Патриция Кей - Чужой ребенок

Она с благодарностью улыбнулась, и он обрадовался, что решил ехать сам.

Логану не терпелось узнать, как прошел у девочек первый день в школе, но один взгляд на лицо Эрин поведал ему, что ничего хорошего этот день ей не принес. Кендал, наоборот, сияла, тараторила без остановки и была возбуждена до предела.

– И мне очень понравилась миссис Гарсия, наша учительница по испанскому языку, – сказала она и повернулась к Эрин: – А тебе, Эрин?

– Да, она – ничего, – буркнула Эрин, не глядя на нее.

– Вы на все уроки ходите вместе? – спросил Логан.

– Нет, мы ведь на разных отделениях. Но испанский и математика у нас общие, – ответила Кендал. – Мне очень понравилась наша математичка. Она такая лапочка!

– А тебе, Эрин, какой урок понравился больше всего? – Логан все пытался втянуть ее в разговор.

– Не знаю, – безразлично пожала плечами девочка.

– А как английский? – не отставал Логан. – В прошлом году это был твой любимый предмет.

– У меня по английскому языку мисс Фрид, – встряла Кендал.

И так продолжалось всю дорогу домой. Логан задавал вопросы, а Кендал отвечала; когда же он обращался к Эрин, она пожимала плечами или бурчала что-то невразумительное. Когда они подъехали к дому, терпение Логана лопнуло. Бросив на Эбби предостерегающий взгляд, он пошел за дочерью в ее комнату и плотно закрыл за собой дверь.

– В чем дело, Эрин? – спросил он строго. – Что-нибудь случилось сегодня?

Она не ответила и отвернулась, передернув плечами.

– Детка, послушай! Как я могу тебе помочь, если не знаю, что случилось?

Эрин наконец подняла на него глаза, и в них была такая боль, что у него сжалось сердце, а вся злость мгновенно испарилась.

– Это ужасно! – закричала она. – Все только и говорили о тебе, о твоей женитьбе на Эбби и о том, как это здорово! Мне все время задавали идиотские вопросы. Все мои подруги в полном восторге от Кендал. Она понравилась им так, как никогда не нравилась я! Они предали меня!

– Эрин...

– Это правда! Они предали, предали меня!

– Мышонок, послушай... – Логан судорожно придумывал, что ей сказать.

– И Патрик ее любит больше, чем меня! – крикнула Эрин.

– Что за глупости, Эрин?!

Но она его не слушала, глаза ее наполнились слезами.

– Наверное, и ты уже любишь ее больше! Наверное, ты бы хотел, чтобы она была твоей дочкой, а не я! – выкрикнула она и зарыдала.

Ее слова как стрелы вонзились ему в сердце. Он подхватил дочку на руки и прижал к себе. Сначала ее тело было напряженным, но затем обмякло, она обхватила его руками за шею и горько заплакала.

– Эрин, девочка моя родная, – утешал ее Логан, гладя по голове. – Я никогда никого не любил больше, чем тебя. И никого не полюблю больше, чем тебя, мышонок мой маленький. Ты – моя девочка. И всегда будешь моей маленькой, любимой девочкой. Ты же знаешь это, правда?

– Да, – всхлипнула она. – Я просто... Я хочу, чтобы все было как раньше!

– Я знаю это, мышонок. Но жизнь меняется, понимаешь? И мы должны меняться вместе с ней.

Поздно вечером, уложив детей спать, Логан с Эбби долго сидели на кухне и разговаривали. Логан рассказал ей об истерике Эрин и, закончив, увидел, что в глазах Эбби застыло страдание.

– Моя поддержка сейчас ей просто необходима, – закончил Логан. – Я даже не ожидал, насколько необходима.

– Может, мне поговорить с Кендал? – спросила она.

– Нет, не стоит этого делать. Кендал тут ни при чем, и нечего взваливать на нее такой груз. Это наша проблема.

– Ты прав, я знаю. Но мне так жалко Эрин...

– Сегодня был отвратительный день. Завтра будет по-другому.

Они еще поговорили немного, потом Эбби поставила чайник и заварила чай. Логан наблюдал, как быстро, деловито и бесшумно она двигается по кухне, не делая лишних движений. «Совсем как Энн», – подумал он. В первый раз за эти годы при воспоминании о жене на Логана не навалилась тоска. И это его немного опечалило.

Но в глубине души при мысли о будущем Логан впервые ощутил какое-то приятное возбуждение. И причиной этого давно забытого состояния была женщина, сидевшая сейчас перед ним. Он только очень надеялся, что им не придется слишком долго ждать, когда у них начнется полноценная семейная жизнь, о которой он теперь мечтал с таким нетерпением.

Логан знал одно: ключом к их будущему счастью была Эрин. Сидя рядом с Эбби на кухне, он поклялся себе, что приложит все усилия к тому, чтобы девочка признала Эбби и Кендал так быстро, насколько это возможно.

ГЛАВА 27

– Ты же не жалеешь, что мы поженились, правда? Этот вопрос прозвучал в холодный ноябрьский вечер два с половиной месяца спустя после их свадьбы. Эбби и Логан сидели перед жарко натопленным камином в гостиной, слушали музыку и пили вино.

– Нет, не жалею, – подумав, сказала Эбби.

– У тебя не очень уверенный голос.

Она вздохнула:

– Я просто хотела... Ох, я не знаю.

О, боже, я хотела бы, чтобы наш брак был настоящим! Хотела бы, чтобы ты любил меня! Хотела бы, чтобы моя дочь признала меня. И я бы хотела видеть в ее глазах такую же любовь, какую вижу в глазах Кендал, когда она смотрит на меня...

Эбби пыталась не поддаваться отчаянию, которое внезапно накатило на нее, но чувствовала, что так же далека от того, чтобы он полюбил ее, как и от выигрыша в лотерее. Только иногда у нее появлялась крохотная надежда, что он тоже что-то чувствует к ней. Но тогда почему он не дает ей этого понять? Зачем скрывает это? Почему не пытается хотя бы намекнуть?.. Логан всегда был с ней безупречно вежлив, очень внимателен и шел навстречу всем ее желаниям. Но при этом продолжал сохранять дистанцию между ними.

А Эрин... Их отношения зашли в тупик. Эрин никогда не признает ее.

Эбби вспомнила последние одиннадцать недель. Они дались ей нелегко. Чего стоила одна только необходимость притворяться перед таким количеством новых родственников! Больше всего она боялась встречи с бабушкой Эрин, Селией Чемберлен. Но, к ее неописуемому удивлению, старушка приняла женитьбу Логана с завидным самообладанием. С самого начала она была очень любезна с Эбби – не то что ее дочь Элизабет! Та старалась не упустить ни одной возможности уколоть Эбби, подчеркнуть ее слабости и недостатки. Нет, эти недели были очень трудными... для всех.

Даже у Кендал, которая чувствовала себя в этом доме как рыба в воде, иногда можно было заметить признаки стресса. И неудивительно! Патрик, с которым она так подружилась, тоже пошел в школу, у него была своя жизнь и очень мало свободного времени. А Эрин... Эрин изо всех сил избегала оставаться с Кендал наедине. Это явное пренебрежение не могло не расстраивать Кендал, какой бы жизнерадостной она ни была. Но когда Эбби пыталась с ней об этом поговорить, Кендал всякий раз уверяла, что все в порядке.