Частная Академия (СИ) - Ланская Алина

У меня не было такой операционки. Первое время тыкаюсь как слепой котенок, ищу, как подключить флешку, поскольку на «Маке» нет USB-порта. Но Баев и тут все предусмотрел — телефон с симкой на мой номер, а «Мак» со специальным адаптером для флешек и видеокарт.

Учеба, Мира. Это самое главное! Мне кровь из носа нужно доделать информатику. Я в ней не сильна, так что времени нужно больше, чем с тем же матаном. Поэтому, не пообедав и отодвинув на пару часов уборку, сажусь за реферат. Но когда вставляю флешку, тут же понимаю, что ошиблась. Это не моя! Это накопитель, который я случайно унесла из той комнаты… И который я до сих пор не вернула.

Баев, наверное, и не знает, что флешка у меня. И да, я ее не смотрела. Пока не смотрела.

Глава 58

— Конечно, я очень хочу домой, мам! — чуть ли не кричу в экран телефона. — Я безумно по вам всем скучаю! Но это же такие деньги! Да еще и самолетом. Лучше на каникулы приеду.

Смотрю в родное лицо и плакать хочется. Все бы отдала, чтобы обнять сейчас маму. Обнять и не отпускать больше.

— На каникулы — это само собой, но Новый год, Мирка! Ну самый же главный праздник! Семейный! Как мы без тебя-то?

Мама уже хлюпает носом. А я не знаю, как ей объяснить, что если приеду домой на Новый год, то точно не захочу возвращаться. Черт с этой пафосной академией, ее животными порядками, плевать на равнодушных преподов и завистливых одногруппников! И главное — к черту Артема Александровича Баева!

— Не знаю, мам. Честно. Ну очень дорого, у меня двадцать восьмого еще занятия, могу только на следующий день уехать, а билеты же как в космос полететь стоят!

— Ты про деньги не думай! — неожиданно жестко обрывает мама. — С деньгами все хорошо, можем себе позволить дочь родную обнять и за стол праздничный всем вместе сесть. Билеты мы тебе купим. С пересадкой через Екатеринбург полетишь. Там тебя дядь Сережа встретит, домой уже вместе полетите.

— Спасибо, мам…

— Не спорь! Потом как сессию свою сдашь, тоже на каникулы приедешь. Отоспишься хоть, а то вон бледная какая. И глаза какие грустные.

— Задают много, вот и устала, а так все нормально. Правда!

Сворачивать надо разговор, пока папа не подключился.

— Ты скажи, когда там эта ваша газета про первокурсников выйдет? — спрашивает мама и тут же осекается. — Ой! Сболтнула лишнее! Я ж обещала…

— Все нормально, мам. Мне… рассказали.

Мама заметно расслабляется. Какая она у меня простодушная все-таки. Поверила Баеву!

— Хороший мальчик приезжал. Воспитанный такой.

Ага, как волк в овечьей шкуре!

— Столько про тебя расспрашивал! И письмо от вашего декана показал, и говорил, как тебе нравится учиться. И что академия для тебя как второй дом.

Вот же сволочь!

— Что еще он сказал? — выдавливаю из себя улыбку.

— Да он больше спрашивал. — Мама хмурится, что-то припоминая. — А вообще сложный парень. Непростой совсем. Папе очень не понравился. Говорит, высокомерный, а я не заметила. И что… Мирка, а у тебя с ним же ничего нет, да? С этим Артемом?

Я чуть с кровати не падаю!

— Мам! Ты чего?! Да не дай бог! Ты что такое говоришь! — возмущенно восклицаю я. — Это же Артем Баев! Он внук нашего основателя. И вообще мне такие, как он, никогда не нравились! Фу! Мне совсем другой нравится! То есть… нравился…

Я затихаю и виновато смотрю на маму. И чего так завелась?

— Другой мальчик! — Мама мгновенно забывает про Баева. — Другой… это… а это не Тарас? Ты только про него говорила. Один раз!

Вот это память!

— Мам, да… Тарас мне нравился, — признаю я очевидное. — Очень сильно нравился, но все… очень сложно, что ли…

Замолкаю, потому что внезапно становится холодно, неуютно, будто где-то рядом открыли окно. Отрываю взгляд от телефона и вижу в дверях своей комнаты… Баева.

— Ма-ам, я потом наберу, ладно? — Стараюсь, чтобы мой голос не дрожал, и, едва дождавшись от мамы «пока», быстро нажимаю на отбой.

