Сьюзен Филлипс - Просто неотразим!

— Хотела жить с ним и сделала так, чтобы он не смог тебе отказать. Ты сама все устроила, до того как поехала на ленч!

— Вы сами этому не верите, — пожала плечами Мег. Куки выхватила из сумки клюшку, не позаботившись о том, чтобы попросить банку с любимым напитком.

— Не думай, что тебе это сойдет с рук!

После их ухода Мег немного погуляла по площадке, устало опустилась на скамью около маркера. Еще нет одиннадцати, а жара уже наступает. Нужно убираться отсюда. Здесь ее не ждет ничего хорошего. Ни друзей. Ни достойной работы…

Но она все равно останется. Потому что человек, в которого она так глупо влюбилась, поставил под удар будущее этого небезразличного ему города только для того, чтобы показать, как она дорога ему.

И она хранила сознание этого в своем сердце.

Через несколько минут зазвонил сотовый. Тед.

— Я слышал, что местная женская мафия пытается изгнать тебя из моего дома. Не обращай на них внимания. Ты будешь жить у меня и, я надеюсь, приготовишь на ужин что-нибудь повкуснее.

Длинная пауза.

— Я позабочусь о десерте, — добавил он.

Далее позвонил Спенс. Она не сочла нужным ответить, но он оставил сообщение, что вернется через два дня и пришлет лимузин, чтобы повезти ее в ресторан. Далее Хейли попросила Мег в два часа прийти в снек-магазинчик. Мег согласилась. Но обнаружила в магазине не слишком приятный сюрприз в лице Берди Киттл. Сегодня она была в фиолетовом трикотажном костюме. Жакет висел на спинке стула. Белая блузка без рукавов открывала полные, усыпанные веснушками руки. Хейли не стала заморачиваться с макияжем. Увидев Мег, она подпрыгнула, как чертик из табакерки.

— Ма хочет что-то тебе сказать.

Мег не хотела выслушивать то, что желала высказать Берди, но все же уселась между матерью и дочерью.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она Хейли. — Надеюсь, лучше, чем вчера.

— Я в порядке.

Хейли наклонила голову и стала ковырять пирожное с шоколадной крошкой, лежавшее перед ней. Мег вспомнила подслушанный вчера разговор.

На прошлой неделе Мег видела на парковке Хейли вместе с голенастым юнцом приблизительно ее возраста. Но когда упомянула об этом Хейли, та ответила что-то уклончивое.

Мег отломила кусочек пирожного. Она пыталась продавать такие с тележки. Но шоколад быстро таял.

— Давай, ма, — потребовала Хейли. — Спроси ее.

Берди поджала губы. Золотой браслет ударился о край столешницы.

— Я слышала о взломе в церкви.

— Да, похоже, уже все знают.

Берди сняла обертку с соломинки и ткнула ею в свой охлажденный чай.

— Часа два назад я говорила с Шелби. С ее стороны очень любезно пригласить тебя к себе. Она вовсе не обязана это делать.

— Я это сознаю, — осторожно ответила Мег.

— Ма! — прошипела Хейли, бросив убийственный взгляд на мать.

— Ах, про-остите. Лично я думаю, что тебе будет удобнее в гостинице. Она ближе к клубу, чем дом Шелби. И тебе не придется так далеко ездить на работу, а кроме того, у меня есть свободные номера. — Берди с силой ткнула соломинкой в бумажный стаканчик. — Можешь остановиться в Жасминовом номере… бесплатно. Там есть кухонька. Ты должна помнить, поскольку сама ее убирала.

— Ма! — вскинулась Хейли, еще больше побледнев. Ее поведение крайне беспокоило Мег. — Ма хочет, чтобы ты осталась. Не только я, но и она. Правда, Мег!

Мег сильно в этом сомневалась, но все это означало одно: Хейли настолько ценит их дружбу, что не боится идти против матери. Она отломила еще кусочек пирожного.

— Спасибо за предложение, но у меня другие планы.

— Какие именно? — пробормотала Хейли.

— Я перебираюсь обратно в церковь.

— Тед никогда тебе не позволит! — воскликнула Берди.

— Он сменил замки, а я хочу жить в своем доме.

Мег не упомянула про камеру видеонаблюдения. Чем меньше людей знают об этом, тем лучше.

— Что же, мы не всегда можем получить то, что хочется, — прошипела Берди, включив своего внутреннего Мика Джаггера. — Ты хотя бы иногда думаешь о ком-то, кроме себя?

— Ма! Это же хорошо, что она возвращается к себе! Почему ты вечно противоречишь?

— Прости, Хейли, но ты должна признать, что от Мег в городе одни неприятности! Вчера, у Франчески… ты не была там и не можешь…

— Я не глухая. И слышала, что ты говорила Шелби по телефону.

Очевидно, в кодексе молчания произошли некоторые утечки…

Берди едва не опрокинула стаканчик, когда вскочила со стула.

— Мы все из кожи вон лезем, чтобы исправить то, что ты натворила, Мег Коранда. Но мы не можем этого сделать без тебя! Неплохо, если бы ты нам помогла!

Она схватила жакет и удалилась. Ее красные волосы так и горели на солнце.

Хейли окончательно раскрошила пирожное.

— Думаю, тебе стоит вернуться в церковь.

— Ты единственная, кто так считает.

Заметив, с каким отчаянием Хейли уставилась в пространство, Мег сочувственно вздохнула.

— Очевидно, со своими проблемами я справиться не могу, но вижу, что тебя что-то беспокоит. Если хочешь поговорить, я готова выслушать.

— Не о чем мне говорить. Нужно идти работать.

Хейли схватила забытый матерью стаканчик с чаем, несчастное пирожное и вернулась в магазин.

Мег пошла в клуб за тележкой. Она оставила ее у фонтанчика с питьевой водой, но когда подошла к тележке, из-за угла показалась крайне нежелательная особа. Дизайнерский сарафан и туфли от Лубутена позволяли предположить, что она пришла сюда не для игры в гольф. Каблучки выбивали решительный ритм по асфальту, но стоило ей ступить в траву, как все смолкло.

Мег из последних сил противилась желанию перекреститься. Но когда Франческа встала перед ней, не смогла подавить стон.

— Пожалуйста, не говорите того, что, как я думаю, собираетесь сказать.

— Ну, я тоже не на седьмом небе по этому поводу!

Быстрый взмах руки, и темные очки от Кавалли очутились на макушке, открыв сияющие зеленые глаза с припудренными бронзовой пылью веками и шелковистые ресницы, выкрашенные модной тушью.

Мег взглянула сверху вниз на миниатюрную мать Теда.

— Не могли бы вы хотя бы дать мне пистолет, чтобы я уже застрелилась, к искреннему восторгу всего города?

— Не мели вздор! — отмахнулась Франческа. — Будь у меня пистолет, я бы сама тебя пристрелила. — Она отогнала муху, имевшую наглость жужжать слишком близко от ее ослепительного личика. — Наш гостевой коттедж стоит отдельно от дома. Можешь его занять.

— И тоже звать вас мамочкой?

— Господи, нет!

Что-то изобразилось в уголке губ. Гримаса? Ехидная ухмылка? Невозможно сказать…