Любовница твоего мужа (СИ) - Суботина Татия

— А теперь я больше не знаю, как тебе верить…

ГЛАВА 25

— То есть это все? — спросил меня Грач. Его голос охрип от едва сдерживаемых чувств.

Я видела, что причиняю ему сейчас боль вот такой своей реакцией, но не могла иначе. Возможно, с Мариной все было именно так, а не по-другому. Дима развелся. Только то, что он знал мое прошлое и все равно солгал о таком значимом факте собственной биографии, не давало мне до конца расслабиться.

Кто мог поручиться, что, если я вновь ему доверюсь, Грач не солжет опять? Что, если через несколько недель или месяцев, а может, через год я ему надоем, он поймет, что все это было несерьезно, и бросит нас?

Мне было страшно.

— Я не знаю… — пробормотала я, застыв за его спиной. — Правда не знаю, Дима.

— Хорошо, — вдруг кивнул Грач, а я испытала такое разочарование от его согласия, что едва не взвыла. — Будь по-твоему. Не можешь мне верить больше — не верь.

Мужчина метнулся к окну, оставив меня глупо пялиться на его напряженную спину.

— Ненадолго же хватило твоего терпения, — фыркнула я. — Мог бы и подольше поуговаривать, а то словно гора с плеч свалилась.

Такая претензия прозвучала смешно, но смеяться не тянуло никого из нас.

— А толку мне тебя уговаривать? Я все равно не смогу заставить тебя поверить мне, это невозможно, — пожал плечами Грач. — Зато я сделаю так, чтобы ты сама захотела вновь мне довериться. И буду ждать столько, сколько для этого потребуется.

— Что? — опешила я.

— Только не думай, что ждать буду в стороне. Даже не надейся на такое, — заявил вдруг Дима. — Слова надо подкреплять действиями, так что я готов каждый день доказывать тебе, что я тот, кто тебе нужен.

Мужчина зашел в ванную комнату, а вернулся оттуда с бархатной красной коробочкой в руке. Я затаила дыхание.

— Это все должно было быть не так, — расстроенно покачал головой он, а потом вдруг встал передо мной на колени, открыл коробочку и… — Марго, ты выйдешь за меня?

Когда-то я необыкновенно сильно хотела услышать эти слова, мечтала о белом платье и идеалистичной модели семьи. А потом сама себя убедила, что брак — пережиток прошлого и женщина вполне способна счастливо прожить без этого всего.

Сейчас же не могла оторвать взгляд от аккуратного колечка с красивым бриллиантом. Изящного, очаровательного, не помпезного, но по-настоящему шикарного обручального кольца…

— Это из-за того, что я беременна? — брякнула я, но, проследив, как сильно вытянулось после моих слов лицо Грача, поняла, что просчиталась. — Ой.

— Ты беременна? — просипел он.

— Срок маленький еще. Я только сама недавно узнала, — сжала переносицу двумя пальцами я. — Понимаю, это все очень неожиданно и мы предохранялись, но…

— Замолчи, Марго.

— Что? — вскинула на него недоуменный взгляд я.

— Замолчи.

Грач сжал меня в объятьях и впился в рот поцелуем. Жадным, страстным, голодным, который почти сразу же сменился нежным, трепетным, ласкающим…

— Я люблю тебя, Птичка, — выдохнул мужчина.

— Любишь? — просипела я.

И даже ущипнула себя за руку, чтобы убедиться: происходящее не сон.

— Люблю, — улыбнулся Грач. — Тебя, нашего малого и того, кто еще не родился.

— Так уверен, что это будет мальчик?

— Сначала мальчик, потом девочка, — сказал Дима, целуя меня в уголок губ.

— Еще и девочка? — притворно возмутилась я. — Ты же не ищешь серьезных отношений, а тут устроил показательное выступление, кинулся в романтику и развел стол заказов на пол младенца.

Я просто не могла не подковырнуть его. Природная вредность меня подзуживала сейчас щелкнуть мужчину по носу, чтобы не казался таким неприлично счастливым.

— С тобой, Марго, я хочу всего, о чем раньше даже не задумывался, — не стал отшучиваться Грач, наоборот, стал вдруг очень серьезным.

— Так уж и всего? — хмыкнула я.

— Всего и сразу, — твердо сказал он. — Позволишь?

