Мэв Хэран - Вернись, бэби!

Би с нежностью обняла девушку.

– У меня есть идейка получше, – объявила она. – Моя дочь ведет себя непотребным образом. Не знаю даже, как за нее и извиняться. Но хватит нам страдать, пора действовать! Вся эта глупость продолжается уже слишком долго. – Она сняла плащ и расположилась на диване. – Чудесная комната! У тебя отменный вкус, дорогая. – Понизив голос, Би добавила: – Не то что у Стеллы. Так вот, Молли, пора нам с тобой нанести ответный удар. Справедливости ради надо сказать, что Стелла действительно обнаружила в себе любовь к сыну, но она верна себе и считает, что Джо достался ей в качестве подарка. О твоем существовании она просто забыла. Значит, надо напомнить. А для этого я предлагаю, как это ни жестоко, доказать ей, что ты не кукла, которую можно отложить в сторону, когда в ней отпала необходимость.

– Вперед! – поддержала Клэр, воздев кулак в жесте Че Гевары.

– Вы хотите сказать, надо ей все-таки бросить этот кирпич? – Молли оживилась.

– Я целиком за, но вообще-то у меня есть более тонкий план. И к тому же убийственный. – Она открыла чехол и извлекла оттуда платье нежно-кремового шелка. Оно легло на диван мягкими мерцающими складками. – Это Живанши. Подлинное. Говорю так уверенно, поскольку сама его заказывала в 1935 году. Оно уже тогда стоило три тысячи фунтов, а теперь, с учетом того, сколько раз я его надевала, – и вовсе баснословные деньги.

На свет появилось второе платье. Черное и узкое, расшитое бисером, с бретелью через одно плечо.

– На вешалке – так себе, – сказала Би. – Но поверь мне, когда в нем будет тело, – закачаешься! Особенно такое тело, как у тебя. Я-то всегда была как доска, грудь приходилось подкладывать. Ну-ка, примерь! – Би взяла у Молли малыша и опустила на пол. Потом дала ему свою трость с рукоятью слоновой кости в виде лисьей головы. – Пусть немного поиграет. Ну же, Молли, надевай, пока дают!

Молли сняла с себя джинсы и майку и осталась в одном белье. От смущения она зарделась.

– Когда поездишь с мое по городам и весям, где приходится переодеваться черт-те в каких условиях, поневоле привыкнешь к виду чужих бюстов и прочих частей тела. Похлеще редактора «Плейбоя». – Она озорно подмигнула. – И научишься отличать настоящую блондинку от крашеной. Боюсь, с этим платьем лифчик не пойдет.

Би застегнула «молнию» сзади и отошла на шаг, чтобы оценить результат.

– Бог мой! Когда я его надевала, все смотрели на платье. В данном случае будут пялить глаза на твою фигуру. Ты очень привлекательная девочка, ты это знаешь? А будешь выглядеть еще более потрясающе, когда мы проделаем вот это. – Она расстегнула гребень с защелкой, которым Молли обычно перехватывала сзади свою гриву, и роскошные рыжие волосы волнами рассыпались по ее слегка веснушчатым плечам.

Клэр ахнула. Молли посмотрела в зеркало и тоже ахнула. На нее смотрела роскошная молодая женщина в платье, создающем необычайно сексуальный эффект. Она была похожа на модель художника девятнадцатого века, своими эротическими уловками способную заставить мужчину забыть и жену, и детей, чтобы предаться опасной страсти.

– Понимаю, вам, молодежи, это может показаться допотопным приемом, но пора тебе пустить в ход свои чары и напомнить Джо, что в его жизни есть что-то поинтереснее Стеллы.

– Никогда не считала себя сексапильной, – засмеялась Молли, очарованная своим отражением в зеркале. – Я больше по части решения проблем и улаживания всяких дел.

– И вот куда это тебя завело! – поддразнила Би. – Определенно пора сменить амплуа. Отныне будешь сердцеедкой. Или, лучше, свекровеедкой.

– Все-таки это странно, – нахмурилась Молли. – Я что, бьюсь за него на сексуальном фронте?

– Это единственный фронт, где Стелла всегда на коне. Вот только в ее случае, увы, говорить о подлинно сексуальном чувстве не приходится. И то, что ты видишь, ты никогда не сможешь от нее получить.

Би взяла Эдди на руки и повернула его лицом к маме.

– Ну, как тебе твоя мамочка в таком виде? Так бы и съел, да? – Эдди обеими ручонками потянулся к бюсту Молли. – Вот так сказанула! – засмеялась Би. – Кстати, не разрешишь мне у тебя переночевать? Как подумаю, что надо ехать в Суссекс, а завтра опять сюда, – дурно становится.

– Беатрис, – совершенно искренне заверила Молли, – для меня это будет большое удовольствие.

Так и вышло. Вино, правда, уже кончилось, но Би вдвоем с Клэр сходили в угловой магазин и умудрились выторговать у мистера Савалы две бутылки почти приличного напитка, наличие которых трудно было даже подозревать.

– Из своего загашника выдал! – тараторила Клэр. – По-моему, он их хранил как реликвию. Но Би умаслила его рассказом о своих гастролях в Рангуне, и он растаял. Не разрешил брать ничего с полок, а лично принес из своих запасов. Думаю, это нам подойдет.

Молли наскоро соорудила спагетти с томатным соусом и присоединилась к своим гостям.

– Надеюсь, вы едите пасту? – весело спросила она.

– Дорогая, когда поездишь с мое, научишься есть все подряд. В Индии – карри, в Китае – дим-сум, в Сингапуре – лапшу, в Таиланде – сушеную рыбу, в Афганистане – бараний глаз. На каких только окраинах империи я не побывала! Похлеще доктора Ливингстона!

– Должно быть, у вас была очень интересная жизнь! – предположила Клэр.

– Да. Но не совсем такая, как мне бы хотелось. Я бы предпочла, чтобы Джордж нашел работу здесь, но у него был довольно ограниченный диапазон. Кончились мюзиклы – сошел и он. Поэтому поездки были для нас единственным способом держаться на плаву. Я считала, что из кожи вон лезу, но на Стелле это отразилось не лучшим образом. Она росла в одиночестве, а теперь в одиночестве живет, несмотря на многочисленных поклонников. – Беатрис подняла бокал. – Но мы с вами другие! Господь одарил нас энергией и целеустремленностью. Если нам становится одиноко – мы действуем!

– Только не всегда разумно, – вздохнула Молли. – Например, ищем давно забытых мамочек.

Би взяла ее за руку.

– Может быть, это должно было произойти. Джозефу надо разобраться, чего он хочет от жизни. – Она подмигнула. – Нам только нужно убедиться, что мы подталкиваем его в правильном направлении. И если кто и может это сделать, то только ты. По-моему, Джозефу очень повезло.

Молли подняла бокал в необычайном воодушевлении.

– Что ж, пора ему в этом убедиться!

Би просияла. Наконец-то ее невестка заговорила по существу.

– Выпьем за это, а, Клэр? Вообще-то, – она опять улыбнулась, – мне кажется, мистер Савала будет доволен, если мы откроем и вторую бутылку.

Назавтра, отдав Эдди соседке снизу миссис Саламан и приведя ее этим в полный восторг, Молли уже в половине третьего начала наряжаться, как какая-нибудь фотомодель перед съемками для обложки очередного журнала.