Джоанна Кингсли - Драгоценности

Секретарша отвела взгляд.

– Я не могу остаться сегодня, мисс Скаппа. Мне нужно домой.

– Черт побери, – заявила Андреа. – Если не останешься, то вылетишь из офиса немедленно.

Пет с тревогой посмотрела на Лотти. Та работала в «Дюфор и Иверес» почти двадцать лет и всегда уходила с работы последней. Если она отказывается задержаться, значит, на то есть серьезная причина.

Пет поднялась.

– Я напишу письмо.

Андреа метнула на нее злобный взгляд.

– Не суйся не в свое дело, Пет. Речь не о получасе работы, а о добросовестности, верности фирме… и умении выполнять приказы.

Пет села, ошеломленная грубостью Андреа и фамильярным обращением к ней по имени. Это означало, что Андреа отлично осведомлена, кто такая Пет, и, возможно, говорила о ней с Марселем.

Лотти надела пальто.

– Я сказала, что ты уйдешь отсюда навсегда, если…

– Во времена мсье Клода, – спокойно прервала ее секретарша, – такой женщине, как вы, не позволили бы здесь работать. А я работала с ним и сейчас работаю с его сыном. О том, что меня уволили, я хочу услышать от мсье Марселя. Не сомневаюсь, вы заставите его подчиниться вашему требованию, но до тех пор я буду приходить сюда каждое утро в девять тридцать. До свидания, мисс Скаппа, до свидания, Пет.

Эта отповедь восхитила Пет, но она все же подошла к столу, чтобы написать письмо.

– Не беспокойся, – бросила Андреа. – Письмо подождет.

– Вы уверены…

– Я уверена почти во всем. – Она не сводила глаз с Пет. – Кроме тебя.

Пет вопросительно посмотрела на Андреа. Эта швейцарка, несомненно, очень умна. За три года она изучила английский язык во всех тонкостях и вела большую работу в фирме.

– Ты уходишь? Мы можем спуститься на лифте вместе.

Пет с радостью ушла бы одна, однако ей хотелось выяснить, что означает ее туманный намек.

Андреа последовала за Пет в раздевалку. Надевая пальто, Пет поймала на себе оценивающий взгляд Андреа. Простенько, но со вкусом, говорил этот взгляд.

– Марсель уехал на коктейль-пати, – как бы между прочим сообщила она. – Я переоденусь и присоединюсь к нему. Потом мы идем в оперу…

Посещение вечеров и театров было частью работы ювелиров. Там они встречали потенциальных клиентов и заводили знакомства. После работы Пет часто видела, как Марсель и Андреа садятся в машину, и думала, как сложилась бы ее жизнь, если бы она не рассталась с Марселем тогда после ужина…

Что именно знает о ней Андреа?

Андреа нажала кнопку. Наступила неловкая тишина.

– Что вы имели в виду, сказав, что не уверены во мне? – спросила Пет.

– Оставила ты или нет…

Двери лифта раскрылись, и женщины вошли в кабину.

– Оставила – что?

– Оставила ли ты попытки вернуть Марселя.

– Вернуть? – удивилась Пет. – Он меня не интересует.

– Возможно. Но пару лет назад я спросила Марселя, почему он взял тебя на работу. Это заинтересовало меня, поскольку ты красива и явно умнее других продавщиц. И Марсель рассказал мне, как обедал с тобой в «Лютее»…

– Это было в «Ла Гренуй», – уточнила Пет и тут же сообразила, что попалась на удочку, показав, как важен для нее тот вечер.

– И конечно, он рассказал мне о том восхитительном фокусе с бриллиантом. У него при этом горели глаза, и я поняла, что Марсель хорошо помнит тот вечер.

Двери лифта раскрылись, и Андреа направилась к выходу.

– Не понимаю, на что вы намекаете, – проговорила Пет, – но между мной и Марселем ничего нет… и не было.

– Это хорошо, – улыбнулась Андреа. – Но знай: если бы ты не справлялась с работой так хорошо, я бы давно избавилась от тебя. И учти: ты навсегда останешься в этой должности.

Не попрощавшись, она направилась к ожидавшему ее «роллс-ройсу».

Пет, изумленно посмотрев ей вслед, направилась к Рокфеллер-центру.

Через десять минут она уже была возле статуи атланта, где договорилась встретиться с Чарли. Замерзнув от холодного ноябрьского ветра, Чарли переминался с ноги на ногу и хлопал в ладоши.

– Что-то случилось? У тебя встревоженный вид.

– Ничего серьезного, – ответила Пет.

– Неприятности с матерью?

Пет покачала головой, и Чарли понял, что она не хочет дальнейших расспросов.

– Позволь старине Чарли успокоить тебя. Немного вина, ужин, а потом, может быть…

– Прости, Чарли. Я так отвратительно себя чувствую, что хочу только добраться до дома, постоять под горячим душем и забраться под одеяло.

– Эй, похоже, тебя нельзя сегодня оставлять одну. Идем ко мне, и ты сделаешь все, что собиралась: примешь ванну и потом залезешь ко мне…

– Нет, Чарли.

Сейчас у нее не было сил противостоять его попыткам возродить их прежние романтические отношения. Последний раз Пет спала с ним год назад и больше не хотела близости, хотя очень ценила его как друга и знала, что он тоже дорожит их дружбой.

За последние годы жизнь Чарли, радикально изменилась, ибо его «шедевры» стали продаваться. Последовав совету владелицы галереи Луизы Рейне, он поднял цены на свои работы и старался завоевать известность.

«Произведения искусства создаются для продажи», – сказала Луиза Чарли, и он начал посещать все вечеринки, выставки и самые скандальные клубы. Его имя начало появляться в газетах, он замелькал на телевидении, Чарли окружили поклонники и поклонницы. Он проводил время с молодыми моделями, писателями, актрисами. Совет Луизы очень помог ему. Недавно он продал свою картину за двадцать тысяч долларов. Но Пет признался, что его жизнь – это сделка с дьяволом. Чарли считал, что его работы пользуются спросом, потому что он сам стал товаром.

Пет предложила ему пройтись по Пятой авеню.

– Хочешь поговорить? – спросил он наконец.

– Боюсь, этот разговор приведет меня к мысли, что я тоже должна заключить свою сделку с дьяволом. Я никак не могу осуществить то, что хочу, а сегодня мне это показалось вообще неосуществимым.

– Сможешь, малышка. Нужно только начать.

– Я полагала, что уже начала. – Пет снова вспомнила слова Андреа.

До сегодняшнего дня Пет считала Андреа Скаппу умной женщиной, помогающей Марселю в работе и украшающей его жизнь. То, что Марсель остановил выбор именно на этой женщине, показало Пет, какие большие у него запросы. Она поняла, что не смогла бы удовлетворить их.

Но сегодня у Пет открылись глаза. Она увидела, что Андреа – ее заклятый враг, ревнивый и коварный, готовый на все, лишь бы помешать осуществлению планов Пет. Стоит ли оставаться в «Дюфор и Иверес»?

– Поверь мне. Пет, – продолжал Чарли. – Твое время вот-вот придет, я это шкурой чую.

– Не чуешь, а дрожишь, потому что легко одет. Он улыбнулся и взял ее за руку.

– Клянусь, Пет, ты оставишь свой след в жизни.