Верни мою душу - Ольга Кабацкая

— Причину зовут Алиной, ей сейчас двадцать пять лет. И, да, она дочь Татьяны, — я внимательно следил за реакцией Валерия Александровича. Что-что, а считать он всегда умел. — От отца я знаю, что у вас с ней был роман.

— Невозможно, — Валерий Александрович поджал губы, медленно опускаясь на своё место. — Чтобы тебе не наговорила эта Алина…

— Она ничего не знает, — не дал я ему закончить фразу. — Дело в том, что… — я не сдержал подобие смешка, пытаясь подобрать определение нашим с Линой отношениям. — Недавно Алина узнала, что женщина, которую она считала матерью – ей никто. Как и давно умерший отец – не отец. Всё что у неё есть на данный момент – это имя матери. Настоящей. Татьяны. Уверен, начни она искать – выйдет на вас. Если захочет. И я хочу быть готовым к этому моменту.

— Заботишься о ней? — хмыкнул Валерий Александрович. — Она не может быть моей дочерью. Таня бы сказала…

— Вы уверены? — переспросил я, доставая телефон и открывая фотографию Лины. — Я не эксперт, но внешнее сходство есть.

Я наблюдал, как он берёт в руки смартфон. Как рассматривает снимок, с трудом сохраняя внешнее спокойствие.

— На мать похожа, — наконец-то произнёс он, шумно втянув носом воздух. — На мою.

Какое-то время мы молчали. А потом Валерий Александрович начал рассказывать. Половину я и так знал со слов отца. Бурный, но непродолжительный роман. И конец настал ровно в тот момент, когда жена Валерия узнала про его интрижку на стороне.

— Не могу сказать, что Татьяна была ошибкой, — признал Валерий Александрович, погрузившись в воспоминания. — На тот момент, мне казалось, что ошибкой был мой брак, но… дети. Да и жену я любил. Просто запутался, — он сосредоточил на мне взгляд. — Татьяна бы сказала мне. Не стала бы утаивать беременность. Не спорю, по возрасту твоей Алины всё сходится, но… Проклятие.

— Обиженные женщины часто совершают глупости. Даже если сами понимают, что действуют себе во вред, — поделился я собственным опытом. — А ваш последний разговор с Татьяной, как мне кажется, закончился не на дружеской ноте.

— А вот здесь ты не прав, — ухмыльнулся Валерий Александрович. — Она достойно меня выслушала и… — он замолчал, а после беззвучно выругался. — Ты сказал, что девушку воспитывали чужие люди. Почему? Татьяна не могла бросить ребёнка, даже из-за обиды на меня…

— Она умерла, — пояснил я, заметив отголосок боли в его глазах.

Далее я коротко обрисовал жизнь Алины. То, о чём она сама узнала лишь недавно. Обстоятельства, которые послужили причиной, я так же не стал утаивать. Как и специфическое отношение её мачехи и поистине новаторский подход к воспитанию.

— Сука, — резюмировал Валерий Александрович.

Мне к выше озвученному добавить было нечего. Какое-то время мы провели в тишине.

Валерию требовалось время, чтобы обдумать услышанное.

Да и мне хватало пищи для размышлений. И в мыслях был только один человек.

Правильно ли я поступил, действуя за её спиной? Да.

Не уверен, что она поймёт это сразу, но…

Всё, что я сейчас делал, и планировал сделать, было продуманно на несколько шагов вперёд. С Алиной иначе нельзя. Она так сильно втемяшила в свою голову, что… «это ничего не значит», что просто так не отступится.

И это касается всего. Не только меня.

Я уверен, как только она успокоится и начнёт искать свои корни, то выйдет на Валерия. Но не придёт к нему. Будет воротить свой красивый носик, от папаши-богатого-сноба. Напридумывает себе историй о том, как он бросил её мать с ребёнком на руках. Будет грызть себя этим.

Эту поведенческую схему она блестяще сейчас отрабатывает на мне.

А ведь любит меня.

Я знаю.

Я чувствую.

— Оставь мне её контакты, — принял для себя решение Валерий Александрович. — С ходу я семью ошарашивать не буду. Сделаем тест и…

— Я против того, чтобы вы ошарашивали Алину, — я достал из внутреннего кармана пиджака запечатанный конверт и положил его на стол. — Тест можете сделать и без Алины. Этого хватит.

Хорошо, когда брат на твоей стороне. И вдвойне хорошо, когда его невеста живёт в одной квартире с Линой.

А самое замечательное, что, когда вскроется правда, получать по голове от разъярённой Алины я буду не один.

— Если всё подтвердится, я официально признаю её, — произнёс Валерий Александрович, постукивая пальцами по конверту. — И…

— Только не вздумайте предлагать ей денег, — не удержался я от совета. — Или дарить что-то, что можно принять за откупные. Она сразу вас… в общем, не захочет общаться. И в выражениях стесняться не будет.

— Делишься собственным опытом? — криво усмехнулся он в ответ на мои слова.

— Можно сказать и так.

На этом наш разговор был закончен. Мне оставалось только ждать.

И ждал я не только звонка от Валерия с результатами теста ДНК.

Я ещё очень хотел посмотреть на какие-то смелые идеи в проекте Лины.

И дождался.

Правильно говорят, бойтесь своих желаний.

Когда через три дня мне пришло от неё сообщение с интригующей припиской: «Ваша воображаемая жена точно оценит!», я уже почувствовал неладное.

А открыв макет не смог сдержать смех.

Раскусила.

58

Как только я забрала ноутбук из ремонта, первым же делом, придя домой, отправила Андрею проект.

Это же надо так. Даже обидно немного, что на три дня пришлось отложить макет дома мечты. А кто виноват? Я. Ведь знаю же, что рядом с техникой нельзя ставить кружки. Залила ноут кофейком.

Как я кричала… даже Юлька прибежала, зачем-то прихватив с кухни скалку. Не знаю, что она ожидала увидеть, залетев в мою комнату, но вбежала она очень воинственно.

И хорошо, что я успела выключить ноутбук, а не просто носилась по комнате, пытаясь вытряхнуть из него жидкость. Три дня и вуаля – моя прелесть вернулась ко мне. Со всей информацией, что была внутри.

А ведь сколько раз я хотела скинуть всё в облако, на вот такой вот случай…

— Это взяла, это взяла, так… косметичка! — Юлька пробежала по коридору, волоча за собой сумку.

Павлик наконец-то решил познакомить невесту с родителями. Меня тоже звали, но я отказалась, зацепившись за работу на "Виктора". Этот аргумент они приняли. Да, не спорю,