Габи Хауптманн - Ищу импотента для совместной жизни

– Без четверти час. – Кармен смотрит на большие настенные часы. – Эльвира, можно сделать радио чуть громче, чтобы мы ничего не пропустили?

– Эльвира, пожалуйста, сиди, я сделаю все сама! – Лаура подходит к радиоприемнику, стоящему на комоде, потом поворачивается к столу: – Этому аппарату, наверное, столько же лет, сколько нам с Кармен. Да?..

Кармен ухмыляется:

– Поэтому он относится к числу раритетов!

– Как и мы! – Лаура снова усаживается за стол.

– Это ты сказала! А где все-таки ты провела ночь, раритет? – Кармен щелкает Лауру по носу.

Лаура недовольно морщится:

– Я тебе уже рассказывала: в родительском доме Фредерика, с ним и Кларой, его сестрой. Потрясающая женщина!

Эльвира поднимает взгляд от тарелки с салатом и вопросительно смотрит на Лауру. Таким же взглядом удостаивает подругу Кармен. Лаура пытается сохранить непроницаемое выражение лица, но не выдерживает и начинает смеяться:

– Хорошо, хорошо! Да, он понравился мне. Хотя знаю, что он один из твоих импотентов. И только потому, что я это знаю и знаю твое отношение к нему, скажу тебе прямо: для меня было бы лучше, если бы он был здоров! Тогда прошедшая ночь могла быть просто сумасшедшей!

– Да, я даже могу себе представить, как бы это было, – огрызается Кармен с набитым ртом. – А что, было весело только наполовину?

– Идиотский вопрос. Конечно!

– А кстати, он предлагал тебе убедиться, что действительно импотент?

– Как ты себе это представляешь?

– А может, это не так! – Кармен поднимает бокал, чокается с Эльвирой, они выпивают по глотку вина.

Лаура наконец замечает подвох:

– Чепуха! Как можно доказать, что ты импотент. Мы просидели вместе почти всю ночь, выпивали, закусывали, а потом, около пяти утра, я прилегла на софу и уснула. Потому что в шесть мне нужно было вставать на работу. Но если бы я провела этот час иначе – вы понимаете как! – то не чувство вала бы себя сегодня такой разбитой!

– Значит, я единственная женщина, у которой поехала крыша! – Кармен крутит пальцем у виска.

– Нет, не единственная! Я тоже. – Лаура вдруг решается: – Да, я влюбилась в импотента! Это может произойти только с тем, у кого крыша совсем съехала!

Эльвира с улыбкой прислушивается к перепалке подруг. Кармен кивает:

– Ну, если все обстоит так, тогда… все хорошо.

– Нет, это еще не все! Этот парень будет отцом!

– Что? Как? – Кармен смотрит на Эльвиру.

Та, видно, уже перестала чему-нибудь удивляться.

– Как это?.. – спрашивает Кармен и в ту же секунду подпрыгивает на стуле: – Лаура, значит, ты сохранишь ребенка! – Она обегает вокруг стола, обнимает подругу: – Это самая потрясающая новость за последнее время! Ах как я счастлива! Это здорово! Здорово!..

Они целуются. Эльвира тоже встает со своего места и подходит к ним, целует Лауру в щеку:

– Мои сердечные поздравления, Лаура! И я всегда готова помочь всем, что в моих силах. Ведь ребенку нужна и бабушка!

Лаура торжественно поднимается с места:

– Благодарю вас, Эльвира! Я даже не знаю, что сказать!

Кармен садится на место, смотрит на часы – до выпуска новостей еще пять минут. Времени достаточно. Ей все же не терпится узнать:

– Так что означает фраза, что Фредерик станет отцом? Ты же не будешь нас уверять, будто за одну ночь, пока вы там выпивали-закусывали, а потом ты дремала на софе, он воспылал отцовскими чувствами! Мне кажется, я немного узнала Фредерика за это время. Он, конечно, способен на необдуманные поступки, но сделать такой шаг – это уж чересчур…

Лаура берет кусочек хлеба, не спеша делает бутерброд с ветчиной, потом долго и терпеливо укладывает сверху листья салата.

– Нет, конечно, так он еще не заявлял. Но мы дискутировали об этом всю ночь. И если уж быть точной, сначала об этом заговорила Клара, а не Фредерик. Это она неожиданно спросила: «А ты не хочешь переехать жить к нам? Дом слишком велик для нас двоих». Это, впрочем, действительно так. У них огромный трехэтажный особняк. И предложение Клары просто великолепно. Вместо того чтобы снимать квартиру, я могла бы поселиться у них, и ребенок был бы пристроен. Она художница, работает по большей части дома, Фредерик еще учится, у него много свободного времени. А у меня в школе скользящий график работы – просто идеальное решение! Можешь не верить, но у меня сложилось впечатление, что они говорили об этом всерьез. Это была не просто болтовня. И еще я хочу сказать: в тот момент, когда я это поняла, пришло решение сохранить и родить ребенка. И мне кажется, что я буду безумно любить своего кроху, – она делает короткую паузу, – даже если он будет похож на Вилко. Это сходство придется рассматривать как штраф за глупость!

– Чушь! – Кармен хлопает ладонью по столу. – Она – а не он! – не будет похожа на Вилко, твоя малышка Алина Оливия Кармен. Это будет потрясающей красоты экземпляр женского роду-племени, и похожа будет только на тебя!

– Стоп, тсс!.. – Эльвира прикладывает палец к губам.

Передают новости. Вновь сообщают, что вертолет с преступником и заложником взлетел сегодня утром, что службы контроля за полетами предупреждены и что исключительно из соображений безопасности нельзя сообщать что-либо еще.

Эльвира вздыхает. Женщины тревожно переглядываются. Звонит телефон. Это Давид. Спрашивает, не звонил ли Вильям. Нет. Эльвира чуть не плачет.

– Нам надо быть тактичнее, – одними губами шепчет Лаура. – Всю историю с Кларой и Фредериком я могу рас сказать тебе позже!

Эльвира протягивает трубку:

– Кармен, Давид хочет что-то сказать тебе!

– Да, Давид? Мне так недостает тебя!

– Мне тебя тоже, Кармен. Я хотел только сказать тебе, что в этой истории наши люди не виноваты. Грабители – не те, кто работал над проектом вместе со мной, скорее всего они из бывших служащих Штефана.

– Да, это немного успокаивает.

– Позвоните Вильяму. Или лучше я позвоню ему сам. Если ничего нет, то перезвоню еще раз в управление полиции – постараюсь хоть что-то выведать!

– Спасибо тебе! – Она кладет трубку. – Давид будет еще раз звонить в полицейское управление!

– Это хорошо! Твой Давид – прекрасный человек, Кармен. Мужчина, на которого можно рассчитывать. Ты должна его беречь!

«Сейчас Эльвира начнет свою песню», – думает Кармен. Ей на сегодня достаточно Бритты. Кармен подсаживается к старушке, нежно берет ее руки в свои:

– Я сделаю все, чтобы сберечь его, Эльвира. Иначе при таких обстоятельствах я не стала бы говорить о любви!

Эльвира молча закрывает глаза. Лаура опускается в кресло и начинает рассуждать вслух:

– Ну, браво! Вот сидим мы здесь, две сиротинушки. И любим платонически мужиков, которые никак иначе любить не могут, только платонически, ибо у них не стоит. Да скажи ты мне такое перед отлетом в Бразилию, я умерла бы со смеху!