Кэти Регнери - Красавица и ветеран

Когда главная страница наконец-то открылась, она кликнула на рубрику «образ жизни», и загрузка началось по новой.

– Проклятье, ну давай же, – проговорила она, опустила взгляд и… и увидела заголовок.

Саванна и Ашер: Всеамериканская история любви.

– Нет! – вскрикнула она и, прокрутив страницу ниже, прочла под заголовком именно то, чего так боялась. Имя автора. Свое имя. Саванна Кармайкл.

В доме снова зазвонил телефон. Сраженная, она осела в кресло возле окна и уставилась на экран.

Одним солнечным майским днем я постучалась в дом Ашера Ли. На мне был сарафан, взятый взаймы у сестры, а в руках я держала тарелку брауни. Мистер Ли был загадочным монстром нашего городка. Изгоем. Отшельником. Страшилищем. В Хэллоуин дети забрасывали его жилище яйцами, а матери наказывали своим дочерям возвращаться домой до темноты, чтобы Ашер Ли не сделал с ними что-нибудь страшное. Но знаете, что? Ашер Ли оказался обычным человеком, отличающимся от остальных мужчин лишь своими отвратительными увечьями, полученными на службе нашей великой Родине.

Она слабела с каждой минутой, читая свою до неузнаваемости отредактированную статью. Слов «загадочный монстр», «страшилище» и «отвратительные увечья» в ее тексте не было. И она не писала о матерях, которые якобы прятали от Ашера своих дочерей.

– О господи.

Она слышала, что некоторые газеты так поступают, но ей – ни разу, ни на секунду – и в голову не приходило, что под «правками» Мэддокс Макнаб подразумевал практически полную переделку ее статьи.

Они опубликовали их реальные имена. И ради сенсации перекроили весь ее текст. И поставили под этим текстом ее имя.

На середине статьи она остановилась, потому что ее внутренности завязались в узлы, которые не собирались распутываться сами собой. Ей не нужно было читать дальше, чтобы понять: ее текст вывернут наизнанку. Тем временем приходили все новые и новые оповещения. Люди читали и комментировали «ее» статью.

Шок быстро трансформировался в ярость, и она нашла рабочий номер Макнаба. Через шесть гудков включился автоответчик.

– Вы позвонили Мэддоксу Макнабу, главному редактору…

Саванна прервала звонок, и по ее щеке скатилась слеза. Она не знала его домашнего номера. Но у нее был телефон Дерби Джонс.

– Алло? Который час? – спросил заспанный голос на другом конце провода, и Саванна поняла, что в Финиксе еще полвосьмого. И что сегодня воскресенье. И праздничный день.

– Дерби? Извини, что разбудила. Это Саванна Кармайкл.

– Саванна. Саванна? А. Ну да. Привет. Слушай, ты не рано?

– Знаю. Прости. Я отниму у тебя буквально секунду. У тебя есть номер сотового Макнаба?

– Мэддокса? Да. Где-то был. О, он у меня в телефоне. Переслать тебе?

Саванна представила, как Дерби лежит и с закрытыми глазами держит телефон, готовая перевернуться на другой бок и снова заснуть.

– Дерби, это очень важно.

– Хорошо. Я перешлю его прямо сейчас. – Саванна услышала, что голос ее знакомой прояснился. – Как только повешу трубку.

– Спасибо. Прости еще раз, что разбудила.

– Да ничего. Эй… все в порядке?

Выглянув в окно, Саванна увидела Ашера. Он шел по тропинке из леса – высокий, с гордой осанкой, с золотистыми солнечными бликами в темно-каштановых волосах. Выражение его лица было задумчивым, а на губах играла легкая улыбка, словно он размышлял о чем-то приятном. Внезапно, словно почувствовав, что она за ним наблюдает, он взглянул на окна своей спальни и, увидев ее, в знак приветствия поднял руку. Чувствуя, как к горлу подступают слезы, она тоже подняла руку и приложила свою трясущуюся ладонь к разделяющему их стеклу.

– Нет, – ответила она. – Все далеко не в порядке. Пока, Дерби.

Не отводя глаз от Ашера, она отключилась, а он, поскольку на расстоянии не мог разглядеть выражения ее лица, улыбнулся, прижал к губам палец и послал ей воздушный поцелуй.

В отчаянии она цеплялась пальцами за стекло. Сама того не желая, она совершила предательство: раскрыла самого закрытого человека из всех, что ей встречались. Сможет ли он простить ее?

Но сперва… Динь. Пришла смс от Дерби. Сперва нужно поговорить с Мэддоксом Макнабом.

***

Вытерев грязные подошвы кроссовок о коврик, который мисс Поттс постелила возле порога, Ашер бодрым шагом зашел на кухню. Кофе был уже сварен, а Саванна проснулась. Он очень переживал из-за того, что она проснулась в слезах, и, зная, что сегодняшний день будет тяжелым для них обоих, принял во время прогулки одно решение. Он был пока не готов сделать ей предложение, однако хотел, чтобы она знала о его серьезных намерениях. Он хотел заверить ее, что она – его вечность, что главное – беречь связавшие их бесценные чувства, и тогда после шестимесячной разлуки они обязательно встретятся снова.

Когда на стене зазвонил телефон, он вздрогнул он неожиданности, потом оглянулся, ожидая, что на кухню вот-вот ворвется мисс Поттс, и, не дождавшись ее, снял трубку сам.

– Алло?

– Ашер Ли?

– Да.

– Мистер Ли! Здравствуйте! Это Дженнифер Дюран и «Друзья телеканала Fox», нам интересно, возможно ли подписать вас на участие…

– Воу! – сказал он. – Давайте-ка чуть помедленней. Вы из телевизионного шоу?

– Угу-м. Кстати, как к вам предпочтительней обращаться: Ашер или же… Хэрроу?

– Что? О чем вы…

Женщина кокетливо хихикнула, потом продолжила более профессиональным тоном:

– Нам хотелось бы, чтобы вы пришли к нам на передачу и рассказали о том, как вы познакомились, как вспыхнула искра – обо всем со своей точки зрения.

– Вспыхнула искра? Вы о статье? О взрыве?

– О, нет. Нет, этой темы мы касаться не будем. История любви – вот во что влюбилась Америка.

– История любви?

– Саванна и Ашер: Всеамериканская история любви. Мистер Ли, я, видимо, позвонила невовремя?

Что? Что она такое несет?

– Именно так, мисс Дюран. Мне нужно идти. Перезвоните в другое время.

Прежде чем она успела ответить, Ашер повесил телефон обратно на стену и задумался. Да, сегодня было Четвертое июля, а значит статья Саванны о его службе в Афганистане и о том, как неприветливо его встретили дома, вышла в печать. Он планировал дождаться, когда она проснется, чтобы они могли прочесть ее вместе. Быть может, медиа зацепил тот факт, что статью написала молодая одинокая женщина? Он покачал головой, разливая по кружкам кофе, а потом, внезапно кое-что вспомнив, застыл.

Как к вам предпочтительней обращаться: Ашер или же… Хэрроу?

Его лицо запылало. Какая-то незнакомая женщина использовала интимное прозвище, которым его иногда называла Саванна. Может, она тоже была поклонницей сериала с Ричардом Хэрроу, а ему позвонила из-за схожести их увечий? Его сердце забилось быстрее. Нет. Что-то не сходилось.