Анна Дэвис - Такси!

«Кэт, это Стеф. Ты должна мне помочь. Меня арестовали. Я в участке на Лаример-стрит. Не могу сейчас говорить, но это из-за «риохи». Мне нужен адвокат. Ты можешь найти такого, только хорошего? Приезжай, как только сможешь… Мне страшно».

Надутый сержантик исчез, вместо него сипел толстощекий держиморда. Сержант Крайер, надо полагать.

— Чем могу помочь? — Едва он заговорил, лицо его смягчилось.

— Я бы хотела повидаться со Стеф… Стивеном Муром.

— А вы…

— Кэтрин Чит. Подруга Стивена. Я была здесь в половине шестого, но мне велели зайти после восьми. Вот, сейчас… — я взглянула на часы, — девять сорок три.

Сержант тяжело вздохнул:

— Прямо в эту минуту вы его повидать не можете, мисс Чит. Он на допросе.

— Я должна его увидеть. Он просил меня найти ему адвоката.

Вид у сержанта был озадаченный. Он полистал какие-то бумаги и почесал карандашом у себя за ухом.

— Ну, на этот счет, мисс Чит, вам беспокоиться не надо — адвокат сейчас с ним.

— Что?

Сержант развел своими огромными лапами:

— Похоже, мистер Мур свои дела сам уладил. Может, пока присядете?

Я оглянулась на людей, сидевших на скамейках. Усталая растрепанная женщина в спортивном костюме кормила грудью младенца. Паренек лет шестнадцати-семнадцати с обесцвеченными волосами то и дело поглядывал на часы и преисполнялся жалостью к себе. Возле двери прикорнул старик в плаще.

Пробило и десять, и одиннадцать часов. Люди в форме входили, выходили, разговаривали друг с другом, смеялись. Я смотрела на их пояса, обвешанные рациями, наручниками, дубинками. Полицейский инвентарь. Разглядывала удобные туфли женщин-сотрудниц. Через некоторое время белесого парнишку увели; молодая женщина опять и опять принималась кормить своего ребенка. Старый пьяница в плаще продолжал спать.

В 11.14 в глубине помещения отворилась дверь и появился худощавый мужчина средних лет, в костюме в тонкую полоску, с буйной седой шевелюрой и орлиным носом; по обе стороны от него шли полицейские. Сержант Крайер окликнул меня со своего места:

— Мисс Чит? Может, поговорите с этим джентльменом? Это мистер Проссер, адвокат вашего друга.

Мы с мистером Проссером пили двойной эспрессо на станции «Ливерпуль-стрит».

— Не понимаю. Если против него нет обвинений, почему его арестовали?

— Обвинений еще не предъявили, но предъявят, можете не беспокоиться. А пока его пытаются запугать, чтобы он сказал что-то такое, чего говорить не следует. — Мистер Проссер улыбнулся. Вид у него был спокойный, безмятежный.

— Вы хотите сказать, что на самом деле их интересует вовсе не эта история с «риохой»? Там что-то еще?

— Похоже, что так, но это вы должны сказать мне, Кэтрин. Что там еще может быть?

А он умный, этот мистер Проссер. Это видно даже по блеску светло-серых глаз и разбегающимся от них морщинкам.

— Я не знаю, мистер Проссер. Возможно, ничего.

— Возможно?

— Ничего, о чем бы я знала.

— Но, как вы верно подметили, Кэтрин, полицию может интересовать то, о чем наш Стивен еще не проговорился. Против него достаточно улик, чтобы обвинить его в афере с испанским вином, но этого пока что не сделали.

Я глотнула отдающий химикалиями эспрессо, а мистер Проссер осушил свою чашку до дна. Руки — старые, морщинистые — выдавали его подлинный возраст. Он поднялся и взглянул на часы:

— Сейчас мне надо наведаться в контору, но попозже я вернусь. Думаю, вам скоро разрешат с ним увидеться. Должен предупредить — его вид может напугать вас. Наш Стивен пережил несколько неприятных моментов.

— Вы что, хотите сказать…

— Нет-нет, — мистер Проссер усмехнулся, — просто сейчас это очень испуганный мальчик. Вот, возьмите мою визитку. — На ней стояло название фирмы — «Бинг, Бинг и Клейторп» — и имя адвоката. — Ах да, Кэтрин, у меня для вас послание.

— Послание? От Стефа?

— От джентльмена, который поручил мне это дело. Он просил передать вам это. — Он вынул из кармана сложенный листок бумаги и протянул мне: — Извините, если я что-то записал неточно. Он диктовал мне по телефону.

Мистер Проссер подхватил свой кейс, кивнул мне и вышел из кафе, а я осталась читать записку:

Дорогая Кэтрин,

Вообще-то по-настоящему я ничего тебе не обещал, но имей в виду, что я к этому отношения не имею. Тем не менее я нанял Гарета Проссера, чтобы он сделал для Стефа все возможное. Прими это как знак доброй воли, а не признание в том, что чувствую себя в ответе. Также слежу за ситуацией с твоим другом Джоэлом. Буду докладывать обо всем.

С наилучшими пожеланиями, Крэйг.

Да уж, «наилучшие пожелания», «буду докладывать обо всем». Еще острит, гад.

Мистер Проссер ошибался. Повидать Стефа мне не дали. Я снова коротала время на скамейке. В 1.30 дня приволокли пару вдрызг пьяных футбольных фанатов, которые орали во всю глотку, что ни в чем не виноваты. В 2.00 привели печального человечка в голубом спортивном блейзере и в наручниках. Девку с ребенком наконец-то забрали. Осточертело уже смотреть, как этот щенок цепляется за ее титьки, словно насос. В 2.30 сержант Крайер сжалился и принес мне чашку чая.

— Надеюсь, душечка, парень того стоит.

Соседи по скамейке появлялись и исчезали, только спящий бродяга да я не двигались с места. В 2.57 явились два каких-то типа лет сорока. Одеты с иголочки. Один предъявил сержанту Крайеру удостоверение, и тот вскочил, чтобы проводить их. Когда они скрылись за дверью, сержант бросил взгляд в мою сторону и улыбнулся. Мне стало не по себе. Через несколько минут пришел мистер Проссер, весь красный и запыхавшийся. Я было приподнялась ему навстречу, но он только кивнул и замахал рукой, давая понять, что сейчас не до разговоров. И скрылся за той же дверью. Вот теперь я задергалась по-настоящему.

Слетала к машине и запила очередную пару таблеток остатками «Лафроэйга». На пути обратно в участок пришлось купить жевательную резинку — чтобы изо рта не разило виски.

К 4.30 я купила и прочитала «Гардиан», «Индепендент», «Миррор» и «Прайвит ай». Еще я обзавелась бутылкой виски «Гленфиддих» и припрятала ее в кебе. Сержант Крайер или не мог, или не хотел объяснить мне, что происходит. В пять часов на его место заступил сутулый служака с вытянутой физиономией и валлийским акцентом. Он смахивал на одного из моих школьных учителей. Я слышала, как кто-то окликнул его: сержант Клируотер.

— Мисс Чит… Кэтрин…

Я подскочила, очнувшись. Шея затекла, мышцы ноют. Чья-то рука лежала у меня на плече. Мистер Проссер, а рядом с ним — сержант Клируотер.