Риверс Карин - Время лечить засосы

Я выпила стакан воды. Потом мы сделали заказ.

И стали есть. Я выбрала для себя сэндвич с яичным салатом и картофельное пюре, а она — тарелку супа и сухари. Я не шучу: она ела «монашескую еду».

Мы так и не поговорили. Я смотрела, как она ест. Маленькая женщина с темными волосами и густыми бровями. С такими бровями нужно что-то делать. Губы у нее слегка подрагивали, пока она ела. Как будто она по-настоящему испугалась или ей было очень грустно.

Или и то и другое.

А может, у нее какая-то болезнь, например синдром Паркинсона. Я смогу посмотреть по возвращении домой в Интернете. И тут я поняла, что в последнее время не лазала по медицинским сайтам. С октября. Странно.

А зубы у нее были великолепные — белые и прямые.

Мне они очень понравились. Интересно, она их отбеливает? Ой, ну она же монашка. Разумеется, она не отбеливает зубы.

Официант унес тарелки, и мы посидели еще несколько минут. Мне хотелось спросить ее, почему она бросила нас, почему стала монашкой. Правда. Но я не могла. Каждый раз, когда я открывала рот, чтобы задать этот вопрос, горло сжималось, и я не могла вымолвить ни слова.

— Мне пора возвращаться, — сказала мама. На минуту возникло странное чувство, что сейчас ее засосет в какой-то другой мир, откуда она пришла. И все это окажется понарошку. Как в кино.

— Возвращаться, — повторила я.

— Возвращаться в монастырь, может, мы могли бы…

— Давайте встретимся еще раз, — сказала я. Должно быть, я плакала, потому что она протянула руку и вытерла слезинку. Это было дико. Мамин жест, но в исполнении незнакомки. — Я хотела спросить…

— Я знаю, о чем ты хотела спросить, — ответила она. — Может, я и монашка, но я же человек. И понимаю, что ты хочешь знать. Но не могу ответить.

— Не можете ответить?

— Нет. Мне самой хотелось бы знать ответ. Просто так случилось.

— Просто так случилось, — эхом повторила я.

— Знаю, этого недостаточно. Прости, мне хотелось бы, чтобы ты меня поняла, но я сама себя не понимаю. Думаю, это просто воля божья.

— Я не верю в бога, — сказала я так тихо, чуть слышно.

— Да. Я так и знала.

Мне хотелось сообщить маме, что мне обещал гороскоп на сегодня. Он обещал, что сегодня судьба припасла для меня замечательный сюрприз. И все встанет на свои места. Я получу ответы на все свои вопросы.

Но гороскоп ошибся. Ничто на свои места не встало. Просто эти предсказания разбередили мои раны. А все мои вопросы остались при мне.

Я прошла мимо нее на улицу, где шел снег, и по пути похлопала маму по руке. Она ведь не из тех, к кому можно лезть с нежностями. Интересно, она хоть раз обнимала меня? В ответ мама подняла руку. Вид у нее был печальный. Словно она понимала, что не достаточно дала мне.

И я ушла. Никому звонить я не стала. На улице темнело, хотя на часах не было еще и трех. Я прошла несколько кварталов мимо магазинов, торгующих всякой рождественской ерундой. Руки я засунула поглубже в карманы, чтобы не мерзли. Чтобы никто не заметил, как сильно меня трясет. В конце концов, я вспомнила, что мне еще нужно купить платье. А потом пойти домой и привести себя в порядок перед балом.

Я зашла в первый попавшийся магазин, в витрине которого висели платья. Очень симпатичные. Но это было нереально. Я не могла себя представить в подобном платье. И просто купила первое, которое подошло. Я даже толком не видела, как оно выглядит. Словно между мной и зеркалом стояла стена тумана. Продавщица без конца спрашивала, все ли со мной в порядке, а я повторяла «да», имея в виду «нет».

Знаю, это глупо, но у меня была дурацкая фантазия, что мы пойдем за платьем вместе с мамой. В моих мечтах это было грандиозным мероприятием. И вот, нате вам, я одна, мокрые волосы прилипли к голове, руки трясутся. Я пытаюсь извлечь деньги из кошелька, а продавщицы с подозрением поглядывают на меня, словно я могу сбежать из магазина вместе со всеми их кружевными платьями, расшитыми бисером.

Купленное мной платье было черным. Это все, что я заметила. Наверное, оно было мрачновато, но мне плевать. У нас был «черно-белый» бал. И другие девчонки, наверное, купили себе белые платья, думая, что будут не такие, как все. Но я не хочу быть «не такой». Хочется хоть раз быть похожей на всех.

Я взяла пакет с покупкой и, вместо того чтобы сесть на первый же автобус, решила прогуляться. Не понимаю, о чем я только думала. Я шла, пока не добралась до школы, а она была довольно далеко. На это я потратила час. Я села на футбольном поле и сидела так долго, сколько смогла выдержать (то есть не очень долго). Все же было холодновато.

Если бы я просидела там подольше, то наверняка заработала бы пневмонию. Одного опасного для жизни заболевания в год вполне достаточно. В школе горел свет, и я подошла к окну, размышляя, не зайти ли мне внутрь и не воспользоваться ли туалетом перед тем, как я отправлюсь домой. И тут я поняла, что свет горит из-за того, что дурачки из школьного совета бегают по школе и украшают ее перед балом.

— Что за черт, — сказала я и вошла.

Только никому не говорите. Просто у меня было ощущение, что я должна внести свою лепту. Вот и все.

Ничего особенного.

По дороге домой я позвонила Кики, но ее мама сообщила, что Кики в душе, и спросила, что передать.

— Ничего, спасибо. Я увижусь с ней сегодня вечером.

Я была слегка разочарована. Теперь мне хочется поговорить о маме, но не с кем. Я набрала номер Джул, но мама Джул сказала, что она уже ушла. Я взглянула на часы. 19:02. Я опоздаю, если не потороплюсь. Брэд заедет за мной ровно в восемь.

Что я чувствую после встречи с мамой:

1. То же, что и раньше.

2. Что-то другое.

3. Мне грустно.

4. Я рада.

5. Облегчение.

6. Опустошенность.

Очень, очень поздно

Дорогой Джуниор!

Бал прошел просто замечательно. Я бы написала о нем длинный абзац, но это будет глупо. И слащаво. А вы же знаете, что я не хочу выглядеть сентиментальной. На мне было самое ужасное платье. Черное, длинное, с перышками, пришитыми к лифу. Крошечными такими перышками.

Если честно, я сама себе напоминала большую ворону.

Но Брэд сказал, что я выглядела потрясно. Лучше всех присутствовавших девушек, но это глупость, поскольку Кики и Джул были просто принцессами. Лебедями. В красивых белых платьях, расшитых блестками.

Они были потрясающи.

А я напоминала гадкого утенка, но ничего страшного: я хорошо провела время.

С любовью,

Хэйли Андромеда (сокращенно ХА)

Эпилог

С Новым годом!

Извините, мне было так лень делать записи каждый день, я была очень занята.