— Ты что-то хотел? — осторожно спрашиваю я у Артема, который молча прожигает меня взглядом. — Я сегодня уже убралась. Все как обычно.

Он тянет паузу, от чего я нервничаю еще больше. До меня не сразу доходит, а когда доходит, мучительно краснею и сползаю с кровати. Я уже сняла свою форму, в которой убираюсь; вообще я спать собиралась, поэтому на мне короткие шорты и топ на тонких лямках. И все!

— Через пять минут в моем кабинете, — бросает Артем и отворачивается. Он-то одет прилично — в брюках и рубашке.

Первым делом напяливаю на себя длинные домашние штаны и кофту и только после этого поднимаюсь наверх.

Артем стоит у окна спиной ко мне — высокий, сильный и опасный. Скорее всего, он многое слышал из нашего с мамой разговора. Я бы подумала, что ему могло быть неприятно, что мы его обсуждали, но мнение таких, как мы с мамой, его точно задеть не может.

— Завтра обязательно протри книги в библиотеке, на них много пыли, — говорит он, не оборачиваясь. — И еще, Мира. Ты ничего не брала из той комнаты?

Он резко поворачивается, и я судорожно вдыхаю. Попалась!

— Брала, — киваю я. — Правда, случайно, ты так орал, я испугалась…

— И стащила флешку, — произносит он спокойно, как будто по-другому я и поступить не могла. — Смотрела?

— Да там смотреть нечего! — негодую я. — Там только десятки звуковых файлов. Музыка… классическая. Остальное под паролем!

Тихий грустный смешок. Похоже, на этот раз меня не станут убивать за то, что я снова сунула нос не туда.

— Обидно? — участливо спрашивает Артем, но улыбка выдает его. Издевается надо мной. Как обычно. — Хакнуть не пыталась?

— Я не по этой части.

— Неси сюда, — приказывает Артем, а сам садится, развалившись на черном кожаном диване, который я пару часов назад протирала.

Когда приношу накопитель в кабинет, Баев встает и забирает у меня флешку. От прикосновения его пальцев по моей коже пробегает едва заметная дрожь. К счастью, Баев не обращает на это никакого внимания, он всецело поглощен флешкой. Но, глядя в его лицо, я не понимаю, что именно он чувствует.

Мира, ну когда ты уже успокоишься и перестанешь лезть к нему в душу?! Ругаю себя, но все равно не могу справиться со своим интересом.

— Сам не понимаю, зачем пароль на файлы поставил, — задумчиво говорит Артем. — Может, знал, что рано или поздно ты появишься и решишь здесь все вверх дном перевернуть?

— Я?!

— Ну не я же!

С этими словами он подходит к висящей в кабинете плазме, вставляет в гнездо флешку и щелкает пультом. На экране появляется «введите пароль».

— Хочешь узнать, что там? — ухмыляется Артем. — Даже странно, что не вскрыла. У тебя же бывшая соседка айтишница.

— Ну не до такой же степени! За кого ты меня принимаешь?!

Баев не отвечает, он вводит пароль, и на экране телевизора появляются новые файлы. Он включает первый.

— Это ты?! — ошеломленно восклицаю я, и тут закрываю рот ладонью. Невероятно!

Тот прежний, хороший Артем, который достался Насте и которого я не застала, сидит за огромным пианино и увлеченно играет какую-то очень нежную, плавную мелодию. Его длинные пальцы, кажется, едва касаются клавиш, но они способны создать потрясающе красивую мелодию.

Артем, который настоящий и который рядом со мной, смотрит неотрывно на себя в телевизоре. На его лбу, у виска, пульсирует тонкая вена. Баев так напряжен, что хочется погладить его по плечу, обнять, сделать хоть что-то, чтобы он расслабился. Но я боюсь тронуться с места; наверное, Артем вообще забыл, что я тут.

— Это я, — произносит он, когда запись заканчивается. — Прелюдия и фуга до мажор Баха. Это полифоническое произведение. И оно обязательно для вступительного экзамена в консерваторию.

Артем поворачивается ко мне лицом. Он… я таким не видела его, даже когда он застал меня за просмотром ролика с вечеринки.

Мрачным и темным; и столько в его глазах боли сейчас, что я не выдерживаю.

Бросаюсь к нему и крепко обнимаю за плечи.