Холодная. Книга 1 - Инна Инфинити

Гарварда, и это ожидание даётся нелегко. Извини, дело не в тебе, а во мне. Я просто сильно паникую.

Егор тяжело вздыхает.

— Ты можешь хотя бы сказать мне, где ты была?

— В этом нет необходимости, Егор. Отец знал, где я находилась. Этого достаточно.

Кузнецов ей больше ничего не отвечает. В класс заходят другие ученики, а потом появляется и учитель.

Егор думает, что Кристины не было только одну ночь. Он не знает, что она почти не живет в доме уже очень давно. Я не стал ему вчера об этом говорить.

Я уверен почти на 100 %, что Кристина остается в каком-нибудь доме или квартире отчима. Не думаю, что особняк в Золотом ручье — единственная недвижимость Игоря Морозова. Наверняка у него есть еще. А, может быть, у Кристины уже есть и собственная квартира.

Вот только мне этого мало. Я хочу знать ее точное место. Вряд ли я к ней поеду, но мне нужно знать, где Кристина бывает. Иначе я просто сойду с ума.

Вопрос решается сам собой через три недели. Я возвращаюсь домой со школы, как обычно. Я один. Кристина не приехала, отчим с мамой еще находятся на работе. Я захожу на кухню, чтобы пообедать, и вижу на кухонном столе письмо. Домработница оставляет почту там каждый день.

Я не жду ни от кого бумажных писем, поэтому никогда не роюсь в этих конвертах. Да и обычно по почте присылают только счета за коммуналку. В этот раз на столе лежит только одно письмо. Проходя мимо стола к плите со сковородками, я боковым зрением замечаю бордовую эмблему на конверте. Машинально бросаю взгляд и застываю на месте.

Это письмо из Гарварда.

Я беру в руки конверт. На нем английскими буквами напечатан наш адрес и имя адресата — Ms. Kristina I. Morozova.

Сомнений нет. Кристине пришёл ответ.

Я тут же набираю отчиму, но его телефон выключен. Следом звоню маме, она берет трубку, когда я уже хочу ее положить.

— Алло, Максим, что-то срочное? У нас совещание, — спрашивает шепотом в трубку. На заднем фоне я слышу несколько голосов.

— Да, Кристине пришёл ответ из Гарварда, а ее нет дома. Я решил сказать об этом Игорю Петровичу, чтобы он передал дочери.

— Позвони ей сам, мы еще не скоро освободимся.

— Мам, я с ней не общаюсь. Вообще.

— Ладно, когда совещание закончится, я передам Игорю.

И кладет трубку.

Сам не знаю, почему, но я сильно разнервничался. Будто от того, что написано в письме, зависит моя жизнь. Хотя отчасти так оно и есть. Я искренне надеюсь, что Кристина поступит, уедет и без нее жизнь наладится. Будем с ней встречаться раз в год на летних каникулах, когда Кристина будет приезжать в Россию. И то — если на эти каникулы я сам не стану куда-нибудь уезжать.

Отчим перезванивает мне через три часа. Его голос встревожен.

— Максим, это правда? Кристине пришло письмо из Гарварда?

— Да, лежит на кухне на столе. Передайте своей дочке, думаю, для нее это важно. Домой она со школы не вернулась.

Игорь Петрович несколько секунд молчит, тяжело дыша в трубку. Затем он наконец выдает.

— Ты сможешь сейчас его ей отвезти?

— Я не знаю, где Кристина, — меня удивляют слова Игоря Петровича.

— Я назову тебе адрес.

— Тогда без проблем.

— Хорошо, сейчас пришлю смс. Но езжай сразу, не медли.

— Да, конечно.

Сообщение с адресом приходит моментально. Я забиваю улицу и номер дома в мобильное приложение для вызова такси. Это обычный московский адрес. Не в центре.

Через полтора часа я уже стою перед обычной панельной 16-этажкой в спальном районе Москвы. Кристина находится тут? Очень странно. Что ей делать в простом московском районе довольно далеко от Садового кольца? Я оглядываю двор дома. Обычная детская площадка, на которой играют дети. Припаркованные автомобили хоть и иномарки, но довольно простые. Кристинина Audi сильно выделяется на их фоне. На первых этажах супермаркеты эконом-класса: «Пятёрочка», «Магнит» и подобные.

Я подхожу к третьему подъезду, набираю на двери код из смс-сообщения Игоря Петровича и поднимаюсь на 10 этаж. Подхожу к двери с номером 217 и секунду медлю прежде, чем нажать на звонок. Приглядываюсь к глазку и вижу, что внутри горит свет. Значит, Кристина точно там.

Глубоко вдыхаю и нажимаю на звонок. Отчего-то сердце в груди стало быстро стучать.

Я продолжаю смотреть на глазок. На секунду желтый огонёк в нем сменился чёрным, а затем снова становится желтым. Значит, Кристина подошла к двери и посмотрела в него. Вот только открывать она не спешит.

У меня ощущение, что я чувствую ее дыхание за дверью. Или мне это только кажется?

Секунды идут, она не открывает. Я не выдерживаю и говорю ей. Не громко, но чтобы она услышала через дверь.

— Кристина, я знаю, что ты там. Открой. Это важно.

Ответа нет.

— Кристина, это важно для тебя. — Повторяю настойчивее.

Проходит секунд 30, и дверь открывается. Она закрыта изнутри на цепочку, поэтому я вижу Кристину лишь в щель, насколько позволяет длина этой самой цепочки.

— Зачем ты пришёл? — Ее голос совсем бесцветный и безразличный. И это первый раз, когда она говорит со мной с той самой новогодней ночи. Ее первые слова мне за 3,5 месяца. И судя по этому вопросу и по тому, что она долго не хотела мне открывать, Игорь Петрович не предупредил ее о том, что я еду.

— У меня для тебя кое-что есть. Позволишь войти?

Я не хочу говорить ей про письмо из Гарварда сейчас. Я боюсь, что она возьмёт его у меня из рук через дверь и захлопнет ее перед моим лицом. Не знаю, почему, но я хочу войти. И хочу поговорить с ней.

Она продолжает смотреть на меня через щель. Что выражают ее глаза? Ничего. Ноль эмоций. Я по-прежнему для нее невидим.

Входная дверь захлопывается и внутри у меня все обрывается. Но уже через секунду я слышу, как щёлкает цепочка, и дверь распахивается. Кристина уже развернулась спиной и пошла куда-то внутрь.

Я прохожу, захлопываю за собой дверь и вешаю цепочку обратно. Снимаю куртку, разуваюсь и иду туда, куда удалилась Кристина. Я осматриваюсь вокруг. Это обычная трёхкомнатная квартира. С неплохим ремонтом, но не супер-дизайнерским, как в доме в Золотом ручье. На полу обычный светлый ламинат, на стенах простые светлые обои. Пахнет в квартире уютно. Домом.

Кристина стоит на кухне и смотрит в окно, которое выходит на лоджию. Я подхожу близко к ее