Сара О'Брайен - Горячая собственность

Тим Глэдстоун не обращал на меня внимания. Он напоминал одержимого человека, который всем улыбался, все время проверял часы и бегал в свой офис каждые пять минут, чтобы позвонить по личному телефону. Индия, должно быть, была очень хороша в постели, подумала я, но мне сразу же стало стыдно за подобные мысли.

А еще была Руфь. Я попыталась дозвониться ей на мобильный, но он был отключен.

Тони позвонил в пять часов.

— Привет, Эллен.

Впервые мое имя в его устах прозвучало не сексуально, а совершенно обыкновенно.

— Хелло, Тони, могу ли я тебе чем-нибудь помочь?

— Ты знаешь, что можешь…

Я проигнорировала намек.

— Итак, насчет Хонан Террас. Мне предлагают за него двести тысяч. Что скажешь?

— Нет проблем. Двести одна тысяча.

— Двести пять будет лучше. Я обязана сообщить покупателям о твоем предложении, чтобы они отказались от торгов.

— Понятно. О'кей. Хорошо. Я не смогу теперь есть десять лет, а потом твоему отцу придется заплатить мне, чтобы я снова поужинал в вашем доме. — Несмотря на свое настроение, я не могла не рассмеяться. — Что ты делаешь сегодня вечером? Я хотел повезти тебя в свой дом в Крэтлоу и показать своих лошадей.

— Надо же, какое невезение! Не могу, Тони: я обещала Виллу забрать после выступления его самого и его аппаратуру.

— Жаль. А как насчет завтра?

Эндрю вошел в мой офис и молча поставил рядом со мной чашку кофе. Я даже не взглянула на него. Я не собиралась его пить — пусть стоит и стынет.

— Завтра день рождения Анжелы, помнишь? — сказала я, возвращая свое внимание Тони.

— Конечно. Мы поедем ко мне после него. У меня есть сауна — все, что захочешь…

— Замечательно. Замечательно, Тони.

— С тобой все в порядке, Эллен?

Мне до смерти надоел сегодня этот вопрос.

— В полном порядке. А почему ты спрашиваешь?

— У тебя какой-то голос… Не знаю, чужой, что ли.

— Чужой? Что ты имеешь в виду?

— Не знаю… немного холодный.

— За окном двадцать шесть градусов, мне не холодно.

— Я не это имел в виду.

— Знаю. Извини, Тони, я устала, и у меня еще уйма работы. Ты меня понимаешь.

— Понимаю.

Мы помолчали.

— Тогда до завтра, — сказала я.

— Я не могу дождаться, Эллен. Честное слово, — шепнул Тони и повесил трубку.

Я уставилась в стену и прислушалась к тому, как Андреа по телефону обсуждает с клиентом цены на дом. В мое отсутствие приходили охранники и забрали заявление о Роберте Уайте и его угрозах. Мне не нравилась мысль о том, чтобы ждать их в пятницу вечером.

Я позвонила паре, которая предложила наивысшую цену за Хейзелдин и обрадовала их доброй новостью, что дом их. Я получила на десять тысяч больше, чем Райан, но даже это не могло исцелить мою депрессию. Я также позвонила паре, которая торговалась с Тони. Как я и предсказывала, они отказались от торгов, когда услышали его последнее предложение. Еще один дом продан. Так почему я не прыгала от радости?

Перед тем как уйти домой, я еще раз позвонила Руфи. Она сразу ответила.

— Сука.

— Привет, Эллен.

— Потаскуха.

— Заткнись!

— Ты где? Держу пари, что знаю — в леопардовой постели!

— Правильно, Эллен. Он сейчас в душе, а я лежу и ем манго.

— Где ты достала манго в Лимерике?

— Понятия не имею, но они очень вкусные.

— Значит, ты притворилась больной на вторую половину дня?

— Не-а, я в любом случае проработала полдня, так что все сошло нормально.

— Не сомневаюсь. Секс в первый же вечер! Ты превзошла самую себя, Руфь.

— По-моему, у тебя был точно такой же опыт с тем же самым человеком, моя дорогая.

— Полегче, Руфь.

— Мне нужно идти. Он возвращается. Мы собираемся поставить рекорд.

Она повесила трубку не попрощавшись.

Я решила идти домой. Я устала и хотела вздремнуть до того, как заеду за Вилли. В душе я знала, что мне следует сделать усилие, чтобы захватить конец концерта. Это был звездный час Вилли. Но мысль о сотнях потных подростковых тел и очень громкой музыке мне не улыбалась. Посмотрим, как я себя буду чувствовать.

Я повесила тяжелую сумку на плечо и повернулась спиной к горе бумаг на столе. Мне было все по фигу. Я шла домой.

— Лия, я ухожу. Охранники могут делать все, что хотят. Я их слишком долго ждала, — сказала я, проходя по приемной.

— Эндрю еще в офисе, он с ними поговорит. Я сама хочу уйти домой. Я иду сегодня на концерт, и хотела до этого забежать на карате.

— Какой концерт?

— Потрясающей группы под названием «Амплитуда». Вы бы их только послушали — это лучшая группа в Лимерике с тех пор как… Ну, с тех пор как… Когда бы то ни было.

— В ней играет мой брат.

— С ума сойти! Вы серьезно? Это так клево! Что он играет?

Я точно не знала, поэтому сказала очевидные вещи.

— Он играет на гитаре и, кажется, немного поет.

— Классно! Мне нравится «Амплитуда». Они далеко пойдут. Ваш брат будет знаменитым.

— Надеюсь, что тогда он сможет позволить себе купить машину вместо того, чтобы пользоваться моей.

Эндрю вышел из своего офиса и стоял, прислонившись к двери. Он наверняка мог заниматься другими вещами, например сидеть с ребенком, а не подслушивать наш разговор. Я полностью проигнорировала его.

— Значит, вы сегодня пойдете на концерт, раз повезете аппаратуру? — поинтересовалась Лия.

— Я надеюсь застать его конец.

— Вы не должны пропустить его. Я буду там, так что, если захотите выпить чего-нибудь или что-нибудь в этом роде… — предложила Лия.

— Спасибо, может быть. В любом случае увидимся в понедельник. — Я закончила разговор и направилась к двери.

— Эллен, — окликнул меня Эндрю, когда я бежала вниз по лестнице. Я притворилась, что не расслышала. Он прекрасно проведет время, дожидаясь охранников, на которых настаивал.

Придя к себе, я сразу же приняла душ. Мне хотелось смыть с себя этот день и растянуться на диване с Джоем. Я разогрела замороженного цыпленка, и мы с Джоем отлично поужинали. Потом пощелкала пультом и остановилась на английском сериале. В нем Марк Грин обнаруживает, что его опухоль дала метастазы. Я видела этот эпизод дважды, но смотрела с широко открытыми глазами. А затем мы с Джоем заснули.

Когда я проснулась, было темно. Я включила лампу, стоящую возле меня, и посмотрела на стенные часы. Одиннадцать часов. Сделаю тост и лягу в кровать, подумала я. Нет, Господи Иисусе, мне надо мчаться в «Депо» за братом. Я натянула джинсы и футболку и выскочила на улицу.

Перед залом негде было припарковаться. Я сказала одному из вышибал, что мне надо забрать аппаратуру, и он направил меня к заднему входу. Там было пусто. Я поставила машину и побежала внутрь. Пробиваясь сквозь толпу тинейджеров, запрудивших длинный холл, я слышала, как люди кричали, требуя еще песен. Я поблагодарила Бога за «бисы» — если они еще так называются.