Мой капитан - Уитни Грация Уильямс

у нас появилось что-то большее, и мы… А теперь ты отступаешь, хотя обещал не обижать меня.

– Каким образом я тебя обижаю? – обернулся он. – Я не делаю ничего нового.

– Ты закрываешься от меня. Ты ни фига не разговариваешь со мной даже о какой-нибудь ерунде и злишься, если я спрашиваю, как прошел день. – Я не хотела кричать, но мой громкий голос отразился от пустых стен. – Ты же не можешь сказать, что не видишь никакой разницы между тем, что сейчас, и тем, что было пару недель назад. Ты был как прекрасный принц, и мы обсуждали все, что у нас было общего, а сейчас ты снова стал почти невыносимым козлом. Холодным, мерзким, и вообще, таким ты мне больше не нравишься.

– Я не должен тебе нравиться, чтобы трахать тебя, – ответил он. – Тебе должно нравиться трахаться. – Он подошел ближе и прислонился лбом к моему. – А поскольку ты кончаешь каждый раз, то ясно, что с этим все в порядке.

– Посмотри, как ты со мной разговариваешь.

– Сказал человек, только что назвавший меня невыносимым козлом?

– Я уверена, что ты не обиделся.

– Ну, для этого у меня должны быть какие-то чувства, – взглянул он на меня. – Я ничего не менял. Мы трахаемся, как договаривались, ты каждый раз кончаешь, не думаю, что тут можно ожидать чего-то большего. Ну да, мы разгадывали вместе какие-то кроссворды, куда-то съездили пару раз, и мы оба разбираемся в конструкции самолетов. Но не более того. А если тебе нужно что-то еще, то скажи, и я просто уйду. Ну, или если тебе всегда нужно оставить за собой последнее слово, можешь уйти первой. Хочешь чего-то еще?

– Нет, – соврала я с каменным лицом, отвернувшись и глядя на подаренные им часы. – Мне от тебя ничего больше не нужно.

– Хорошо, – он подхватил свой чемодан и пошел. Потом обернулся через плечо: – В следующий четверг в Чикаго.

Я не желала признаться даже самой себе, что по моему лицу текли самые настоящие слезы.

* * *

– Детка, я дома! – спустя несколько дней вбежала в нашу квартиру Мередит. – Боже, чем это так воняет? Ты что, опять пыталась готовить?

Я не ответила.

Она начала возиться с кастрюлями и сковородками, выбрасывая то, что у меня подгорело. Потом выставила на стол пакеты с покупками.

– У меня были интервью в Christian Dior, Michael Kors, Diane von Fürstenberg и Coach. О! И ты не поверишь, какие вещи сделал Hermès для осеннего сезона. Круче, чем все, что до сих пор было на рынке.

Я продолжала смотреть перед собой.

– Джиллиан? Ты меня слышишь? – она встала напротив меня. – Джиллиан, почему ты… Ох… Что с тобой?

Я не ответила.

– Тебя что, уволили? Опять?

– Нет, – помотала я головой.

– Ты встретилась с Беном?

– Нет.

– Так, погоди. Твоя семья обнаружила, что ты живешь в помойной яме, и не может понять, кто ты на самом деле?

– Нет. – У меня вырвался легкий смешок, и следом за ним пришли слезы. – Ты была права. Ты была так права…

– Насчет чего?

Я вздохнула.

– Помнишь того парня, с которым я сплю?

– Пилота? Того, которого ты клялась бросить, когда он нахамил тебе на балу?

– Ну да, но… – я снова вздохнула. – Я его не бросила. Я вернулась к нему, и мы с ним…

– Занимаетесь сексом? – она скрестила руки на груди. – Ты шутишь?

– Хорошо бы.

– Ясно. Ну и что, он тебя ударил? Ты поэтому плачешь?

– Нет…

Я помотала головой, оставив все попытки приукрасить происходящее. Я рассказала ей все как есть, обо всем, что привело нас к недавнему последнему разговору. О том, что секс с ним безупречен, но сам он при этом отсутствует, а теплота в его глазах противоречит его ледяным словам.

– И сколько раз ты уже спорила с ним? – потрясенно уставилась она на меня.

– Ну, несколько.

– Это «несколько» больше двух? Больше пяти?

Я не ответила.

– Ладно, – сказала она. – Ты должна прекратить это ради собственного рассудка. Случайный секс буквально означает «случайный секс». Он должен быть случайным и радовать, и партнер должен поддерживать с тобой как минимум светскую беседу. Если же он так себя не ведет, не общайся с ним. Иначе так и будешь бороться за его внимание, и все это – одна только трата времени.

Должно быть, она заметила мое выражение лица, потому что всплеснула руками.

– Как его зовут?

– Джейк.

– И он что, действительно так хорош?

Я кивнула.

– И в постели тоже?

– Да.

Ненавидя себя за слабость, при одной только мысли о поцелуях Джейка я закусила губу.

– Но даже несмотря на все это, пока он не извинится, без шансов, Джиллиан. И только один шанс после этого. Пообещай мне. Ты слишком хороша, чтобы связываться с таким козлом.

– Ладно. Обещаю.

– Хорошо. – Она взяла пачку конвертов с кофейного столика. – И кстати, пока тебя не было, новая почта слегка изменила личину. Смотри, кто у нас тут теперь. – Она зашуршала конвертами. – Джеймс Паттерсон, Стивен Кинг, Дженет Эванович и, как всегда – Кеннеди Б. Коллекторы явно надеются, что ты теперь любитель громких имен.

– Ага.

– Знаешь, я уже начала привыкать к выдуманным героям, – пожала она плечами, швыряя конверты в угол. – Но ты же однажды расскажешь мне, каким образом умудрилась влипнуть во все это? Если раньше не расскажешь этому Джейку. – Она пошла на кухню. – Мне нужна компания пообедать, и я выбираю тебя. Хочешь оладьи?

– Нет, спасибо.

– А блинчики?

– Мер, это то же самое.