Внутри меня разгорался пожар радости. Хотелось и плакать, и смеяться, и обниматься, и налопаться мороженого… В общем, желания были противоречивыми, а ощущения незнакомыми и такими сильными, что меня потряхивало от охвативших чувств. И, казалось, с Димой сейчас происходило то же самое…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А не заболел ли ты, часом? — уже откровенно издевалась над Грачом я. — Я тебя не узнаю. Дрожишь, глаза блестят, на романтику потянуло…

— Разве что тобой, — хмыкнул Дима. — И выздоравливать не собираюсь. Так что? Ты долго будешь меня мучить?

— Я-а?!

— Марго, ты станешь моей женой? — повторил он главный сейчас вопрос и впился требовательным взглядом в мое лицо.

Я сглотнула. Решение уже крутилось на кончике языка, но озвучить его я не решалась.

Наше напряженное молчание разрушила трель звонка.

— Прости, мне нужно ответить, — поморщился Грач, доставая свой мобильный телефон. — Слушаю.

Кроме мужского голоса, я ничего толком разобрать не смогла, но сразу же догадалась, что дело серьезное. Дима неуловимо изменился, подсобрался весь, помрачнел, нахмурился. И эта его реакция заставила меня насторожиться в поисках опасности.

— Понял. Сейчас буду, — резким тоном приказал он. — Ведите его, и не забудь отправить мне координаты.

— Что-то случилось? — с опаской спросила мужчину я, совершенно не уверенная, что хочу знать ответ.

Грач поджал губы.

— Ты только не нервничай, Марго, — выдал он, отчего мне стало откровенно не по себе.

Ведь так начинают, когда собираются сказать что-то страшное.

— Ты меня пугаешь, — предупредила Грача я. — Что случилось?

Дима взял меня за руки, словно пытался поддержать и поделиться своей уверенностью и теплом.

— Халявкин пытался похитить Богдана.

— Что?! — пошатнулась я.

— Эта мразь подкупила воспитательницу детского сада, — стал объяснять он. — Но ничего не вышло. Мои парни вовремя заметили, малой с Ядвигой, слышишь, Марго? Все в порядке, ничего не случилось…

— Что-то мне нужно присесть, — пробормотала я.

— Не стоило мне тебе ничего рассказывать, — разозлился сам на себя Грач, помогая мне устроиться на кровати. — Тебе плохо? Вызвать врача? Ну что ты молчишь?!

Я просто тяжело переваривала вдруг свалившиеся на голову факты.

— Все нормально, не нужно врача. Я все равно бы узнала, Дима. Ты же понимаешь? И тогда недавний наш разговор о доверии вновь встал бы на повестке дня, словно камень преткновения.

Грач кивнул.

— Мне нужно отъехать, Марго. Я хочу сам с этим Глебом разобраться. Слишком он непонятливый. Таких людей нужно лично учить, иначе они так и будут вставлять палки в колеса и всплывать по жизни, как дерьмо, которое не тонет.

Грач развернулся, собираясь уходить, но я успела схватить его за руку.

— Дим, будь осторожен, — попросила его.

Мужчина погладил меня по щеке.

— Слава отвезет тебя в город, ладно?

Буквально через две минуты я услышала, как машина Грача выехала за территорию коттеджа. Я же не могла найти себе место. Дима уехал и забрал с собой все мое спокойствие.

— Завтрак, Маргарита Александровна? — предложил мне Слава, на которого я наткнулась, едва вышла из комнаты.

— И как у тебя получается так бесшумно передвигаться? — закатила глаза я.

— Это талант, — хмыкнул мужчина, протягивая мне мою сумочку. — Ну и чуток тренировок. Так что там насчет завтрака?

— Не хочу, — отказалась я. Тошнота улеглась, но аппетит по-прежнему спал. Сейчас мне и кусок в горло не полез бы, от переживаний тревожные мысли не давали покоя. Какая уж тут еда, если выть охота? — Пожалуйста, отвези меня домой. К сыну.

Слава кивнул и сделал так, как я попросила. Хотя я и успела заметить его тоскливый взгляд, обращенный в сторону кухни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Маргоша! — кинулась мне навстречу Яга, едва мы с телохранителем переступили порог моей квартиры.

Я прижалась к женщине и неожиданно для себя горько всхлипнула. Эмоции требовали выхода, но я до боли закусила нижнюю губу, чтобы сдержаться.