Инсинуации - Варвара Оськина

операции. Знал ли Риверс? Нет, конечно же, нет. Такие нюансы не интересовали профессора. Наверняка он пришёл в магазин и ткнул в первый понравившийся экземпляр, не задумываясь ни о красоте, ни о деньгах. Один ленивый взмах руки, равнодушно брошенное «упакуйте» и ничего больше. Господи, сколько ещё раз её ткнут носом в фантастическую жестокость этого мира?

Одним движением Элис захлопнула ноутбук и выключила свет, прячась с головой под одеялом. В тишине комнаты вибрация телефона прозвучала особенно громко, и не осталось сомнений, от кого пришло внеурочное сообщение. Бросив взгляд на экран, Элис поняла, что не ошиблась:

«Два цветка за два синяка. Я искал их для Вас, моя Психея. Делайте с ними что хотите, но не вздумайте возвращать – выкину».

Дочитав сообщение до конца, Эл с отчаянием швырнула телефон на пол. Подавившись всхлипом, она упала на подушку, и глаза наполнились злыми слезами. Ублюдок… Жестокий ублюдок. За какие грехи она понадобилась ему?«Я искал их для Вас…» Чёрт возьми, будь ты проклят, Джеральд Риверс, со всеми своими цветами и медведями. Ну почему, во имя всего святого, он не мог просто извиниться, как делают нормальные люди? Элис снова всхлипнула и зажала рукой рот в попытке приглушить рыдания. И что теперь делать? Отдать? Продать? Выкинуть? Ставки подскочили на высоту небоскрёба Хэнкок, и Эл понятия не имела, какой ответ даст ей шанс если не выиграть, то хотя бы рассчитывать на ничью. Со стоном перевернувшись на живот, Элис снова накрылась одеялом и постаралась спрятаться от нависших над ней сложных решений. Отдать! Выкинуть! Уничтожить! Всё что угодно, лишь бы избавиться от малейших сомнений в правильности сделанного выбора.«Я искал их для Вас… делайте с ними что хотите…»Да пропадите вы пропадом, профессор!

От безвыходности положения и острого осознания своей слабости хотелось орать до кровавого хрипа, но Элис лежала молча, уткнувшись в душную темноту хлопковой наволочки. Она не справится… не сможет… Был ли шанс унизить её ещё больше? Нет. Риверс бил в самое уязвимое место, давил туда, где воля молодой неопытной девчонки грозила лопнуть с лёгкостью мыльного пузыря. И откидывая ставшее внезапно жарким одеяло, Элис уже знала, каким должен быть ответ.

– Ваши извинения приняты, профессор, – прошептала она и вытерла глаза тыльной стороной ладони.

11

– Привет, детка! Как там медведь? – чей-то окрик прорезал шумевший в фойе гул голосов.

Не оглядываясь и не меняя выражение лица, Элис подняла средний палец в сторону предполагаемого шутника. За сегодня это был уже пятый случай. И так продолжалось все два дня после знаменательного схождения розового монстра с небес. Совершенно незнакомые люди останавливали Эл на улицах Кембриджа, чтобы узнать, как поживает чудовище. Сначала она пыталась огрызаться, но довольно быстро оценила бесперспективность и с дьявольской ухмылкой стала отвечать, что вспорола милашке кишки. Но и это быстро надоело. Потому теперь Элис игнорировала подобные шуточки и прошла мимо тупиковой ветви эволюции, не удостоив даже лёгким поворотом головы. Пусть сами догадываются о судьбе плюшевого убожества. Раздался перемежавшийся идиотскими комментариями смех, но Элис толкнула входную дверь и вышла под проливной дождь. Погода окончательно испортилась, перестав баловать солнечными деньками. Впереди предстояли четыре месяца сумрака и тумана. Раскрыв зонт, Элис нырнула в водную пелену и направилась прямиком по Массачусетс-авеню в библиотеку Хайден Мемориал.

Читальный зал пустовал, что было совершенно обычно для этого времени суток. Большинство студентов бывали здесь где-то с шести вечера и до полуночи. Толкаясь и переругиваясь, они, словно птицы за насест, дрались за любой кусочек свободной плоскости. Но в остальное время огромные столы, за которыми свободно помещалось до шести человек, пустовали. Сегодня занятыми оказались лишь пара уютных кресел около окон, да ещё кто-то расположился на втором этаже, откуда доносился тихий бубнёж.

Подключив ноутбук к старенькому плоттеру, Элис расположилась за одним из столов. В запасе было минут пять, чтобы отдышаться, пока техника делала своё дело. Она прислушалась к себе и попыталась понять, изменилось ли что-то в её зыбком состоянии. Волнения последних недель прошли на удивление без последствий, и это внушало бы оптимизм, но Элис слишком хорошо себя знала. Она по-прежнему мало спала, засиживалась допоздна за учебными работами и проектами, а каждый понедельник просто умирала на лекциях, желая поскорее вытянуть уставшие за рабочий уик-энд ноги. Взгляды Джошуа с каждым днём становились тревожнее, а ей всё труднее удавалось скрывать от него снова начавшие синеть кончики пальцев. Элис истончалась. Каждый новый день методично снимал с неё слой за слоем, словно хотел оставить после себя выбеленный скелет. И кажущаяся волшебной хрупкость грозила обернуться тем, что однажды Эл просто не сможет встать. Болезнь прогрессировала, но шансов что-то изменить не было.

Ну а завтра предстояло пережить одно из самых важных событий студенческой жизни – Большую Технологическую Конференцию. Главное научное мероприятие Массачусетского университета проводилось каждый год и совершенно обоснованно считалось ступенью, с которой будущие выпускники могли стартовать в большой мир. Именно там завязывались нужные знакомства с гигантами различной промышленности и Кремниевой долины. Тот, кто ещё не был связан рабочим контрактом, вполне мог получить интересные предложения, а потому Элис строила грандиозные планы.

Плоттер пискнул, предупреждая о конце печати, и отключился. Вздохнув, она тяжело поднялась со своего стула и подошла к столу, чтобы придирчиво рассмотреть огромный, ещё тёплый лист бумаги. Взгляд скользнул по чёрным буквам текста в поисках прорех в краске, и только убедившись в идеальности, Элис аккуратно свернула доклад, спрятала в большой цилиндрический тубус и выглянула в окно. Дождь не прекращался и придавал охватившему Эл унынию оттенок восхитительной безнадёги. До сих пор была не решена проблема в программе, отчего с каждым днём всё больше росла нервозность. Но хуже того, профессор Хиггинс, кажется, терял терпение. Чёрт возьми, не будь с Риверсом так всё запутанно, Эл бы первая попросила о помощи.«Из всех встреченных мною женщин каждая в итоге была хороша лишь в качестве красивой спутницы или для работы с бумагами…»– всплыла в голове давным-давно брошенная фраза. Это мы ещё посмотрим!

По возвращении домой Элис первым делом бросила взгляд на медведя, чьё тело до сих пор покоилось в кресле. Она была бы рада не смотреть на него, но исчадье ада привлекало внимание с апломбом дарителя. Брови удивлённо поползли