Больше, чем танец - Алла Биглова

знает своё место! Если он мой парень, это не даёт ему никакого права…

– Ну, я же начал встречаться с тобой. Согласись, у меня хороший вкус на девушек, а значит, и на всё остальное тоже, – хитрая улыбка нарисовалась на его лице. Ну, точно, сбежал из преисподней.

Хмыкнула: мне всё это дико нравилось.

– И ты забыла кое-что. Но я возьму это сам, – Виктор резко притянул меня к себе и страстно поцеловал.

Когда отстранились, выяснилось, что мне очень тяжело дышать, а сердце частит в груди.

Мы установили зрительный контакт, по телу прошёлся мощный заряд тока. Мне никак не хотелось отводить взгляда от безумных глаз Виктора: в них горели заманчивые огоньки.

Он сам прервал волшебный момент: взял чай и отошёл к окну. Я тоже взяла свой. Меня удивил его столь странный жест.

– Всё в порядке? – потрепала за плечо. Меня слегка напрягло его поведение.

– Да, всё хорошо, – кивнул, даже не обернувшись. Знаю же: врёт. Словно почувствовав, что запахло жаренным, продолжил: – Просто прикинул сколько времени мы с тобой потеряли. Ты могла бы уже быть моей женой, у нас уже мог расти сынишка…

Опешила. Он и… сожалеет? Немного подумала, и озвучила то, что давно хотела:

– Дорогой, я не расстроена, что наши отношения начались куда позже, когда мы оба повзрослели. Иначе какой смысл? Начни мы встречаться тогда, я бы не стала танцовщицей, ты не открыл бы свой бизнес. Возможно, это всё к лучшему?

Виктор покачал головой, словно не уловил смысл сказанного мною.

– Знаешь, когда девушка постоянно отказывается от встреч, не реагирует на знаки внимания, начинаешь сомневаться в том, а достаточно ли ты симпатичен ей? – не стала перебивать его монолог, лишь пыталась понять к чему он клонит. – Только с возрастом понимаешь, что фраза «не отпустил отец» это не отмазка, а достаточно веская причина. Помнишь, сколько раз я звал тебя гулять?

– Помню, – кивнула, испытав укол в сердце от воспоминания тех диких денёчков первого курса. – Отец действительно не пускал меня на прогулки, особенно вечерние, повторяя, что основное сейчас – учёба. Типа я не должна отвлекаться. Стало гораздо проще, когда он ушёл. Мама прекрасно понимала меня, считала взрослой и не устанавливала глупых запретов.

– Но тогда я об этом не знал! Ты понимаешь, как это выглядело? Ты отказывалась от свиданий со мной, но спустя полгода уже вовсю гуляла с Сергеем! – Виктор сказал это крайне эмоционально, но несмотря ни на что, в его словах все же не было упрёка. Он просто сожалел о потерянном времени. – Но, знаешь, что было больнее всего?

Удивлённо вскинула бровь, внимательно слушая. Сил возразить не осталось. Не хотелось копаться в прошлом, потому что оно причиняло особенно мучительную боль.

– Когда ты перестала соглашаться на прогулки со мной, я пригласил на концерт твоей любимой группы Любу и попросил позвать тебя. Я надеялся, что вместе с подругой ты придёшь, и в столь романтичной обстановке смогу признаться тебе в своих чувствах, – произнёс он на одном дыхании.

Потеряла дар речи. Не смогла удержаться на ногах, плюхнувшись в свободное кресло и поставив кружку на стол. Не хватало ещё её разбить! И так чувства разбились миллионами осколков. Ощутила одновременно и злость, и дикую ярость, опустошённость, и бесконечную ненависть.

Спокойно. Это было несколько лет назад. Но как же больно сейчас!

– В тот вечер ты не пришла. Мы не долго были с Любой на концерте, ибо нам обоим не нравилась музыка. Не нравились песни, бит, а я к тому же чувствовал себя полностью убитым и брошенным. В тот вечер мы сидели в фастфудном ресторанчике…

~~~

От лица Виктора

Концерт не зашёл. Эти клоуны раздражали половину выступления, Надежды не было, рядом вертелась симпатичная Любовь, пытавшаяся хоть как-то меня поддержать. Свалили на середине, ибо не хватило сил слушать это «я устал, хочу любви» и «дни гламура сочтены». Денег на билеты было потрачено немерено, а виновница торжества даже не соизволила прийти. Опять строгие родители не пустили?!

Какие дикие бредни!

– Вить, айда в кафешку. Я угощаю. После таких песнопений уж очень сильно жужжит голова, – проворковала Люба на ухо.

Согласился: девушка удивительно понимала меня. И за что Надя этих музыкантов обожает? За странное дрыганье на сцене? Так пусть определятся в конце концов: певцы они или танцоры!

Бесит!

И, похоже, бесит Надино поведение, а не какая-то группа, херово поющая.

Выбрал и занял столик, пока Люба делала заказ. Невольно засмотрелся на грациозную Любовь. Красотка не теряла времени: накупила колы, бургеров, картошки фри и сырного соуса в придачу. Когда начал есть, немного полегчало. Уже не хотелось убить динамщицу. Стало немного пофиг.

– Вить, – когда мы наелись, начала говорить Люба, прикоснувшись к моей руке. Жест показался неожиданно приятным. – Оставь её. Честно. Она недостойна тебя. Я же вижу, как ты мучаешься.

– Из-за чего мучаюсь? – попытался играть, вскинул брови типа от удивления. – Может, я беспалевно позвал тебя на концерт, надеясь, что Надя не придёт? Откуда ты знаешь о моём хитром плане?

– Ой, да брось! Это же видно невооружённым глазом! Ты влюблён в Наденьку. Да и прекрати отнекиваться: QuestPistols – её любимая группа. У тебя не настолько скверный музыкальный вкус, – фыркнула Люба, скривившись.

– Может, я пытался максимально отвести от себя подозрения? – продолжил сохранять хорошую мину при плохой игре. Не получалось: Любовь прекрасно понимала меня и словно видела насквозь.

Поразился: никогда не воспринимал её всерьёз, хоть она всегда была рядом, стараясь поддержать каждый раз, когда мне это было необходимо.

– Вить, серьёзно. Наде ты нравишься как друг. Только как друг. Ей был приятен твой жест с покупкой билета, но она уже не знает, как тебе сказать, что ты её вообще не привлекаешь. Она уже сдалась и попросила меня донести до тебя это. Извини…

Если мне до этого и было больно, то это ничто, по сравнению с тем, что я испытал сейчас. То есть сказать мне об этом прямо Надя никак не могла? Я бы понял… Смирился… Сейчас же меня охватила дикая ярость и желание придушить игнорщицу.

– Правда, ты ещё найдёшь девушку, которая оценит тебя по достоинству.

~~~

Слушала молча, обескураженно наблюдая за Виктором. Мне хотелось кричать, ругаться, что-нибудь разбить, расплакаться… И всё одновременно. Вместо этого развалилась в