Империя Искушения - Мила Финелли

сказала, что мы встретимся завтра. Как раз когда я уходила, один из работников кухни пришел с перекура в переулке. Это было обычным делом, поэтому я не раздумывала дважды, пока он не сказал:

— Валентина? Какой-то мужчина спрашивал тебя снаружи.

Мужчина? Я сразу насторожилась. — Кто?

Повар указал на переулок позади себя. — Он сказал, чтобы я говорил тебе, только если ты одна. Это твой отец.

Каждый мускул в моем теле напрягся. Мой отец? Здесь? Какого хрена? Зачем он пришел именно сегодня ночью?

Я колебалась, размышляя, что делать. Мне не хотелось разговаривать с Флавио Сегрето, но я не хотела, чтобы он общался с кем-либо из моих сотрудников, или с Лукой. Это могло быть полным дерьмом. Нет, моему отцу нужно уйти и не появляться.

Я глубоко вздохнула и выбежала в переулок, готовая к битве.

Было темно. Только свет над дверью давал хоть какое-то освещение, поэтому я вгляделась в темноту.

— Где ты? — прошипела я.

— Сюда, — раздался у мусорного контейнера мужской голос с акцентом.

Я подошла, стуча каблуками по цементу. Конечно, мой отец ждал там, ловко спрятавшись. Не дай Бог, он действительно повел себя как нормальный отец.

Он выглядел так же, с чуть большей сединой в его коротко подстриженных волосах. Может быть, немного более круглым в середине. Но изможденное лицо, темные подозрительные глаза? Я бы узнала их где угодно.

— Чего ты хочешь, Флавио? — рявкнула я. — Я немного занята.

— Лука Бенетти — опасный человек. Тебе нужно держаться от него подальше.

Я тяжело выдохнула и посмотрела на небо в поисках поддержки.

— Серьезно? Это то, что ты пришел мне сказать? Ты не имеешь права комментировать что-либо, касающееся моей жизни. Ну, если это все, увидимся через пять лет или около того.

Я начала поворачиваться, но он схватил меня за руку, чтобы удержать.

— Валентина, не будь дурой. Он убийца, палач. Он нехороший человек. Даже если бы он не был слишком стар для тебя…

Я вырвала руку из его хватки. — Боже, прекрати. Я точно знаю, кто такой Лука, и это не твое дело. Если это твоя попытка защитить меня или вести себя как настоящий отец, то это слишком мало и слишком поздно. Я не хочу ничего слышать, что ты можешь сказать.

— Тебе нужно меня выслушать! Я знаю, ты меня ненавидишь, но ты не хочешь связываться с ним или его семьей. Он убьет тебя, не задумываясь ни на секунду.

— Нет, он бы этого не сделал. Ты не знаешь его так, как я. И у тебя нет твердой опоры, Флавио. Ты из того же мира.

— Да, поэтому я и предостерегаю тебя от него, figlia.83 Это плохо для тебя кончится.

Может быть, но я не хотела этого слышать. Не от этого человека. Он игнорировал меня почти всю мою жизнь, позволяя моей матери растить меня одной, а затем позволяя ей умереть, когда я была рядом с ней. Позволяя мне бороться с рестораном, ипотекой. К черту его. — Уходи и не возвращайся. Ты мне не нужен, и я не хочу, чтобы ты был в моей жизни.

— Не упрямься, Вэл. Не сейчас. Твоя мать…

— Не говори о моей матери. Ты потерял это право много лет назад.

— Mamma mia, — сказал он, проводя рукой по затылку. — Я знаю, ты меня ненавидишь, и я не могу этого изменить, но я говорю тебе, что Бенетти — худший из людей. Я не могу позволить тебе с ним связываться.

— Не можешь мне позволить? Боже, какая наглость. — Я издала звук, который был чем-то средним между насмешкой и мрачным смехом. — Ты не имеешь никакого контроля или влияния на мою жизнь, Флавио. Никакого. Спасибо, что зашел, — саркастически сказала я. — Больше так не делай.

Я начала уходить, но отец еще не закончил.

— Он здесь только для того, чтобы использовать тебя, чтобы добраться до меня.

Я остановилась как вкопанная и оглянулась через плечо. — О чем ты говоришь?

— Бенетти. Он здесь, в Нью-Йорке, подбирается к тебе, чтобы найти меня.

— Ты бредишь. — Я подняла ладони, словно отгоняя злого духа. — Серьёзно. Теперь ты пытаешься заставить меня поверить, что всё дело в тебе? Иисус. Как раз тогда, когда я думала, что хуже уже некуда.

— Подумай об этом, Валентина. Зачем он пришел в твой ресторан в тот первый вечер? Зачем он ошивается в этом дерьмовом городе? Зачем он перевез тебя в свой дом? — Он покачал головой. — Ты действительно думаешь, это какая-то любовная связь между вами двумя? Ты не можешь быть такой наивной.

Комок образовался в моем горле. Я хотела отмахнуться от этих слов, но это были все мои глубоко укоренившиеся страхи. Даже мой собственный отец не любил меня, так как же мог любить любой другой мужчина? Я много работала над этим с психотерапевтом, прежде чем моя мама заболела, поэтому я знала, что это неправда. Но в глубине души, в глубине души я всегда в это верила.

Я скрестила руки. — Хорошо, допустим, ты прав. Зачем Луке тебя искать?

— Потому что я в розыске в Италии. Мои враги. Они казнят меня. И Бенетти намерен это сделать.

Боже мой, какая драма. Это было невероятно. Мои конечности вибрировали от гнева, когда я указала на него. — Ты сумасшедший. Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы я встречалась с ним, но выдумывать все это, просто смешно. Серьезно, уходи.

Развернувшись на каблуках, я поспешила на кухню. — Ты его не знаешь! — крикнул отец.

Я не остановилась. Мне нужно вернуться в столовую. Я не хотела, чтобы Лука пришел искать меня и нашел Флавио. Мой отец был позором, не более чем старым дураком, который изрыгал ложь и пытался вести себя так, будто ему есть до меня дело.

Лучше бы я вообще не выходила на улицу.

Лука и Роберто болтали за нашим столиком, когда я вернулась. Мне нужно успокоиться, я сделала вдох и медленно выдохнула, а затем натянула на лицо улыбку. Как будто мы были связаны невидимой нитью, Лука бросил взгляд, как только я направилась к нему. Его глаза скользнули по всему моему телу, осмотр был медленным и тщательным. Когда я приблизилась, я увидела, что жар в его взгляде был подлинным, а не поддельным для моей выгоды. И это вызвало бунт в моей крови, моя киска стала мокрой от желания.

Мой отец мог идти на хер. Лука был лучшим, что когда-либо случалось со мной.

И я была более чем готова показать ему.

— Ciao, — поприветствовал меня Роберто,