Тони Парсонс - Муж и жена

Сладкие речи и пустые обещания, молочный шоколад и цветы, а потом удираю со всех ног при первых же трудностях.

Джина позвонила мне в тот же день, когда приехала в Лондон. Но это был не такой звонок, которого я от нее ожидал, — сухой, формальный, с желанием закончить разговор как можно скорее и забыть обо мне.

Телефон зазвонил в полночь, Джина рыдала, а в трубке слышался гром ритмичной музыки.

— Гарри?

Всего одно слово, и я сразу понял, что это она, даже при том, что ее голос дрожал от волнения.

— Джина, что случилось?

Я сел в кровати, рядом со мной заворочалась Сид. Она допоздна готовила обед для какого-то банкета и уснула сразу же, как только ее голова коснулась подушки.

— Гарри, это ужасно!

— Ты в Лондоне? Говори громче, я тебя не слышу.

— Мы у себя в квартире. Я и Пэт. В Белсайз-Парк. Я думала, что здесь будет спокойно. Но соседи… у них на полную мощность гремит музыка.

— Что ты хочешь от меня? Хочешь, чтобы я приехал к вам?

Я увидел, что моя жена — моя теперешняя жена — взяла в руки будильник и со стуком поставила его на место.

— Гарри, ты знаешь, который сейчас час? — спросила Сид.

— Ты не мог бы, Гарри? — всхлипнула Джина. — Я схожу от этого с ума. Мне кажется, что там у них много гостей. Что-то вроде вечеринки. Я боюсь к ним постучаться.

Я закрыл трубку рукой.

— Джина приехала. У нее проблема с соседями. Они сильно шумят. Что-то там у них происходит.

— Скажи ей, чтобы позвонила в полицию, — посоветовала Сид, садясь в кровати. (На ней была старая футболка. Когда мы только познакомились, даже когда уже поженились, она носила ночные сорочки, сводившие меня с ума, — коротенькие шелковые или прозрачные невесомые вещички с трусиками, у которых верх походил на тоненькую нить, обхватывающую ее стройные бедра. Теперь же она носила старые футболки.) — Передай мне телефон, и я сама ей скажу.

— Пэт не может заснуть, — пожаловалась Джина. Для меня этого было достаточно.

— Давай адрес, — сказал я. — Приеду как можно быстрее.

Когда я начал одеваться, Сид зажгла ночник.

— Это теперь тебя не касается, Гарри. Ты разведен. Ваши отношения закончились. Пусть теперь ее муж помогает ей. Или полицейские.

Я ничего не ответил. Мне не хотелось ругаться. Я точно знал, что не могу просто проигнорировать звонок Джины и лечь спать. Правду говорят, что брак длится столько-то лет, а развод — это навсегда.

Наш брак с Джиной продолжался семь лет.

А развод будет длиться вечно.

Это было большое белое здание в квартале Белсайз-Парк. Хороший дом в приличном районе. Много деревьев и машин, которые, как правило, встречаются в подобных кварталах — серьезные машины типа «Мерседес-Бенц СЛК», «Ауди ТТ», третьей серии «БМВ» и авто, которые заводят для удовольствия — «жучки» и «мини» старого выпуска и новые модели, «Морис Майназ» и доисторические «Ситроены». Я расплатился с таксистом и оглядел дом, где находились мой сын и моя бывшая жена. Я без труда нашел нужную квартиру. Было достаточно хорошо слышно, откуда доносится громкая музыка.

Я нажал кнопку домофона, и Джина открыла мне дверь подъезда. Музыка гремела над головой. Внутри большого белого дома все свидетельствовало о том, что это место, где квартиры снимаются, а не находятся в частной собственности. На потертом ковре, как груды осенних листьев, громоздились стопки конвертов и прочей корреспонденции, адресованной бывшим жильцам. Снимать тут квартиру было недешево, наверное, не меньше двух тысяч фунтов в месяц, но помещение не выглядело по-домашнему уютным. Все владельцы квартир имели жилье еще где-то.

Я поднялся по лестнице и прошел мимо двери на третьем этаже, где проходила вечеринка. Слышались крики, звон бокалов и смех гостей. Музыка, которую они заводили, звучала как беспрерывный вой сирены.

«Стареешь, Гарри».

Джина отворила, кутаясь в халат, похожий на кимоно, на несколько размеров больше, чем нужно. А может, это такой стиль? Ее лицо было бледным и заплаканным. Под халатом виднелась пижама. И я подумал, что Сид несправедливо отнеслась к ней, когда решила, что Джина должна идти в пижаме выяснять отношения с шумными соседями.

— Пойду поговорю с ними, ладно?

— Спасибо тебе, Гарри.

— Как Пэт?

— С ним все в порядке. Последний раз, когда я к нему заходила, он уже спал. Правда, я не знаю, как ему удалось заснуть.

Я спустился вниз на один этаж, чувствуя сильное сердцебиение. Постучал в дверь. Никакого ответа. Я постучал громче. Наконец дверь открыл неуклюжий белокожий паренек с ретро-стрижкой под «Битлз». Наверное, студенты. Ножом вряд ли пырнут, в Белсайз-Парк таких нет. Тут ведь не бандитский район.

— Вы должны были доставить четыре пиццы «Американ-хот», две с чесноком и одну «Каприччиоза», — проговорил неуклюжий парень. — А еще «Везувио» с добавкой пепперони. Мы также заказывали салат из капусты, чесночный хлеб и всякое такое.

— Вообще-то я не развожу пиццу на заказ. Я сосед сверху. Ваша музыка не дает заснуть моему сыну и моей… жене.

За его костлявым плечом виднелась толпа молодых людей. Они смеялись и танцевали так, будто пытались настроиться на съемки в рекламе водки. Рядом с пареньком появился толстый коротышка:

— У него есть бельгийское шоколадное мороженое?

Я почувствовал сладковатый запах гашиша. Может ли это повлиять на моего сына, который спит наверху? Как насчет пассивного воздействия наркотика?

— Он не от «Мистера Милано», — фыркнул неуклюжий парень. — Он сосед сверху.

— Сверху? — переспросил толстяк.

— Хочет, чтобы мы приглушили звук.

— Мы что, беспокоим его?

— Наверное.

И они расхохотались. Я ожидал личных угроз, всего, чего угодно, но только не насмешек над собой.

— Нет проблем, приятель, — прохихикал толстяк. — Мы будем тихими, как крысы.

— Вы нас не услышите. Что там крысы делают? Пищат, — проговорил неуклюжий.

Они обнялись и захохотали.

— Благодарю, — ответил я. — Мой сын, ему семь лет, он…

— Без вопросов, приятель.

Они захлопнули дверь перед моим носом. И пока я поднимался в квартиру Джины, музыка чудесным образом стала тише, во всяком случае, уже не била по голове.

— Молодец, Гарри.

В ответ я улыбнулся, как бы говоря, что ничего такого я не сделал.

И тут вдруг музыка буквально взревела.

— Вот ведь мерзавцы! — воскликнул я, направляясь к двери.

— Не уходи.

Я взглянул на нее. Она плотнее запахнулась в свое кимоно, как будто хотела спрятаться в нем.

— Джина, ты ведь позвала меня не только из-за этих идиотов внизу?