Белинда Джонс - В поисках хороших парней

– Это «Большая Агнесса», – сказала она, представляя наше жилище на следующие две ночи.

Мы блуждали взглядами по всему дому, пытаясь охватить картину в целом.

– И это все наше? Она кивнула.

От удивления мы открыли рты. Например, что вы подразумеваете под словом «хижина»? Уютную однокомнатную хибарку с парой красных кальсонов, сохнущих над печкой? Кровать, застеленную лоскутным покрывалом, и цветочки в кувшине для молока? Здесь, в «Зеленой перспективе», это означало массивный двухэтажный постоялый двор с просторной спальней и двумя залами – внизу и наверху, не большой аккуратной кухней с изысканным набором продуктов и джакузи в широкой пристройке впереди дома.

– Не может быть! – ахнули мы.

Мы носились вокруг, рассматривая низкую мебель из сосны, шторы из шотландской шерсти, диванные подушки с рисунками на рыболовецкие темы. Мне не нужны магазины, я буду счастлива поиграть в сельскую женушку.

Но сначала нас ждали вечерние танцы «делай с нами, делай как мы, делай лучше нас» в «сарае». Там должен был присутствовать весь обслуживающий персонал (до сих пор мы видели только парочку симпатичных официанток). Кэрри уверяла меня, что там обязательно будет полно красавчиков в стиле Брэда Питта. А по-моему, скорее всего, это будут работники ранчо с обветренной кожей, больше напоминающие Пола Ньюмана. Они будут смотреть на нас сквозь прищуренные глаза и жевать обрезанные сигары. Ладно, скоро проверим, кто из нас прав.

Я ужасно нервничала. Кэрри надела розовый свитер с высоким воротником, а я – обтягивающую рубашку из искусственной кожи, и мы отправились в «сарай» по зеленым полям усадьбы. Здесь действительно было около 20 ковбоев, и все они были симпатичными молодыми людьми моложе 30. К сожалению, мы пришли туда последними, когда все остальные уже разучили основные па.

– Как здорово, – с восхищением произнесла я, увидев, как они дружно двигались сначала в одну сторону, а затем плавно поменяли направление. – Самое ужасное в танцах по кругу то, что ты все время на виду, и нет возможности спрятаться за спины.

– Может, уйдем? – спросила Кэрри.

– Надо выпить, а потом все пойдет как по маслу, – заверила я ее.

Какая я умница, что надела длинную юбку, думала я про себя. Моих ног не будет видно, а значит, никто не увидит, как у меня заплетаются ноги. Но потом случилась катастрофа.

– Здесь нет алкоголя! – удивленно сообщила Кэрри. Я застыла на месте, как вкопанная.

– Что?!

– Только кофе, вода и клубника в шоколаде, – Кэрри перечислила выставленные товары.

– Они издеваются?

Я стала ходить вокруг в надежде увидеть какую-нибудь нелегально принесенную выпивку, но в этот момент меня подхватили под руки и увлекли в круг. Недалеко от меня в толпе танцующих я увидела Кэрри. Она практически сразу попала в такт, в то время как мои шлепанцы на скользкой подошве никак не хотели дружить с полом. Они все время съезжали назад и так и норовили слететь. И в конце концов слетели. Мне удалось выйти из рядов танцующих и отправиться на поиски моей туфли. Я решила на время ретироваться, приземлившись на «сенную скамью», где отдыхали старики и резвились дети. Моя задача состояла в том, чтобы добраться до четвертой скамьи и исчезнуть из пределов досягаемости любого из танцоров. Но не успела я перелезть через первую, как около меня оказалась Кэрри.

– Пойдем танцевать! – настаивала она и тянула меня назад.

– Сейчас. Я на минуточку, – ответила я, пряча свои босые пятки.

– Нет, пойдем сейчас! – упрашивала она.

– Подожди, дай отдышаться, – возражала я.

– Ну, пойдем!

– Нет, – раздраженно рявкнула я, понимая, что мы уже привлекаем внимание.

Мне хотелось закричать: «Я не такая, я всегда участвую!», но я слишком хорошо знаю, что приходит мне в голову, когда другие отказываются принимать участие в коллективных развлекаловках: они просто не хотят выставлять себя идиотами. Но ведь если честно, меня-то это как раз не бес покоит. Мне просто нужно немного времени, чтобы собраться с силами. Кэрри продолжала цепляться ко мне со своим бесконечным: «Пойдем танцевать!»

Великолепно, теперь к ней еще и ковбой присоединился:

– Я Джефф, – объявил он. – Вы танцуете?

У меня было сильное желание стукнуть его подковой по голове, но пришлось подчиниться и присоединиться к танцу. На этот раз движения были не такими опасными для моих босоножек. Все, что требовалось, это галопом проскакать под расставленными руками, совершая при этом повороты в разные стороны. Меня это доконало. Через тридцать секунд я уже задыхалась и спотыкалась, как загнанная лошадь. «Господи, сейчас сердце выскочит», – я хваталась за грудь, так как движения становились все быстрее и быстрее. Я падала в мужские руки, благодаря бога за то, что в большинстве своем они достаточно сильные, чтобы удержать меня в вертикальном положении, и достаточно ловкие, чтобы вести в нужном направлении. Если бы все происходило не так быстро, то можно было бы увидеть самого лучшего танцора. А так все, что я знала, это что здесь есть танцор в черной рубашке, в чьих руках мне особенно приятно находиться, и пятилетний гений, который совершал такие движения, что мог бы перетанцевать самого Рики Мартина. Но наконец-то, о счастье, все закончилось. А я-то, наивная, думала, что мои ноги будут болеть от верховой езды.

Я свалилась на скамью и обнаружила, что «Рики-младший» решил отработать баскетбольные броски в корзину, и мячик летал прямо над моей головой. Я предполагала, что теперь наступит черед более спокойных танцев, в стиле «Милая, добрая Алабама», но практически в мгновение ока кофе был убран, и семьи вместе с персоналом разбрелись по своим хижинам. Рядом со мной остались только Джефф и симпатичная болтушка из Дублина по имени Ива-Мария, которая представилась как детский берейтор.

– А когда же ты перейдешь во взрослую категорию и станешь взрослым борцом?

– Да нет, – засмеялась она, – я работаю с детьми.

– А-а-а, извини, не поняла. К нам присоединилась Кэрри.

– Это Ива-Мария, – представила ее я. – Она детский берейтор.

– Берейтор котят, как мило.

Удивительно, но Ива-Мария вместе с ковбоем Джеффом осталась еще на час поболтать с нами.

– Или я должна вас называть берейтор Джефф?

– Ковбоем можно назвать кого-нибудь другого, но не себя, – признал он. – Иначе это звучит слишком вызывающе.

Джефф родился в Миссури, но, несмотря на это, знал все местные обычаи, как будто всю жизнь прожил здесь. Кстати об обычаях…

– А ты можешь научить меня кидать лассо? – Кэрри слегка придвинулась к нему.

– А почему бы и нет? Конечно, мэм, – улыбнулся он и тут же вручил ей очень жесткую веревку и принес макет коровы для тренировок. – Твоя цель попасть сюда, – он потрепал корову за деревянные рога.