната…

Кожу на шее царапает щитина… чувствую руки на своей груди…

Хочу сделать хоть что-то, но не могу и само чувство беспомощности убивает… остаётся лишь плакать…

Господи! Как же это отвратительно!

Собираюсь и пытаюсь оттолкнуть, но этого мало. Он будто не замечает моих попыток.

Шепчет мерзости мне на ухо, от которых тошнит.

Силы по чайной ложке возвращаются и теперь он не может игнорировать моих попыток освободиться. Толкаю, колочу, хлещу по лицу.

Не целюсь. Перед глазами ещё рябь.

Бьёт по лицу, хватает мои руки и заводит их над головой, фиксируя.

Начинаю брыкаться.

И если до этого моё сопротивление вызывало у него хохот, то теперь он разозлился.

Привстает и несколько раз ударяет меня по лицу.

Слезы льются водопадом, душат и не дают возможности даже пикнуть, не то что закричать…

Так и остаюсь лежать в пограничном состоянии… без возможности сопротивляться…

Не вынесу… пусть всё скорее закончится…

Зрение, несмотря на адскую головную боль возвращается.

Я знаю его… знакомое лицо.

Где я его видела?

Разве это важно… Забыть точно не смогу…

— Сав, заканчивай…

Слышу мужской голос и меня, буквально выворачивает наизнанку…

Денис!

— Погоди, торопиться некуда! — тяжело дыша ему ответил тот, что исьязает моё тело…

— Че, как до бабы впервые дорвался… — Денис нервничает.

— До такой, впервые! — мерзко ухмыляется и больно сжимает мою грудь. — Охуенная!

— Давай, не затягивай…

— Иди нахуй! Я только разошёлся! Времени вагон!

Слышу его ответ и меня, мутит, складывая пополам.

— С Сашкой своей закончишь… — не унимается Денис.

— Дэн, сьебись, не мешай. — раздражает этот Сава.

— Я звоню. У тебя есть время, пока за ней не приехали. — рявкает Денис, ясно давая понять, что не собирается мешать "другу".

— Обломыч… сам то два года её драл. — будто обвиняет в этом.

Денис оставляет меня с этим ничтожеством и уходит.

Не знаю сколько проходит времёни… я потеряла ему счёт.

Несколько попыток хоть что-то сделать привели к тому, что тело не только не слушается, но и болит, и ломит.

Когда всё заканчивается, я, уже, не сопротивляюсь. Даже не плачу.

— Хорошааа! Жаль, что времени маловато! — довольно тянет эта тварь…

Прокоучиваю в голове произошедшее… Морщус… Кто должен за мной приехать? Зачем? Чего от меня хотят?

— Нахуй ты её так разукрасил? — скорее, удивляется, чем осуждает Денис.

— С огоньком она у тебя! — бодро отзывается его товарищ. — Пришлось утихомирить!

— Перестарался.

— Ты же слышал. Про-ууу-чить! Значит о сохранности речи не было.

Пока они говорили я, всё же, смогла повернуться на бок, а потом и сесть… Поправила лямки и одернула подол…

Стыд? Нет. Я не чувствую стыда. Перед ними, так, точно. Я злюсь. Злюсь на себя, за то, что не смогла противостоять… и на этих шакалов…

— Ладно. Погнали. — слышу опять голос Дениса Слышь! — это он мне.

Подходит и садится на корточки, чтобы видеть моё лицо.

— Ну че, коза!? Допрыгалась! — ухмыляется мне в лицо, брезгливо рассматривая. — Встала, пошла. — командует он.

Никак не реагирую на его команду. Не собака.

— Оглохла? — рявкает он и хватает за плечо.

Дергаюсь, скидывая его руку.

— Не хотим по хорошему? — злится.

— Погоди, Дэн! — второй оттесняет Дениса.

Меня передергивает от звука его голоса.

— Зайка, иди, по-хорошему! — он облизывает губы и широко улыбается, оголяя ряд редких, отвратительно-жёлтых зубов.