Никогда с тобой - Адалин Черно

разглашать. Молчит, словно партизан, как я ни пытаюсь вытащить из нее хоть какую-то информацию. Мне нужно знать, но Стефания лишь пожимает плечами и непонимающе на меня смотрит.

— Зачем тебе? Переживаешь, что Ким на тебя с кем-то поспорил? Я сомневаюсь. Он вообще не такой. Вот если бы Тан или Фил…

У меня в груди все переворачивается, когда слышу эти слова.

— А что они?

— Известно что, — пожимает плечами. — Бабники, разгильдяи, мажорики. За такими станется на пару тыщ баксов поспорить на девушку.

— А Самвел другой?

Эта тема Стефании явно неприятна, потому что она морщится и лишь пожимает плечами. Молчит как-то слишком долго, а потом все же выдает:

— Он такой же. Мне однажды показалось, что нет, но я ошиблась.

Больше она ничего о нем не говорит, а я не хочу спрашивать. Вижу, что ей неприятно, и решаю не настаивать.

— В общем, расслабься. Споры водились за их компашкой. Подробностей я не знаю, мне было неинтересно, но девчонки трепались, что-то точно было, но Ким в них никогда не участвовал. Его вообще идеализируют, если прислушаться. Добрый, внимательный, вроде бы не бедный, сейчас еще и подкачался, вообще загляденье. И тебе достался. Многие будут завидовать.

Я молчу. Врать подруге неприятно. Я хочу с ней поделиться, но решаю, что сделаю это после того, как узнают наши родители. Ну и с Таном нужно все обсудить. Мы обоюдно договорились пока держать отношения в секрете, но долго наша тайна не продержится, если Злата уже догадалась.

— Ты хоть расскажи, как у вас? Какой он? Мне ведь интересно!

Я пожимаю плечами. Ким мне друг, и ничего плохого о нем я, конечно же, не скажу. Он замечательный, как и говорит Стефания, но изначально он был мне только другом. Сомневаюсь, что это изменится.

— Не хочешь делиться? Ну и ладно…

Стефа делает вид, что обижается, но очень быстро отходит и задает новые вопросы:

— Что ты будешь делать на Новый год, уже думала? Говорят, в университете будет большая туса за несколько дней до. Ты пойдешь?

— Да, наверное.

— И я. Девчонки вроде бы тоже будут. А потом? Вы с Кимом еще не планировали? Или будешь с родителями и братцем?

— Пока не знаю, еще есть время подумать.

— Это да. Надо еще и сессию сдать.

Я издаю мучительный стон, стоит вспомнить Льва Арнольдовича. Сомневаюсь, что он позволит мне все сдать с первого раза. Уверена, пристанет и отправит на пересдачу.

— Поговори с мамой, я уверена, что Богдан Петрович решит эту проблему.

— Я не хочу, чтобы он что-то решал, я хочу сама, тем более что предмет я не хуже остальных знаю.

— Лучше меня, я бы сказала. Просто ты ему почему-то не нравишься.

От разговоров о планах на Новый год и обсуждения преподавателей меня отвлекает новое смс-сообщение. Пишет Тан в мессенджере:

SkiTan: Я скоро буду, уже освободился.

Sonya_Rom: Я у подруги, но уже собираюсь домой.

SkiTan: Я за тобой заеду.

Несколько мгновений я просто смотрю на экран смартфона, а затем блокирую его и думаю, как объяснить Стефе, что за мной приедет Тан. Почему вообще мы вдруг нормально общаемся.

— Кто там? — с интересом спрашивает она.

— Мама. Говорит, что пора возвращаться домой. А еще сказала, что попросила Тана заехать за мной.

— Ничего себе, — Стефания присвистывает. — А что, Танский теперь прислуживает твоей матери?

— Не знаю, как он согласился, — пожимаю плечами. — Они не особо ладят.

— Да отец заставил, — смеется Стефа. — Вот он и едет. Небось, пригрозили ему, что без бабок оставят.

Я отмалчиваюсь. Переубеждать подругу не начинаю, просто пожимаю плечами и прошу ее не трепаться о том, что она узнала от меня, при подругах, иначе мне не поздоровится.

— Конечно, о чем речь, что я, Танского не знаю? И так счастье, что от тебя отстал, даже в университет возит и забирает.

— Угу. И молчит всю дорогу.

— Удивительно!

Прибытие Тана мы замечаем сразу: окна Стефании выходят на проезжую часть, так что мы замечаем свет фар подъехавшего автомобиля.

— Идем, провожу тебя, — выдает Стефа. — Мало ли в каком настроении твой братец приедет.

Я не сопротивляюсь. Мы выходим из дома и направляемся в сторону автомобиля. Даже издалека видно, что у машины стоят двое. Из-за врожденной близорукости я различаю лишь силуэты, зато подруга резко толкает меня в бок и выдает шепотом:

— Ким приехал. Ясно, почему Тан согласился. Не смог отказать другу забрать его девушку.

У меня во рту пересыхает. Тан, конечно, знает, что у нас с Кимом ничего не было и нет, но об этом не знает Стефания, которая упорно тянет меня вперед и ведет, конечно же, к Киму.

— Ну что стоишь, — говорит мне. — Иди давай, он за тобой приехал!

Я иду, конечно. Подхожу к Киму и останавливаюсь рядом. Боюсь посмотреть Тану в глаза. Уверена, что он пристально смотрит, и знаю, что его взгляд мне определенно не понравится.

— Как неродные, ей-богу, — выдает Стефания так, чтобы все услышали. — Ну ладно Соня, а ты? — бросает на Кима подозрительный взгляд.

Когда на мою талию ложится чужая ладонь, я готова застонать от отчаяния, потому что предвкушаю бурю, но вместо нее слышу лишь глухое злое:

— Давайте в машину, времени нет.

Обычно я сижу на переднем сиденье, но на этот раз забираюсь назад. Туда же садится и Ким. Дверь водительского сиденья хлопает с такой силой, что начинает казаться, она сейчас отвалится. Ничего не подозревающая Стефа лишь машет нам вслед. Я же сижу тихо и неподвижно. Боюсь посмотреть в зеркало заднего вида и удостовериться в том, что щеки горят из-за того, что Тан смотрит. Подумать ни о чем больше не успеваю. Тан останавливает автомобиль, как только мы сворачиваем, и выдает таким тоном, что никакого желания спорить не остается:

— Сядь рядом, Соня.

На это уходит меньше минуты. Я выхожу из автомобиля и пересаживаюсь на переднее сиденье. Остаток пути жду разговоров, но их не следует, зато я замечаю через зеркало заднего вида ухмылку на лице Кима. Его явно забавляет происходящее, пока у меня тут едва не начинается нервный тик.

Во двор дома заезжаем все вместе. Салон машины покидаем синхронно. Я почему-то отчетливо