Эмили Гиффин - Суть дела

— Ну... насчет «думаю о тебе» я бы не стал сходить с ума, — говорит Декс, ероша свои волосы. — Похоже, это девушка... но вообще-то не так ужасно. Это все, что у тебя на него есть?

— В последнее время он кажется таким отдалившимся...

Рэйчел кивает, чуть поспешнее, чем следовало бы и это не добавляет мне спокойствия: она словно говорит, что обратила внимание на такое же поведение во время их последнего приезда.

— Ты это видишь, да? — спрашиваю я у нее.

— Ну... не знаю... — колеблется она. — Не то чтобы вижу...

— Давай, Рэйч, — настаиваю я, отказываясь от своего обычного чувства соперничества в отношении наших браков. — Скажи мне. Он показался странным, когда вы были у нас?

— Не странным, — произносит она, обмениваясь с Дексом красноречивыми взглядами. Они явно нас обсуждали. — Просто он... немного отстраненный по характеру... И мне кажется, он по-настоящему предан своей работе. И это замечательно. Но я понимаю, тебе это досадно... Никто из нас и не думает, что он тебе изменяет, хотя...не обязательно. — Она умолкает, а у меня начинает сосать под ложечкой.

— Почему ты не спросишь его прямо? — говорит Декс, когда бармен подает им напитки, а я заказываю себе еще вина. — Не проще ли так? Чем сидеть и гадать?

— Что? — удивляюсь я. — Взять и брякнуть: «А ты мне не изменяешь?»

— Почему бы нет? — пожимает плечами Декс. — Рэйчел задавала мне такой вопрос.

Она тычет его в плечо.

— Ничего подобного.

— Ну, хорошо. Это с тобой у меня был роман, — говорит Декс, впервые открыто признаваясь, что у них рано начались отношения. Он касается пальцем кончика носа Рэйчел, она с презрением смотрит на него и заливается краской.

А Кейт делает вид, что для нее это шокирующее открытие.

— У вас был роман? — жаждет она подробностей.

Декс небрежно кивает.

— Совершенно верно.

— Когда ты был обручен с той, другой девушкой? — уточняет Кейт.

— Да, — говорит Декс, а Рэйчел ерзает на табурете и, тихо протестуя, называет мужа по имени.

— Ладно тебе, Рэйч. Подумаешь, важность. Это было много лет назад. Мы женаты, у нас двое детей... И мы все снова подружились.

Рэйчел помешивает свой напиток, глаза у Кейт расширяются.

— Ты все еще в дружеских отношениях с... как ее зовут?

— Дарси, — кивает Рэйчел. — Да... мы снова подруги.

— Хорошие подруги? — Кейт ошеломлена, наконец-то достигнув своего шокового барьера.

— Думаю, можно так сказать, — с застенчивым видом говорит Рэйчел. — Очень хорошие подруги. Да.

— Они разговаривают каждый день, — как бы между прочим вставляет Декс.

— Ты серьезно? — изумляется Кейт.

— Каждый день, — подтверждает Декс. — По несколько раз в день. Они планируют совместный отпуск, приятный отдых вчетвером... Мне придется ходить на лыжах с моей бывшей невестой.

— Понятно. Так какой из этого вывод? — язвительно спрашиваю я. — Если у Ника роман, то я, возможно, обзаведусь новой лучшей подружкой? Компаньоном для путешествий?

Рэйчел отправляет в рот оливку, прожевывает, глотает и говорит:

— Да, Декс. В чем суть твоих слов?

— Да не знаю, — пожимает он плечами. — Я просто подумал: мы тут делаем признания, Тесс читает сообщения Ника, а я... я изменял своей невесте с тобой...

Откашлявшись, Рэйчел говорит:

— Суть его слов, думаю, в том, что даже хорошие парни могут изменять... Но это случается, когда у них отношения не с той девушкой, и только ради подходящей девушки. А поскольку у вас с Ником все прекрасно, тебе абсолютно не о чем беспокоиться.

Декс кивает и добавляет:

— Это может звучать как предлог... оправдание. Но я думаю, такое случается, если они несчастливы. Если у них не складываются отношения.

Я киваю и достаю из сумки телефон, надеясь увидеть имя Ника в поступивших вызовах, и с облегчением удостоверяюсь: он дважды звонил мне за последний час, затем испытываю легкое чувство вины, что обсуждаю его, пусть даже с родственниками и лучшей подругой.

— Он звонил? — спрашивает Кейт.

— Да. Дважды, — почти улыбаюсь я.

— Видишь? Ему там нелегко приходится. Он дома, сидит с детьми, звонит тебе множество раз... — перечисляет Кейт.

Я перебиваю ее:

— Это не называется «сидеть с детьми», когда дети твои.

Затем, когда уже собираюсь убрать телефон, я замечаю электронное письмо от Эйприл: в строке «Тема» стоит «Срочно». Хотя я совершенно уверена: это все, что угодно, только не срочно, одно из ее обычных писем, посвященных нашим повседневным темам — дети, кухня, теннис, покупки, сплетни о соседях, — все же открываю его и читаю. Чертыхнувшись вслух, я качаю головой и перечитываю письмо Эйприл: «Позвони мне как только сможешь. Это касается Ника».

— Что? — спрашивает Кейт.

Лишившись дара речи, я подаю ей телефон, и она молча передает его Дексу, из-за плеча которого читает послание и Рэйчел. Все они умолкают, я отворачиваюсь, все расплывается у меня перед глазами, в голове трещит, словно я прямиком устремляюсь к похмелью, которое наверняка будет завтра утром.

«У моего мужа роман», — думаю я, теперь уже уверенная в этом. Некто видел Ника с женщиной. И данная информация дошла до Эйприл, которая считает своим долгом сообщить ее мне. Другого объяснения нет. Однако в глубине души я продолжаю цепляться за самую крохотную, хрупкую надежду и вижу, как Рэйчел тоже пытается найти опору, хватается за малейшую возможность.

— Это может быть все, что угодно, — говорит она, и голос ее звучит мягко, озабоченно.

— Например? — спрашиваю я.

Она отвечает мне пустым взглядом, а Кейт пытается зайти с другой стороны в попытке ободрить меня.

— Эйприл паникерша. Она обожает драматические ситуации. Ты сама говорила... Это может быть косвенное свидетельство. Не делай поспешных выводов.

— Просто позвони ей, — предлагает Декс; глаза его сверкают, подбородок угрожающе выпячен, и я на секунду задаюсь вопросом, кто выиграет поединок — мой муж или брат. — Или позвони Нику. Позвони кому-нибудь, Тесс.

— Сейчас? — спрашиваю я; сердце у меня начинает колотиться, помещение плывет перед глазами.

— Да. Прямо сейчас, — говорит он.

— Из бара? — тревожится Рйэчел. — Тут слишком шумно.

— Чересчур шумно, — соглашается Кейт, беспокойно глядя на Декса.

Они начинают обсуждать, как мне себя вести, кому я должна позвонить первому и где мне следует вести этот разговор, который вполне может изменить мою жизнь, — в дамской комнате, в другом баре, на улице, в квартире Кейт. Я качаю головой и убираю телефон в сумку.

— Что ты делаешь? — спрашивает Декс.

— Я не хочу знать, — отвечаю я, полностью сознавая, насколько глупо это звучит.