Клаудиа Кэрролл - Зачем нужен муж?

— И ваше мнение?

— Это было бы… ужасно.

— Чушь. Скажите мне прямо, Эмилия: в чем дело?

Ну хорошо, раз он сам попросил…

— Я вовсе не хочу выглядеть придирчивой, но вы тот самый человек, который поставил мне ультиматум: или исправить «Кельтских тигров» за полгода, или голову под топор. Простите за напоминание, но мысль о том, чтобы ходить на свидания с человеком, который может к Рождеству вынудить тебя встать в очередь на бирже труда, несколько устрашает. Может быть, это звучит странно, но я вовсе не хочу быть уволенной.

Наступает тяжелое молчание, и я совсем не уверена, что он до сих пор на проводе.

— Алло! Филип?

— Да, я слушаю. Ну что ж, по крайней мере, это не надуманная причина, и на том спасибо. В последний раз, когда я приглашал девушку на свидание, она сказала, что ей нужно остаться дома, чтобы заполнить налоговые декларации. Позвоните мне, если передумаете. Помните, я богат, холост и мне под сорок. Я на брачном рынке на стороне потребителя.

Он дает отбой, и я валюсь обратно на подушки.

Это не хорошо и не плохо.

Это ужасно.

ГЛАВА 26

МОЙ РЫЦАРЬ В РЖАВЫХ ДОСПЕХАХ

Да, признаю — я лгунья и обманщица.

Я приняла ответственное решение.

Я пропускаю моего следующего по списку бойфренда. Да, я понимаю, что Ира будет в гневе; да, я понимаю, что нарушаю все правила; да, я знаю, что трусость меня не украшает, но если бы вы знали горькую, жестокую правду, то сделали бы то же самое.

Я должна объяснить.

Время: рождественские праздники 1991 года.

Место: долгая, слякотная, туманная, обледенелая дорога из Дублина в северное графство Монаган.

Повод: Тим Синген-Андервуд, мой замечательный, прекрасный бойфренд пригласил меня на Новый год в свое фамильное поместье. В первый раз в жизни меня собираются официально представить родителям и всей семье, и я переживаю целую бурю эмоций. Я польщена, ошеломлена, по уши влюблена в своего бойфренда, отчаянно хочу произвести хорошее впечатление на его семью, но больше всего…

…я до смерти напугана.

Прежде всего разыгралась драма по поводу того, что надеть.

— Тебе нужно выбрать правильную цветовую гамму, — говорит Кэролайн, пока мы с ней потихоньку роемся в общем достоянии моего, ее и Рэйчел объединенного гардероба. Мы втроем снимаем маленький одноквартирный дом, что очень удобно, потому что у каждой в круглосуточном доступе оказывается не только свой набор платьев, но и гардероб всех остальных.

Джейми тоже наполовину переехал к нам и ночует преимущественно на нашем раскладном диване, взятом напрокат. Это тоже очень удобно, потому что а) он единственный из нас, кто хоть как-то может готовить, и б) это все равно что жить вместе с личным стилистом.

— Не забудь, что Сим-Сим-Андервуды — это состоятельные старинные аристократы из западной Великобританиии, — говорит Джейми, заходя в спальню Кэролайн в одних трусах и жуя тост.

— Синген-Андервуд, а не Сим-Сим-Андервуд, — поправляю я его.

— Какая разница. Я считаю, что ты не должна надевать ничего слишком нового и вызывающего. Ты должна стремиться выглядеть убого и невзрачно, не ошибешься. Роскошь, но потрепанная.

— Как тебе это? — спрашиваю я, вытаскивая очень скромную кремовую блузку с высоким воротничком.

— Фу-у-у… сделай милость, убери ее обратно. Это слишком провинциально.

— Держу пари, они по вечерам переодеваются к ужину, — говорит Кэролайн, выуживая маленькое черное платье из темных закоулков своего гардероба и протягивая его мне. — Как у Агаты Кристи. А это как?

— Слишком сексуально, — говорит Джейми. — Они протестанты; наверное, всегда зовут на ужин священника. Тебе надо быть скромнее. Нам, наверно, придется нарядить тебя в жемчуга и шарф от «Гермес».

— У меня нет шарфа от «Гермес»! — кричу я в отчаянии. — Что мне делать? Вся моя одежда слишком… слишком…

— Слишком городская, — выручает меня Кэролайн, мягко заканчивая фразу. — Замечательный гардероб для журналистки-внештатницы, но, наверное, для такого случая он не годится. А это?

Она взмахивает перед нами костюмом в стиле «Шанель», который был бы очарователен, если бы не золотые цепи с медальончиками, свисающие с каждого плеча.

— Постыдилась бы, Кэролайн, — ядовито замечает Джейми. — У меня для тебя новость: восьмидесятые ушли и не вернутся. Все эти костюмы, подплечники и одежду пастельных тонов в стиле Иваны Трамп нужно сдать в Оксфордский комитет помощи голодающим. Если, конечно, они возьмут. Простите, девчонки, но нам остается только одно.

Мы переглядываемся.

— Нельзя, — твердо заявляет Кэролайн.

— Она нас убьет, — соглашаюсь я. — Я все еще выплачиваю ей за колготки «Вулфорд», на которых петли поехали.

— А кроме того, мы обещали, что больше так не будем, — твердо заявляет Кэролайн. — Мы должны держать слово.

— Все это благородные чувства, дамы, но хоть один раз в жизни вы должны на что-то решиться. Рэйчел в Париже, проводит время в постели с Кристианом и не вернется в ближайшие две недели. Неужели вы думаете, что она способна сейчас беспокоиться о сохранности своей дизайнерской коллекции? Кроме того, если сейчас не крайний случай, тогда я не знаю что.

Нам с Кэролайн остается только неохотно согласиться, поэтому мы осторожно прокрадываемся в комнату Рэйчел, как три шпиона. Даже просто открыть ее шкаф с одеждой — все равно что попасть в рай; пока мы все еще одеты как студентки, за исключением старья, на халяву полученного Кэролайн за участие в показах мод, Рэйчел работает младшим менеджером в Ирландском центре моды, и, ребята, видели бы вы, как она одевается. Любой принадлежащий ей лоскуток носит лейбл от известных дизайнеров, и все в ее гардеробе аккуратно уложено в защитные мешки на молнии, вроде тех, в которые укладывают трупы в сериале «Главный подозреваемый».

— Вот это смотрится лучше, — говорит Джейми, с торжеством выхватывая твидовый жакет с карманчиками (Пол Костелло) и подходящую пару бежевых брючек для верховой езды (Ральф Лорен).

Рэйчел вряд ли может отличить хвост от гривы, как, впрочем, и я, но это явно самый писк моды.

— В точку, — объявляет Джейми, — к этому еще белую накрахмаленную хлопчатобумажную блузку и нитку жемчуга, и дело в шляпе.

— Не забудь все выстирать и выгладить до ее возвращения, — озабоченно говорит Кэролайн. — И не делай таких ошибок, как я в прошлый раз. Ради всего святого, вынь и сохрани все булавки, а потом после стирки приколешь их обратно. Честное слово, она это проверяет.

— И надо будет потом достать пылесос из чуланчика и быстренько пропылесосить ковер, — добавляю я в волнении. — Вы же ее знаете. Она заметит следы.