Одна в толпе (СИ) - Крон Марта

— Так получилось… — скуксилась она у меня в руках.

Смотря в любимые голубые глаза, не хотелось видеть в них печаль и грусть, поэтому я заставил себя перестать давить на девчонку и сменил тему на более существенную:

— Я уже начал подбирать варианты квартир, гном. Сейчас подготовлю бумаги и поеду к Петру на фирму обговаривать детали сделки, так что зарплата не за горами.

— Хорошо. — на её лице проскользнула едва заметная улыбка, но потухла, как только был задан вопрос. — А что с родителями, Лёнь? Сколько можно тянуть с новостью о свадьбе?

Ох, попадалово. У меня спина покрывается потом от догадок, как со мной поступит Алисин батя. Реакция её родителей тормозит меня и с оповещением своей семьи. Первый вопрос бабушки будет: «Когда будем знакомиться с будущими родственниками?»… Что в таком случае предпринять? Мама-то сможет со временем принять тот факт, что сын врёт налево и направо, чтобы чего-то добиться, а вот бабушка старой закалки. Мы не потерпим внука-лжеца и сделаем ему трепанацию черепа, чтобы выяснить причину возникшего недуга.

— Давай сначала разберёмся с жильём, гномик, а уже потом будем думать, как преподнести новость о чуде, что гей влюбился в девушку. — нервно провёл по спине Алисы и взглянул на наручные часы. — Опаздываем. У меня ещё к завтрашней встрече с отцом надо подготовиться.

— Я волнуюсь. — вдруг сказала она, сжимая капюшон моей куртки.

— Из-за чего? — боясь услышать, что моя невеста решила отменить свадьбу, ласково поцеловал кольцо на её безымянном пальце.

— Вдруг я не понравлюсь твоей маме? Что, если она не захочет для своего сына простушку из деревни? Она ведь живёт во Франции и…

— Остановись. — накрыл её рот своей ладонью. — Чтобы я больше таких глупостей не слышал! — впился в её глаза вразумляющим взглядом. — Ты себя видела в зеркало, простушка? — усмехнулся я. — Впервые увидев тебя, подумал, что ты неправдоподобно чудесна и… — запнулся, вспомнив, как возненавидел из-за Ромыча. — …не мог оторвать от тебя глаз.

— Твоя мама будет судить не по внешности, Астахов. — скептически стянула губы в одну линию.

— Ты молода, здорова, умна, добра… — начал загибать пальцы. — …честна, воспитана, сексуальна… а, нет, не то… готовишь, убираешься, учишься… ну? Что из этого ей не понравится?

— Астахов! — разулыбалась от смущения Алиса. — Говори мне это постоянно! Вызубри наизусть и повторяй прям с самого утра!

— А у меня какие хорошие качества? — люблю, когда хвалят.

— Попа как орех. — рассмеялась проказница и поцеловав меня в хмурый лоб, стала подгонять на работу.

— Больше не дуешься? — уточнил я, когда мы вышли из машины.

— Нет. — расправила свободно плечи гном и запрокинула голову, подставляя лицо падающему снегу.

— Любишь меня? — в последнее время как заведённый спрашиваю её об этом, думая, что таким образом вбиваю ей это убеждение на подсознательном уровне.

— Отныне и навсегда, Лёнечка! — сверкнула белоснежной улыбкой красавица и я, довольно притянув её к себе, запечатал клятву поцелуем.

***

— Всё! Контракт с Фроловым одобрен! Сегодня-завтра мы его подпишем! — возликовал я, войдя в кабинет отца. — Оформим сделку, и я хочу снизить нагрузку, твоя армия советников уже мне кислород перекрыла!

— Сядь. — указал он в кресло напротив себя.

Судя по приказному тону, мне стоит готовиться к штрафному. Астахов никогда не допустит моей отставки. Это я уже понял, будучи придавленным обязательствами, которые он успешно на меня перекладывает. Расширяя сферу моих обязанностей, он освобождает себя.

— Нагрузку сбавлять никто не будет. Вытри сопли и продолжай. — сцепив пальцы перед собой в кулак, мужчина послал в мою сторону надменный взгляд, будто перед ним сидит провинившийся раб. — С Фроловым ещё не покончено.

— Я сделал всё, что ты требовал. Выше своей головы не полезу. — невозмутимо произнёс я, не позволяя подавить свою волю. — Я здесь не для того, чтобы ты хакнул мой мозг и сгенерировал себе подобного.

