Миссия соблазнить - Ядвига Благосклонная

Откашлялся, забрал свою руку и отпил вино.

Вероятно, девушка поумней заметила бы подвох уже тут, но я была слишком увлечена этим вечером. Этой маленькой персональной сказкой.

Разговор шел легко и непринужденно. Впрочем, как и целый вечер. Вкусный ужин, красивый мужчина, вино… О чем еще можно мечтать?

— Потанцуем? — В какой-то момент предложил Синица, а я с радостью согласилась.

Подключив телефон к стереосистеме, Дима включил песню на телефон. Взмахнув волосами, поднялась, с игривой улыбкой подошла вплотную и положила руки ему на плечи. Медленно покачиваясь под мелодию, мы дарили друг другу нежные улыбки.

— Это удивительный вечер, Дим. Правда. Спасибо тебе за это, — прижав голову к его груди, прошептала.

Как громко стучит его сердце.

Тук-тук. Тук-тук.

— Таких вечеров может быть больше, — чуть погодя, сказал он.

— Будем каждый вечер заниматься вандализмом? — подняв голову и заглядывая в эти уже родные мне глаза, пошутила.

— Нет, — убрал ласково локон с моего лица, — мы просто будем вместе.

Больше игривости в его голосе не прослеживалось.

— Дим…

— Ульяна, посмотри, этот вечер прекрасен. Мы живем вместе, знаем друг друга в быту, прекрасно ладим. Ты удивительная девушка. Ты мне очень нравишься. Чего ты боишься?

— Я… — в горле внезапно пересохло.

Резко отстранившись, взяла со стола бокал и залпом его осушила. — Я не знаю. Это просто…

— Не для тебя, — кивнул он. — Я это уже слышал, и меня не убедило. По-моему, ты боишься влюбиться.

— Пфф! Да я постоянно влюбляюсь!

— Нет, — упрямо качнул головой. — Тебе хочется так думать. На самом деле ты заведомо выбираешь тех, с кем в перспективе ничего не будешь иметь.

— Мы друзья, Дима, зачем все менять?

— Ульяна, очнись! — сорвался он. — Мы спим вместе. Мы никогда не были друзьями и не будем.

— Но почему?

— Потому что я не собираюсь быть тебе другом. Я хочу быть всем. Я не хочу тебя ни с кем делить, не хочу постоянно переживать, что ты можешь в любой момент соскочить. Эти свободные «отношения» не для меня, черт возьми!

— Но ты говорил…

— А что я ещё мог сказать? — фыркнул, запуская пальцы в волосы. — Я хотел показать тебе другую сторону отношений. Что это не только условности, что это круто разделить с кем-то свое горе, просто говорить, проводить время вместе. Мне хотелось, чтобы ты посмотрела на все с другой стороны, но, видимо, я слишком много прошу, — сухо закончил.

— Зачем тебе все это? — в глазах неприятно защипало. Слезы с каждой секундой становилось все труднее сдерживать.

— А разве не понятно? — развел он руками. — Я влюблен в тебя. Я узнал тебя как человека, и влюбился. Я видел тебя ненакрашенную, видел злую, смешную. Ты запала мне в душу. Я знаю, что ты любишь есть на завтрак, а что терпеть не можешь. Знаю, что при всем своем характере, ты верный друг и горой стоишь за свою семью. Вот только ты сама хочешь казаться хуже, чем есть на самом деле.

Черт!

Это невозможно!

Одна слеза. Вторая, и вот я уже реву.

Приложив ладони к щекам отвернулась.

Не хочу этого слышать! Не хочу.

— Я увидел в тебе человека близкого мне по духу. Который меня понимает, хоть ты и скрываешься за маской гламурной стервы. Хватит играть. Я наигрался в эти игры и больше не намерен. Ты должна сделать свой выбор. Я дал тебе время, показал все в другом свете, но ты слишком упряма. Ты хочешь верить только в то, что привыкла. Признайся.

— Признаться в чем? — повернулась к нему лицом. — В чем я тебе должна признаться?

— Я знаю, что и ты ко мне тоже что-то чувствуешь. Хватит этих друзей.

— Да, чувствую. Доволен? — пальцами провела под глазами, наверняка оставляя страшные следы от туши. — Только это ничего не меняет. Я была честна с тобой. Я ушла из одного дома, где мне все говорили, что мне нужно делать, а теперь ты предлагаешь снова вернуться под надзор? Я хотела для себя другой жизни! — истерично выплюнула.

Наступило гробовое молчание. Всё резкое слова повисли между нами. Вот они, ваши гребаные отношения. Они даже не начались, а от них уже проблемы и боль.

— Проблема в том, что ты сама не знаешь, чего хочешь. Я заберу свои вещи на днях.

Это были последние его слова. Затем он ушёл. Развернулся и ушёл. Хотелось выть волком, рыдать навзрыд, послать весь мир к чертям и одновременно не хотелось ничего. Дима Синицын уничтожил Ульяну Фролову.

Кто я? Что теперь? И почему так чертовски больно и так много в мыслях этого «а могло быть иначе…».

Глава 30

Дима

Красные флажки в руках девушки поднялись.

На старт. Внимание. Марш!

Вжав педаль в пол, резво стартанул с места. Мне хватило несколько секунд, чтобы разогнаться и поменять скорость.

Давай, малышка. Не подведи.

И она не подвела. Исправно гнала вперёд, заявляя свои права на победу. В этот раз я не проиграю.

Я полностью сконцентрирован. Тормоз, поворот, газ. Поворот. Ещё один поворот.

Соперники остались далеко позади, но расслабляться рано. Все может измениться в последний момент.

Прочь из головы. Прочь блондинистые волосы, прочь стройную фигуру, что совсем недавно сидела на сидении рядом и дрожала от страха.

Черт!

Дьяволица!

Поворот. Поворот.

Финиш.

Счастливчик снова в строю.

Нацепив на лицо улыбку победителя, вышел из машины.

— Вот и он! Удача снова с нашим счастливчиком! Синица, — позвал меня местный заводила, — так все дело в той секси-блондиночке?

Козел.

Хмыкнув, не стал отвечать. Я не обязан