Роковое возмездие - Мэри Ройс

Гектор подходит и ставит передо мной целую бутылку с джином.

– Это все, что я нашел, – подмигивает он и неспешно опускается на диван, снова игнорируя присутствие Росси.

Даже не глядя на Рафаэля, я чувствую, как нарастающее в нем раздражение выкачивает воздух из помещения, грозя сдавить и мои легкие.

– Давай только без воспитательной беседы, Рафаэль. Будь проще, бери пример с Гектора. Вот он в первую очередь старается показать свои лучшие стороны.

Мой дьявол молча проходит в зал и сбрасывает на свободный диван сумки, тут же опираясь на спинку руками.

– Какие еще лучшие стороны?

– Ну-у-у… он вполне неплохо целуется.

Глава 46

ДЖИА

– У нее явно отсутствует инстинкт самосохранения, – с сарказмом комментирует Уго и прыскает со смеху, но тут же вскидывает ладони верх, стоит Рафаэлю бросить на него раздраженный взгляд.

– Неплохо, говоришь? И как часто он показывает свои лучшие стороны? – произносит Росси таким тоном, что по телу пробегает холодная волна страха. Язык мой – враг мой. А рядом с этим мужчиной он действует как обезумевший самоубийца.

В комнате повисает тяжелая тишина, и я украдкой поглядываю на Гектора, который провокационно развалился на диване и без тени смущения пялится на меня.

– Я думал, мои пальчики произвели на тебя большее впечатление, – нагло ухмыляется он, отчего мои глаза мгновенно расширяются в немой мольбе заткнуться.

Боже, и чем я только думала? Перевожу обеспокоенный взгляд на Рафаэля, но он по-прежнему стоит в той же позе, опираясь руками на спинку дивана. Будто слова телохранителя не оказали на него никакого эффекта. Вот только я прекрасно понимаю, что это спокойствие настолько зыбкое, что мне даже дышать опасно. И когда он распрямляет плечи, я в этом окончательно убеждаюсь. Сейчас Росси мрачнее самого дьявола. От глубоких вдохов его широкая грудь ходит ходуном, и я на физическом уровне ощущаю это хищное желание разорвать и уничтожить. Да он буквально пожирает меня потемневшими от злости глазами, вынуждая испытывать жуткую потребность стать невидимкой.

– Рафаэль, держи, пожалуйста, дистанцию, – интуитивно увеличиваю расстояние между нами и привстаю в кресле, аккуратно перебираясь через подлокотник. От греха подальше. А в моем случае этот грех вполне реален и очень зол. Лицо Росси искажается от едва сдерживаемой ярости. Малейшие дуновение ветра, и все полетит к чертям.

– Когда он прикасался к тебе?

– Раф…

– Когда, мать твою, Джиа?! – Он переворачивает кресло, в котором я секунду назад сидела, и в мгновение оказывается лицом к лицу ко мне, опаляя бешеным дыханием.

– Не кричи на меня!

– Хочешь, чтобы я спросил у него? – зло цедит он, до хруста сжимая кулаки.

– Делай что хочешь!

Предпринимаю попытку ринуться в комнату, но даже шагу не успеваю сделать, как Росси вынуждает меня упереться спиной в стену. Издаю болезненное шипение и хмурю брови, понимая, что скандал неизбежен.

Что ж, война так война. Но я слишком морально истощена, да и физически тоже. В последние дни я практически не спала и толком не ела. Да, алкоголь не выход, но это единственное, что в нужную минуту оказалось под рукой. Думала, напьюсь и расслаблюсь, а в итоге что? Нахожусь на линии огня с самим дьяволом. Ну, может, хоть сейчас мы поговорим «по душам», и он будет честным со мной. А он будет. В таком состоянии умничать времени у него явно нет. И убеждаюсь я в этом, когда встречаюсь с его тяжелым взглядом. В то же мгновение меня наполняет острым волнением, ведь я чувствую, как Рафаэля буквально ломает изнутри от переполняющей ярости.

– Я хочу понять, есть ли у меня повод всадить этому ублюдку пулю в голову?!

– Всади! И себе заодно! Ты, наверное, только этого и ждешь? Да? Ждешь повода, чтобы прикончить его, и дело с концом? Знаешь, если я что и позволяла себе, то имела на это полное право. Вдруг я таким образом пыталась вытравить нездоровые чувства к тебе! Потому что ты их не заслуживаешь! И у меня бы получилось, не появись ты снова! Гектор хотя бы всегда был рядом со мной! Он поддерживал меня и помогал бороться со своими страхами! Он заставил меня снова хотеть жить, не позволил стать призраком! – Запинаюсь, пытаясь перевести дыхание. Но я столько держала в себе эту обиду, что больше нет сил. Хочу все высказать и покончить с этим раз и навсегда. Принимаю более смелую позу. – Уверена, твоя кровать тоже не оставалась холодной в мое отсутствие.

– Лучше остановись, – рычит он, но я больше не контролирую себя. Язык работает отдельно от мозга. И выполнять указание дьявола никто из них не собирается.

– Не нравится? Открою тебе тайну: правда не всегда приятна, Рафаэль! Да, я пьяна, но знай, что не жалею о сказанном. Как там говорится? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке? Так вот, будь условия другими…

– Замолчи, Джиа! Для чего ты постоянно выводишь меня?! Постоянно! Да… я виноват перед тобой… – Он замолкает, отводя подавляющий взгляд в сторону, и резко отходит от меня. Что-то неразборчиво рычит себе под нос и начинает нервно мерить шагами комнату. – Я виноват, но пытаюсь все исправить. Понимаешь, Джиа? Пытаюсь, но ты каждый раз провоцируешь меня! Я и сам знаю, что ты заслуживаешь другой жизни! Поэтому, когда узнал, что ты жива, думал, будет лучше отпустить тебя, оставить в покое, но не смог. К черту! – сбрасывает с дивана все сумки, ударом ноги переворачивая его. – Не смог… – вполголоса повторяет он и, откинув полы пиджака в стороны, устало упирает руки в бока.

В помещении снова воцаряется неприятная тишина, а до меня только доходит, что все это время наше выяснение отношений походило на некую прелюдию. И сейчас любопытные зрители задумчиво застыли в неподвижных позах. Никто не рискует прокомментировать случившееся, а я уж подавно. Думаю, с меня хватит.

– Что ж, хочешь поговорить? Давай поговорим. Надеюсь, твоя честность никуда не делась? – выводит меня из раздумий осипший голос Росси, по-прежнему стоящего спиной ко мне. Он не оборачивается, но мне этого