— А для чего ты тогда здесь, Леонид? — пробегаясь по мне тяжёлым взглядом с долей скепсиса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я бы хотел, не кривя душой ответить, что гонюсь за тем покровительством, что способен дать родной отец. Что погряз в иллюзии, где, предоставив ему желаемое, смогу пробить брешь в его броне, с помощью которой он защищается от отцовского предназначения. Что я просто хочу узнать какой он настоящий… что он за человек? Есть ли за этой обезличивающей маской тот, кого захочется назвать папой?

Хотел бы. Но всё это гаснет с каждым его превосходящим взглядом, с каждым подавляющим обращением. Поэтому вполне обоснованно я отступаю, кидая расплывчатую фразу:

— Чтобы избежать разочарования.

Уверен, он принял это на счёт Алисы, но правда в том, что я сам боюсь оказаться слабаком. Не только в глазах Астахова и невесты, но и в своих. Почти два месяца я надрывался, убеждая себя, что на правильном пути, но начал замечать за собой ещё большую жёсткость, что и так присуща мне с детства.

Я превращаюсь в воина со стальным нутром.

Я не такой, чёрт возьми.

Я живой и вся моя сущность сопротивляется. Быть зверем в угоду самолюбия отца в мои планы не входило, поэтому я вынужден прибегнуть к стоп-крану.

— Ты согласился использовать и направлять информацию, что я тебе даю в нужном русле. Не вижу повода подводить команду. — пронзительно смотря мне в глаза, отец нацелился сломить мой дух, не считаясь ни с одной причиной для помилования. — Мы близки к цели, а ты вдруг решил, что можешь сойти с дистанции?

— Я не собираюсь выжимать из себя последние соки ради какой-то цели. — безапелляционно заявил я, унимая в себе крепчающую злость.

— У меня нет времени с тобой нянчиться! — громыхнул мужчина, опуская кулак на стол и сшибая с него ноутбук. — На кону твоё же будущее, идиот!

— Я уже неоднократно говорил, что брать бразды правления твоей компанией в мои планы не входит. — сорвался я, делая резкий выпад вперёд. — Разгрузить твой график на данном этапе — одно, и то, только из-за просьбы Алисы, но тянуть всю эту жесть на себе и дальше — увольте! Я не гонюсь за всевластием, Астахов!

— Не рычи на меня, щенок. — опрокинул он со стола остатки рабочих предметов. — Твоя трусость вперемешку с упрямством может стоить нам всей компании!

— Не понял. — опешил я от масштабов обвинения.

— Ещё и тупой. — огрызнулся отец, возбуждённо дыша. — Сучий потрох… — втянул воздух через нос, обхватывая ладонью свою шею.

— Пошёл ты. — яростно плюнул я, намереваясь прекратить любую коммуникацию с этим человеком.

Уже подошёл к двери, как Астахов сказал то, что заставило остановиться:

— Уйдёшь и эти сволочи заберут компанию… — и уже с откровенной усталостью в голосе. — Они нашли лазейку в документах и в любой момент присвоят себе все активы.

Медленно обернувшись, не торопился возобновлять разговор. Пытался сориентироваться, что делать дальше. Пока отец утомлённо откинул голову на кресло, я прирос к месту и прокручивал в голове слова.

— Ещё в армии дал промашку… — прочитал мои мысли мужчина. — Доверился корешам. Они поумнее были, решили замутить бизнес. Подключили и меня на началах. Потом уже, я понабравшись опыта, ушёл в одиночку, но на старте сглупил… принял их помощь и внёс временно в документы, как соучредителей…

Боясь дышать, стоял на месте и не верил своим ушам. О таких откровениях я не мог и мечтать.

— Сначала всё как по маслу шло, а потом кризис бахнул и я чуть всё не потерял. Эти подонки и показали себя во всей красе, бросив меня разгребать проблемы. Я выдержал. Можно сказать, с нуля всё начал, только уже сам… — покрутив головой до хруста позвонков, Астахов устремил на меня выжидательный взгляд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Желая услышать подробности истории, поддался любопытству и с непоколебимым выражением лица, вернулся в своё кресло.

— Недавно объявились. — продолжил отец. — Как в гору всё пошло, запросили свою долю.

— Так временно же… — подал я голос.