Официальный любовник - Аля Алая

– Иди сюда, – Илья опрокидывает меня к себе на колени, и я беспомощно сверкаю пятками.

– Что вы еще придумали? – с опаской посматриваю на обоих.

– А ты угадай, – ладонь Ильи сминает ткань халата и медленно задирает его до пояса.

Обнаженную кожу ягодиц начинает холодить без одежды, но внутри, под кожей настоящий огонь. Я прекрасно понимаю планы Ильи на мою филейную часть и начинаю ерзать в предвкушении.

Яр предпочитает ремень, а Илья голые руки. И я даже не знаю, что мне нравится больше. Хорошо, что выбирать больше не нужно даже в этом.

Ладонь накрывает нежную кожу, обманчиво нежно поглаживает и легонько шлепает. Я разочарованно всхлипываю, ну же, еще. Мне нужно больше. Небольшой ветерок рядом с кожей, и ее опаляет хлесткий шлепок.  Воздух из лёгких выходит с криком, а тело почти раскалывается на части. Илья ударил по ягодицам, задев пробку и напряжение, которое я сдерживала, разошлось по телу волной удовольствия. Но явно недостаточной.

Шумно дышу и цепляюсь за покрывало пальцами, пока меня не настигает еще один удар. Такой же звонкий и сильный, но опять недостаточный.

– Похоже, наша девочка хочет кончить, – слышу смех Ильи над собой, и его пальцы начинают мять место удара, – скажи, малышка, хочешь?

– Очень, пожалуйста, – прячу лицо в покрывале и шумно дышу. Так хорошо, но они оба все равно такие сволочи, нельзя же мучить именинницу так.

– Давай расскажи, как ты хочешь, – Яр приподнимает меня за лицо. Он расслабленно сидит, привалившись к кровати, и неотрывно следит за мной.

Илья продолжает свою пытку и ударяет снова, я кричу, а Яр целует в губы. Как хорошо, разве так бывает?

– Еще, пожалуйста, – шепчу сбивчиво.

Ответом на мою просьбу я получаю еще несколько звонких шлепков и поцелуев. Пальцы Ильи скользят по моей промежности, раскрывают и заполняют собой, кружат вокруг клитора, мучают его. А я цепляюсь за Яра и безостановочно целую. Руки мужа стягивают халат вниз и ласкают грудь.

– Давай, малыш, как ты хочешь?

– Хочу вас обоих, сразу. Пожалуйста, – добавляю дрожащим голосом.

– Секс, правда? – смеется Яр, – но трах ведь не подарок.

Сволочь!

– Подарок, лучший подарок в мире, – я умоляюще тяну его за майку.

– Вот так-то лучше, – Яр удовлетворенно целует еще раз и меня бросают на кровать.

– Держи свой подарок, – Илья сбрасывает свою одежду и тянет за халат, который все еще болтается на мне.

Уже обнаженной я трепыхаюсь в его руках, пока Яр обнимает меня со спины и нажимает на камушек между ягодиц. Пальцы легко извлекают пробку с тихим стоном и занимают ее место.

– Нравится?

– Только не останавливайся, умоляю, – откидываюсь Яру на грудь и тереблю его шевелюру.

К пальцам мужа присоединятся пальцы Ильи, которые ласкают мою вагину, глубоко входят в нее и гладят переднюю стенку. Они ласкаются меня не синхронно, отчего я не могу поймать удовольствие, а только завожусь еще больше.

– Хочешь? – Илья ласкает пальцами свободной руки сосок и жадно целует в губы. Я стону «да» и все ласки внизу прекращаются. Стискиваю зубы и жмурюсь, потому что возбуждение достигло апогея и мне срочно нужно. Все настолько чувствительно и требует, что я готова на стену лезть.

– С днем рождения, малыш, – член Яра проскальзывает между ягодиц в медленно входит до упора, и сразу за ним в меня входит и Илья. Так тесно сейчас внутри и наполнено, что я хватаю воздух губами, беспорядочно цепляюсь руками за обоих мужчин и ищу их губы для поцелуев.

– Как хорошо,  – я опускаюсь на коленях еще немного и поднимаюсь, полностью растворяясь в ощущениях. Вверх и вниз, вверх и вниз. Горячие поцелуи на губах и шее, горячие руки на всем теле, они оба внутри.  Наши стоны и крики, когда больше не сдерживается никто.  Они нужны оба, до самого конца.  Я оттягиваю свое удовольствие, как могу, и мужчины кончают первыми, заполняя меня своим горячим семенем. Где-то в центре груди я ощущаю полное, тотально удовлетворение и оргазм накрывает, наконец, и меня. Долго, протяжно, нескончаемо.

Сегодняшний день слишком длинный. Примирение, перелет, осознание того, что теперь мы вместе. Вымотанные и уставшие мужчины уснули на огромной кровати, а я так и лежу между ними с закрытыми глазами. Несмотря на усталость, сон все никак не идет.

Очень аккуратно, чтобы никого не потревожить, выбираюсь из под тяжелых рук и ног и накидываю на себя легкий халатик. Еще раз оглядываюсь на кровать и счастливо улыбаюсь. Оба. Мои.

Ноги тонут в теплом песке, и я неспешно бреду в сторону океана. Ветерок треплет волосы, и я втягиваю аромат свободы. В таких местах как это, полудиких и не заселенных людьми, я дышу свободнее.  Дома всегда живешь с оглядкой, что подумают, что скажут. Как бы я не пыталась полностью отбросить условности, сделать это на сто процентов не получается даже из-за семьи. Любой мой шаг сразу докладывается им, обсуждается и препарируется на предмет соответствия общественной морали.

Устала. Люблю маму, отца и сестру. Но очень устала. И боюсь посмотреть в будущее. Теперь я так далека от норм морали как никогда раньше. Два мужчины. Двое любимых.

Присаживаюсь у самой кромки и шлепаю пальцами по соленой воде. Придется выбирать. Может быть не сразу, но жить втроем и быть частью своей семьи не получится. Окружающие слишком пристально следят за мной и в какой-то момент все выплывет.

Мягкая ткань пледа опускается на мои плечи и обволакивает теплом. Я довольно долго сидела здесь и продрогла, хоть и не заметила этого.

– Спасибо, – оборачиваюсь на Яра, который сел на песок рядом со мной, – почему не спишь?

– Не могу спать, когда чувствую, что ты волнуешься. Последние месяцы вообще почти не сплю.

– Прости, – поджимаю колени ближе к себе и кладу на них сцепленные руки и лицо.

– Не извиняйся, хватит, Ви. Ты слишком много вины на себя взвалила, – Яр рассеянно рассматривает воду, на которой уже начинают показываться первые лучи рассвета.

– Тебе сложнее всего, – я отворачиваюсь к воде, – Илья не знает другого варианта, он вошел в наши отношения и стал их частью. Но для тебя все по-другому. Десять лет вместе, только ты и я.

– Только вдвоем и это было отличное время, Ви. У нас его уже никто не заберет. Но знаешь, в паре, всегда хотя бы один должен быть нормальным. Кто-то, кто умеет мыслить трезво. Так вот в нашей с тобой паре это не ты и не я. Давай уж будем честными.

– М-да.

– И еще