Связанные - Мэри Калмз

более невменяем, чем Хартли.

– Почему?

Он пожал плечами.

– Броди абсолютно убежден, что наш босс - дьявол. Он считает, что Сэм Кейдж разрушил его жизнь, и не принимает никакой ответственности за то, что спустил свою собственную жизнь в унитаз.

Это было правдой.

– Хартли всегда знал, что делает. Он никогда не выходил из-под контроля. Люди всегда говорят, что он заблуждался, и некоторые вещи, в которые он верил, могут подтвердить это, но он был абсолютно вменяем.

– Ты думаешь, Броди нужно поместить в психиатрическую клинику?

– Я думаю, что его заблуждения идут откуда-то извне, а не просто от того, что он был придурком, как все всегда думали. Я думаю, там есть травма, и я надеюсь, что они разберутся с ней, а не просто отправят его в тюрьму и выбросят ключ.

– Покушение на жизнь не одного, а трех федеральных маршалов... Не думаю, что в обозримом будущем он будет дышать свободным воздухом.

– Согласен.

Я вздохнул.

– А что насчет Миллса?

– Он помог организовать нападение на Яна, и именно он стрелял в Илая и промахнулся. Он тоже отправится в тюрьму.

– На очень долгий срок, – сказал я, изучая его лицо.

– Ты как-то странно на меня смотришь. В чем дело?

– Ты действительно никогда не боялся Хартли?

– Когда он впервые ударил меня ножом, да, – сказал он мягко, задумчиво. – Когда он похитил меня, о да. Но, опять же, после того как кто-то спас твою большую придурковатую собаку, трудно испытывать ужас при мысли о нем [31].

Я на мгновение замолчал.

– Знаешь, многие думают, что, поскольку вскрытия не было, он все еще жив.

– Да, но их там не было. Я уверяю тебя, Крейга Хартли больше нет.

Я отпил кофе и согласился с тем, что Боди прав - я действительно склонен делать его консистенции сырой нефти.

– Ты все еще смотришь на меня так, будто у меня выросла еще одна голова, – сказал Миро, улыбаясь.

– Ты только что говорил почти грустно.

– Странные у нас с Хартли были отношения. Я имею в виду, что до конца жизни мое имя будет связано с его именем.

– Тебе постоянно поступают предложения дать интервью некоторым из самых известных людей в индустрии. Все хотят знать, что ты знаешь о Хартли. Было столько передач, статей и книг, но никто не знает больше, чем ты.

Он кивнул.

– Могу я спросить?

– О его хранилище?

– Да. Ты когда-нибудь собираешься поехать в Швейцарию и заглянуть внутрь [32]?

– Честно говоря, я еще не решил - и спасибо, что сохранил этот секрет. Не все знают, – затем он похлопал меня по плечу. – Я так понимаю, Пацци сказал, что тебя подстрелили, потому что его там не было.

Я застонал.

– Кто тебе сказал?

– Чо, – ответил он со смехом. – И когда я сказал об этом Яну, он позаботился о том, чтобы в четверг, когда вы с Боди явитесь ко мне, Пацци и Ямане отправились в отдел конфискации имущества.

– О, чувак, это просто подло.

– Как маршал, ты должен знать, когда нужно держать рот на замке, а если ты не можешь вспомнить, то за тебя это должен сделать твой напарник.

– Значит, Ян дает урок обоим парням.

– Да. К тому же, знаешь, ему нравится отправлять людей в подвал, как и Кейджу.

– Власть сводит с ума, – прокомментировал я.

– Без сомнения, – согласился Миро, а затем прочистил горло.

Я знал, что это произойдет.

– Да? Хочешь что-то сказать?

– Что? Я? – он хихикнул. – Просто приятно видеть, как все это наконец-то начинает работать.

– Это?

– Да, Джед. Это. Ты и Боди. Я имею в виду, Господи Иисусе, если бы это не случилось в последнюю минуту, а? Или ты думал, что подождешь до сороковой годовщины его свадьбы?

– Смешно. Ты такой смешной.

– Разве я не знаю?

Мы помолчали мгновение.

– Но на самом деле, – сказал он, улыбаясь мне, – я горжусь тобой. Пришло время.

– Давно пора, и все, кто меня знает, это понимают.

– Да, но ты сорвался, Джед. Я уже начал волноваться.

Я нахмурился.

– Я всегда знал, что ты его любишь.

– Ну, разве ты не умница?

– Так говорят люди, – сказал он, ухмыляясь.

Я лишь покачал головой.

****

Боди отправился к себе домой за чистой одеждой и другими необходимыми вещами, а по дороге позвонил агенту по продаже недвижимости. Продать его квартиру будет несложно, поскольку район пользовался большим спросом. Я сказал ему, что он должен оставить ее и сдавать в аренду, но он не хотел быть домовладельцем.

– Ты принимаешь много решений очень быстро, – заметил я, когда он вернулся с одеждой, которую нужно было развесить в моем большом шкафу. Я использовал только четверть шкафа, что его очень устраивало.

– Разве не так мы всегда поступаем? – спросил он, ухмыляясь. Он прошел мимо кровати, неся корзину для белья, наполненную бутылочками разных размеров, в ванную, и тут я услышал, как он открывает шкафы и раскладывает вещи.

И это было правдой. На самом деле мы всегда так поступали. Мы оба прыгнули, не глядя, и последовали друг за другом.

– Хей, – позвал он. – Скажи, не нужны ли тебе обезболивающие.

– Нет, я в порядке, – сказал я, садясь. – Но не мог бы ты снять с меня этот слинг, когда у тебя будет секунда?

Он быстро оказался рядом, осторожно освобождая меня от слинга, который я уже начал ненавидеть. С бандажом все было в порядке, но слинг обездвиживал меня еще больше.

– Ты ненавидишь слинг, – сказал он, улыбаясь.

– С чего ты взял? – раздраженно поддразнил я.

– Ну, слинг нужен, чтобы дать конечности отдохнуть, верно? Иначе она просто висела бы у тебя под боком.

– Доктор сказал, что я должен пользоваться им весь месяц?

– Нет, обязателен только бандаж, но давай оставим его хотя бы на целую неделю.

Но если я скажу, что он мне не нужен...

– Ты думаешь, почему он просто не слушает меня?

Я встретил его взгляд.

– Это то же самое, как когда ты решаешь за меня что я думаю, когда речь идет о работе маршалом.

–