Джейн Уэнхем-Джонс - Квартирный вопрос

Мама с пеной у рта доказывала всем, что Джульетту необходимо изолировать от отца. Она хотела взять ее под свое крыло. Вчера мама полдня и весь вечер провела, сидя на телефоне. Она звонила во все инстанции, начиная службой социального обеспечения и заканчивая депутатом парламента от нашего округа, и требовала, чтобы отцу запретили общаться с Джульеттой. И все же я не совсем понимала, почему Нейл вызвал у нее такую ярость (разве что потому, что у него есть пенис). Однако видя, в каком расположении духа она находится, я не стала задавать ей лишних вопросов.

Изливая мне свои чувства, мама ожесточенно драила кухню. Расписывая эмоциональную и интеллектуальную некомпетентность нашего отца, она начала, словно одержимая, тереть чистящим средством краны, а затем с остервенением скрести разделочный стол.

– Я столько пережила с ним! – вопила она вне себя от бешенства и, взяв новую губку, устремилась к кухонному столу, за которым я сидела.

Я тут же вскочила, схватив со стола стопку корреспонденции, и отошла подальше.

– Он эмоционально тупой человек! – продолжала вне себя от ярости кричать она, яростно водя тряпкой по спинкам стульев. – Он застрял на низшем уровне развития!

Когда она начала ожесточенно выбивать подушки, лежавшие на кухонной скамье у окна, я решила положить конец ее бесчинству.

– Прекрати! – завопила я. – Кому ты этим поможешь!

Она остановилась и уставилась на меня, тяжело дыша.

– За выходные дни мы должны привести в порядок квартиру Джульетты, – сказала она, помолчав, более спокойным тоном. – В понедельник, в одиннадцать часов придет патронажная сестра, а во второй половине дня мы привезем Джульетту домой.

– Хорошо. Но прежде мне надо съездить в дом, найти Найджела, успокоить управляющего банком и отправить почту, – промолвила я, с удивлением заметив, что говорю, как и мать, отрывистыми фразами с придыханием.

Она фыркнула:

– Мне кажется, что сначала тебе нужно одеться.

Едва я заткнула отверстие для слива в ванне, как раздался звонок в дверь. Я на мгновение застыла, а потом проскользнула в кухню, где мать копалась в своей сумочке. Выглянув в прихожую, я разглядела сквозь матовое стекло входной двери высокую фигуру.

– Выпроводи его! – сказала я.

– Кого?

– Того, кто стоит за дверью. Скажи, что меня нет дома. Или что я умерла.

Мама закрыла глаза и тяжело вздохнула:

– Ты хочешь, чтобы я солгала?

В дверь снова позвонили.

– Пожалуйста! – взмолилась я. – Скажи, что меня нет.

Бросив на меня выразительный взгляд, мама снова вздохнула.

– Мне все это очень не нравится, – заявила она.

Я села на пол у кухонной скамьи и поплотнее запахнула халат.

– Хорошо, я передам ей, когда она придет, – услышала я голос мамы из прихожей.

Дверь захлопнулась. Я приподнялась и увидела в окно, как по ступеням крыльца сходит Тревор.

– Он сказал, что ты ему задолжала, Кэри! – возмущенно воскликнула мама и взволнованно задышала.

Я подняла на нее глаза. Она стояла надо мной, уперев руки в бока, с решительным выражением лица.

– Кэри! Я с тобой говорю! Что происходит?

Я коротко рассказала ей о положении дел, свалив все на Найджела и на недоразумения. Мама продемонстрировала весь свой диапазон вздохов и охов, прочитала мне небольшую лекцию о том, как следует жить, заявив, что Найджел не обязан выручать меня из беды и что каждый несет ответственность за себя. После этого она перевела разговор на другую тему.

Когда мы прощались, я пообещала встретиться с ней в квартире сестры завтра в десять часов утра и поклялась «не позволять отцу доставлять мне неприятности».

Оставшись наконец одна, я осмотрелась в своей необычно чистой кухне. В центре стола, на котором теперь не было ни пылинки, лежала стопка писем и счетов. Взглянув на нее, я подавила в себе желание забраться под одеяло и постараться забыть обо всем на свете, согласно пункту второму инструкции Кэри Каррингтон О Том, Как Спрятаться От Проблем. Когда ванна начала пузыриться, я легла в нее, закрыла глаза и услышала собственное блаженное «А-ааа!»… Как будто я пробую какой-нибудь неописуемо-вкусный-молочный-коктейль в кондитерской.

Открыв глаза, я взглянула на покрытые налетом краны в ванной комнате и отругала себя за то, что остановила мать и не дала ей довести уборку до конца. Но затем мои мысли снова вернулись к суровой действительности. То есть к моему финансовому положению.

Перед моим мысленным взором вставали суровые, корящие лица – Грэм, мистер Дэндраф из муниципального совета, Тревор, судебные приставы, Бен…

Вода остывала, мои веки становились все тяжелей. Мне не следовало уходить от проблем, я должна была собраться с силами и постараться решить их… Но я чувствовала себя слишком усталой. Завтра я попытаюсь все уладить. А сегодня я буду спать весь день.

Глава 27

Квартира Джульетты выглядела ужасно. Без своей хозяйки она еще больше походила на жилище сумасшедшей.

– О боже, с чего начать? – спросила я, глядя на стопки книг, груды журналов, ворох одежды, диаграмм, записных книжек, нагромождение чашек и стаканов.

– Надо просто приступить к делу, – сказала мама. На ней были рубашка в сине-белую полоску с закатанными рукавами и белые мешковатые брюки. – Для начала давай выбросим все лишнее.

Она сунула мне в руки рулон черных пластиковых мешков для мусора и подтолкнула в сторону кухни, а сама принялась убирать гостиную. Я наблюдала за тем, как она ходит по комнате и собирает журналы, и меня вдруг охватило странное чувство бездомности – как в детстве, если приходилось спать не в своей кровати. Все эти годы я мечтала, чтобы мать прекратила наконец спрашивать меня каждые пять минут о том, как я себя чувствую, и лучше помогла бы мне перегладить белье. Но теперь мне не хватало ее заботы. Я не люблю заниматься уборкой, и мне хотелось, чтобы мама снова предстала передо мной в своем обычном обличье, в шелковом цветастом платье с бусами, и завела бесконечные разговоры о моем внутреннем мире и психическом состоянии.

– Все это просто ужасно, – сказала я, пытаясь разговорить ее. Но она даже не посмотрела на меня.

– Принимайся за работу!

Я открыла холодильник и отшатнулась. На его нижней полке растеклось большое коричневое пятно и сверху продолжала капать какая-то жидкость. Все полки были забиты до отказа гниющими овощами и фруктами – яблоками, бананами, абрикосами, сливами и салатами. Я вытащила один из целлофановых пакетов. На нем было написано: «Мытый шпинат, готовый к употреблению». Содержимое пакета уже превратилось в коричневое месиво. Слава богу, что моя сестра свихнулась в своей вегетарианской фазе; в другое время она питалась пастой с холодной макрелью. От гнилых фруктов и овощей распространялся сладковатый запах, как от компоста, сравнительно переносимый, так что даже я, с моей брезгливостью, смогла заставить себя положить все содержимое холодильника в пакеты для мусора, и меня при этом не вырвало.