Близнецы - Пенелопа Уорд

— Хм... что-то долго ты там пропадал.

— Были кое-какие проблемы. — Фактически мой стояк можно назвать проблемой.

Стефани будто бы знала, что я не совсем говорю правду, но решила сменить тему.

— Чем займемся вечером?

Я чувствовал себя мудаком, и действительно ненавидел лгать. Но сейчас было неподходящее место и время признаться Стефани, что мы больше не можем встречаться. Я лишь надеялся, что она снова не набросится на меня с поцелуями на глазах у Эллисон.

— Боюсь, что ничем, — ответил я.

Стефани приподняла бровь.

—  Я забыл, что завтра утром у меня встреча с клиентом. Мне нужно к ней подготовится, так что я вынужден буду попрощаться после того, как мы уйдем отсюда.

— Я могла бы просто посидеть у тебя, пока работаешь, приготовить поздний ужин и все такое.

Она не собиралась упрощать мне задачу.

Прежде чем смог придумать другое оправдание, Эллисон вернулась во двор и направилась прямиком к Кэлли. Стефани не сводила с нее глаз. Она явно что-то подозревала.

Я нервно сглотнул.

Когда Стефани встала, чтобы долить вина, я украдкой посмотрел на Эллисон и заметил гигантский засос на шее.

Черт!

Я попытался подать ей знак, чтобы она распустила волосы, но Эллисон не обратила внимания.

— Хочу покататься, — вдруг сказала Кэлли, вставая за спиной Эллисон.

— А ты не слишком взрослая для такого?

Кэлли все равно начала забираться ей на спину.

— Ох, ты меня раздавишь, милая, — рассмеялась Эллисон, вставая со стула.

Стефани вернулась с вином и села рядом со мной. Мы молча наблюдали за шоу, которое устраивали Эллисон и Кэлли.

Сначала сестра истерически смеялась, наслаждаясь тем, как Эллисон катала ее по двору, а затем вдруг принялась нюхать ее шею.

— Пахнешь как Седрик. Эллисон пахнет как Седрик! — завопила она.

Это ошеломило меня по двум причинам. Первая: Кэлли никогда так хорошо не использовала слова, описывая, как что-то пахнет. Вторая: я был в заднице.

Стефани впилась в меня взглядом.

— Я, должно быть, самая тупая женщина на планете. Я сделала вид, что не замечаю, как у тебя упала челюсть, когда она пришла, и что такое же имя ты кричал во сне прошлой ночью. Притворилась, что не вижу, как ты строил ей глазки за обедом, и то, как вы одновременно исчезли в доме, а затем она появилась с огромным засосом! Но то, что сказала твоя сестра я игнорировать не могу! Я все правильно поняла?

Отрицать глупо, лучше признаться.

— Прости, Стефани.

Через мгновение содержимое ее бокала оказалось у меня на рубашке.  

— Пошел ты! — Стефани схватила сумочку и вылетела на улицу через задние ворота.

Это был конец. Конец наших с ней отношений.

Мама с Дениз все еще были на кухне и не видели этого. Калеб изо всех сил старался не хохотать вслух, но у него это чертовски плохо получалось.

Эллисон помогла Кэлли спуститься на землю и подошла ко мне.

— Прости, Седрик. Это было ужасно.

Я как мог отжал рубашку-поло, между прочим, от Ральфа Лорена.

— Я ни капельки не жалею и тебе не следует. Иди сюда. — Я притянул Эллисон к себе на колени и поцеловал.

— Ты с ума сошел? Мы не должны делать это здесь, у всех на глазах.

— Эллисон, каждый человек в этом доме знает, что я без ума от тебя.

Она покраснела и в шутку лизнула мою рубашку.

— М-м… люблю шардоне. Серьезно, тебе надо переодеться.

Калеб перестал смеяться и вытер глаза.

— У меня в грузовике есть запасная рубашка, бро.

— Гони ключи, говнюк.

Мы с Эллисон прошли через ворота на подъездную дорожку перед домом, где брат оставил грузовик.

— Я собирался предложить подвезти тебя домой, но только сейчас понял, что приехал вместе со Стефани. Так что я без машины.

— Добро пожаловать в клуб. Похоже, кому-то придется сесть на электричку, как остальным смертным. — Она подмигнула.

— Я приведу себя в порядок, а потом сможем уйти.

Эллисон осталась ждать меня во дворе. Шагая в дом, я все время оглядывался: не мог поверить, что она правда здесь.

Мама как раз заканчивала мыть посуду. Когда я попытался проскользнуть мимо, Дениз схватила меня за рубашку.

— Нет-нет, ты от меня не уйдешь. Что там случилось? И почему от тебя пахнет, как от мусорного контейнера за пабом?

— О чем ты? — Я притворился дурачком, но виноватая ухмылка, вероятно, выдала меня.

Мама с Дениз переглянулись.

— Врунишка.

— Калеб все равно мне все расскажет.

Говнюк!

— Стефани ушла, — сказал я.

— И?

— И она выплеснула на меня бокал вина.  

У Дениз отвисла челюсть.

— Потому что?..

Я запрокинул голову и провел руками по волосам. Мне просто хотелось переодеться и убраться отсюда с Эллисон.

— Она догадалась, что мы с Эллисон улизнули после обеда и целовались.

— Что?! — воскликнула Дениз, ударив кулаком по столешнице.

— Я так и знала, — сказала мама, улыбаясь.

— Ты знала? — спросил я.

— Ага, в ту секунду, когда она вошла в эту дверь, я поняла, что, в конечном итоге, вы будете вместе: по глазам было видно. И я знала, что вы в комнате Кэлли. Стояла на шухере. — Она подмигнула.

Я знал, как она относилась к Эллисон, но такое поведение немного тревожило.

— Спасибо… наверное.

— Плюс, у нее на шее засос размером со штат Флорида. — Мама рассмеялась, и мы с Дениз подхватили.

— Ты же не переодевался перед ней? — спросила Дениз. — Если она увидит, что у тебя под рубашкой, то решит, что у тебя крыша съехала.

— Теперь у меня все на месте: и Эллисон, и крыша.

Когда я вышел из ванной в рубашке Калеба, Эллисон была на кухне. При виде меня, три дамы заулыбались: очевидно перемывали мне косточки. Раскрасневшееся лицо Эллисон было таким милым и нежным, что меня просто распирало от любви. От любви, в которой я так и не признавался напрямую. Нужно было это исправить, как только придет время.

***

Пока мы, держась за руки, шли к электричке, Эллисон рассказывала о поездке в Иллинойс. Услышав, как она помогала Эду, я влюбился в нее еще сильнее. Мне захотелось тут же признаться в этом, и я едва удержался.  

История о том, как она столкнулась с братом на могиле Аманды казалась невероятной и заставляла задуматься о том,