Возьми меня себе - Мария Летова

Сворачивает мнимое веселье, откашливаясь и уточняя:

- Ты что, совсем дебил?

На этот вопрос я тоже не отвечаю. Он совершенно правильный, и ситуация вокруг него требует тщательного обдумывания.

Аид чертыхается и встает со своего кресла, рыча и указывая пальцем на дверь:

- Свободен, Максут. Прежде чем натворишь херни, обсуди это со мной.

Встаю, глядя на него исподлобья и кивая:

- Спасибо за помощь.

- Я еще ничего не сделал, - забирает со стола телефон и ноутбук.

Взяв с соседнего кресла куртку, покидаю кабинет своего босса, а потом и тридцатидвухэтажную высотку, ощущая шквал усталости и отупения.

Последний раз нечто подобное я чувствовал, проведя трое суток на посту охраны Марата. Аид проверял мою грёбаную стрессоустойчивость. Это было больше года назад.

В моей съемной квартире нет ровным счетом ничего, кроме кухонной мебели, кровати и шкафа. Выбирать мебель - это то, чем я не стал бы заниматься никогда. Половину своей жизни я провел на армейской койке, и потребность в личном обустроенном пространстве была для меня отмершим рудиментом.

Но буквально на прошлой неделе я понял, что хочу свой дом.

Блять.

На самом деле, я уже его нашел.

Думая о своём доме каких-то пару лет назад, я представлял нечто абстрактное, как и свою женщину. Представить, каким будет мой дом теперь - это не самая простая задача. Если он когда-нибудь у меня будет, его хозяйкой станет неприспособленная к быту восемнадцатилетка. Такая же неприспособленная, как и я сам. Что из этого выйдет, я не имею понятия. Могу предположить лишь то, что из этого выйдет до хрена наших детей.

Чёрт.

Во мне нарастает ярость, когда думаю о том, что кто-то тронул бы её хоть одним долбаным пальцем. Во мне нарастает ярость, когда представляю Айзу в постели с мужчиной, годящимся ей в отцы. Его ебучие руки на её теле. Я скорее убью ублюдка, чем позволю до неё дотронуться.

Взяв со стола кружку, отвожу руку и запускаю дешевый фарфор о стену.

Со всей дури и с полной самоотдачей.

Упав на кровать, пытаюсь вырубить свою башку хотя бы на пару часов. Моя башка нужна мне ясная и соображающая, как никогда. Я умею переключать свою башку. Если бы не умел, армия пережевала бы меня и выплюнула ещё в восемнадцать. Но она не выплюнула, а научила всему, что я умею.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мои навыки, как и моя репутация, позволили постучать в дверь к самому влиятельному человеку в городе и попросить его вляпаться в дерьмо, которое ему вообще нахрен не нужно. И оказавшись в его кабинете две недели спустя, я точно знаю, что приму любые его условия.

Аид приветствует меня кивком, присев задницей на рабочий стол своего брата.

Во мне клокочет нетерпение. За прошедшие дни я изрядно устал ждать этой встречи.

Марат Джафаров разглядывает потолок, вытянув ноги в своём кресле.

Иногда мне кажется, что парень даже спит и трахается, не переставая вести расчеты в своей голове.

- Садись, - наконец-то переводит на меня глаза.

Молча опускаюсь в кресло, отцепив от ремня рацию и зажав её в ладонях до жалобного, слышного только мне одному треска.

Глава 59. Максут

- Я могу тебе помочь, - переходит к сути Марат, не утруждаясь выдерживать дебильные паузы, потому что знает: у меня очень ограниченный набор выходов из положения, иначе я бы не сидел перед ним, затаив дыхание, как школьница. - Но ты должен понимать, что мне придётся повозиться.

Я охренеть как это понимаю.

- Кхм… продолжай, - откашливаюсь.

Снова подняв глаза к потолку, говорит:

- Противоположная сторона конфликта, как ты и сам знаешь, достаточно бессмысленная и беспощадная. Проще говоря - невменяемые долбоёбы, а с такими всегда сложно вести переговоры.

- Многие и про меня так говорят, - глядя на свои туфли, посмеивается Аид.

Перевожу напряженный взгляд на Марата, перебрасывая рацию из одной руки в другую. Любой дурак знает - каким бы долбоёбом не была противоположная сторона любого конфликта, деньги быстро меняют ситуацию.

Игнорируя брата, Марат выпрямляется и, взяв из держателя коллекционную ручку, выводит на маленьком квадратном листе с фирменной символикой цифру, которая сейчас особенно меня волнует.

- Примерная цена вопроса, - толкает ко мне листок. - Плюс-минус. Если ты к этому готов, то можем продолжать.

Изучив экспертное мнение своего собеседника, провожу по лицу ладонью и молча киваю.

Я был к этому готов.

Я знал, что цена вопроса не будет для меня хорошей новостью в любом, блять, случае…

Сложив ладони домиком, Марат постукивает пальцами по губам, сообщая:

- Моё условие - бессрочный ваучер на два заказа.

Втянув носом воздух, комкаю бумажку и кладу в карман, не спеша с ответом.

В моей башке нет мыслей о том, чтобы сейчас торговаться с Маратом Джафаровым, но первым и единственным условием при поступлении в команду Аида было то, что я не принимаю заказов от гражданских. Никогда. Поэтому мне нужно время, чтобы примириться с самим собой.

Мои принципы важны для меня также, как еда и кислород. Начав прогибаться однажды, быстро вязнешь в оправданиях.

Сегодня дерьмовый день.

Сегодня я прогнусь и проглочу это молча и без грёбаных слёз. К этому я тоже был готов.

Подняв глаза от своих ботинок, снова киваю.

Изучив выражение моего лица, Аид вдруг говорит:

- Мы не мясники. Мы не кусаемся, пока не укусят нас.

Мне это известно. И это ничего для меня не меняет.

- Я согласен, - повторяю вслух.

- Отлично, - бросает Марат, открывая свой ноутбук. - Мои юристы свяжутся с тобой. Скорее всего, на следующей неделе.

- Спасибо, - говорю, вставая и понимая, что как бы то ни было,