Сопротивляйся, Елена, мне нравится - Наталья Соболевская

ванильным печеньем. А здесь пахнет пластмассой и пылью, шум от станков доноситься круглый день, а в ателье негромко играет музыка, девчонки смеются и шутят.

Вскочила со стула и, как мне кажется, побила рекорд по бегу на шпильках. Выбежав в коридор, остановилась и, согнувшись, выдохнула.

- А что, если я вам отвечу сейчас? - окликнула я мужчину, и он обернулся.

- Сэкономим массу времени.

Мы с Орловым старшим вернулись в кабинет и заняли прежние места. Выдернула из принтера чистый листок, прикрыла край бумаги ладонью и написала сумму.

- Продать завод я согласна, и вот моё предложение относительно цены, - посмотрела на сложенные руки на листке. - Но прежде, чем вам её озвучить, хочу кое-что объяснить.

Мужчина, облокотившись на стол, показывал всем видом, что внимательно слушает.

- Вы и ваш сын дали мне бесценный урок. Если твой бизнес в беде, то любой конкурент с деньгами и связями может его отобрать. Вы верно подметили, завод я не люблю, а ценю как память об отце, но вот к своему детищу, к ателье, отношусь со всей нежностью. И раз уж так вышло, и есть возможность его защитить, то я это и сделаю. Причем за ваш счет, - отодвинула листок в сторону Александра Дмитриевича.

Мужчина не торопился; он достал из футляра очки, отточенным движением их надел, наклонился к столу и застыл.

Отвернулась, стыдно, человек отнёсся ко мне как к дочери, а я его откровенно граблю. Мало того, что к первоначальной сумме прибавила двадцать процентов, так я её ещё и на два умножила. Неудобно? Да! Но зато с такой жирной подушкой безопасности моему ателье ничего не грозит.

- Да-а-а, - протянул старший Орлов и сложил руки в замок. - Сумма немаленькая, - резюмировал он, а я вжала голову, в глаза стараюсь не смотреть, жду вердикт. - Но, как я понимаю, деньги останутся в семье, - насмешливо то ли спросил, то ли утвердил предполагаемый будущий родственник, - то вполне приемлемая. Считайте, Елена, что мы договорились, - мне протянули руку. Ответила тем же, и отец Вадима добавил. - Надеюсь, когда мы с Мариной захотим понянчиться с внуками, вы не забудете о моей щедрости.

Шутки-шутками, а в краску-то меня зачем вгонять?

- Ия надеюсь, когда нам понадобится свободный вечер, вы не забудете о том, что уступила вам землю завода, и беспроблемно посидите с внуками.

Глава 29

Как только Вадим узнал о договоренности продать завод сразу лихо закрутил процесс. От меня ничего особого не требовалось: сиди, читай, потом подписывай. Ни по каким инстанциям мы не мотались, всех специалистов и нотариуса Орлов доставил на завод.

- А может мне передумать? Послать тебя к чёрту, деньги ты мне уже на счет перевел. Махну в теплые страны, развлекусь, погреюсь, - не удержалась и съязвила я, когда замахнулась ручкой на очередной документ, и многочисленные люди, находящиеся в моем кабинете, включая сотрудников фирмы Вадима, засмеялись.

- Я тебя засужу, Лялечка, - пропел Орлов и опустил мою руку так, что кончик ручки коснулся нужного на бумаге места для подписи.

- Не сомневаюсь, из-под земли достанешь, - хохотнула я и легонько пнула его под столом.

- Отпразднуем событие? - на ухо шепнул Вадим, а сам глазами пожирает. От такого взгляда буквы перед глазами расплываются.

- Мне отмечать нечего. Если только поминки по наследству закатить, - в полный тон высказалась я и почувствовала, как мужская ладонь под столом скользнула от коленки и выше.

- Ладно, на поминки я тоже согласен, утешу как следует, приголублю. Как тебе такое предложение, моя очень-очень богатая девочка? - сказал Вадим так, чтобы услышала только я.

- Убери, - зашипела я, но Вадим и бровью не повел, шарит у меня под юбкой и улыбается.

- Влажность-то сегодня какая, не заметили? - громко обратился мой мучитель к присутствующим. Все согласно закивали, а я мало того, что на стуле, как уж на сковороде ёрзаю, щеки от стыда просто полыхают, так ещё и глаза от чувственных прикосновений закатываются.

Сконцентрировалась, засунула левую руку под стол, с секунду посомневалась и ухватила Орлова за товарища. Чем я хуже него.

- А завтра, читала, морозы крепкие будут стоять, - чуть ли не прокричала я на всё помещение, а тем временем и так не совсем спокойный дружок Вадима ободрился встрепенулся и увеличился.

- Да какой там завтра, уже колом стоят, сволочи! - прохрипел Орлов, откинулся на спинку кресла и со всего маху ударил кулаком по столу.

- И что мы с этим будем делать? Дальше непогоду терпеть или как? - пропищала я, давясь, то ли смехом, то ли стоном.

- А может, мы руки опустим и наоборот ничего ДЕЛАТЬ не будем, глядишь, всё само собой успокоится, устаканится, так сказать.

Люди в шоке. Переглядываются, на нас как на полоумных с опаской смотрят, но молчат. Головами кивают, куда им деваться, особенно сотрудникам Вадима. Начальник всегда прав, даже если у него крыша не no-детски свистит.

Никто и не заподозрил, как мы с Вадимом резвились под столом, если не считать Дмитрия. Парень стоял поодаль от всех, возле окна, и с его ракурса достаточно было чуть наклониться, чтобы перед ним развернулась непристойная картина во всей красе, что он и сделал. Тут же догадался в чём дело, и его недоумение на лице сменилось на весёлую маску, а затем друг Орлова и вовсе откровенно заржал. Внимание от нас мигом метнулось на нового невменяемого персонажа, что дало мне возможность отодвинуть стул от Вадима подальше, и конец встречи прошёл в спокойной и деловой обстановке.

- Ну, вот и всё, - выдохнула я, поставив закорючку на последнем документе. - Поздравляю вас, господин Орлов, теперь вы полноправный владелец. Можно мне озвучить последнее желание относительно завода? - поинтересовалась я.

- Да, конечно, - пролистывая лично стопку бумаг на предмет, не пропустила ли я где подписать, кивнул Вадим.

- Текущих незавершённых заказов осталось совсем ничего. Думаю, понадобится неделя максимум полторы их закончить. Я, конечно, не требую, право на это больше не имею, но буду признательна, если их завершат и выдадут клиентам здесь, а не в другой фирме. Да и за это время работники завода смогут не спеша собрать вещи. Например у меня в офисном компьютере много личных фото и видео, файлы всякие, да мало ли ещё чего.

- Я подумаю,