Василий Коледин - Благие намеренья (СИ)

- Давай-ка я тебя перевяжу, - предложил я и стал очень нежно обматывать куски футболки вокруг тонкой талии моей любимой девушки.

Она немного постанывала, когда я через чур сильно затягивал повязку. Мне хватило футболки на пять оборотов. Закрепив повязку, я уложил Катю на листья, подобрав их под спину и голову, так, чтобы она полулежала.

- Всё будет хорошо… - улыбнулась крепкая девушка.

- Конечно! – поддержал я её. – Рана не глубокая, пуля нигде не застряла, внутренности не повредила! Ты просто обязана быстро выздороветь!

Мой тон был слишком оптимистичным, таким, что даже я почувствовал перебор. Тогда я наклонился к ней и долго поцеловал в отчего-то очень горячие и сухие губы. У неё начинался жар.

- Полежишь одна? – спросил я.

- А ты куда? – испугалась Катя.

- Хочу обойти кругом, нам нужно понять где мы и как добраться до людей.

- Это не опасно? – я понял, что она думала не о себе, а обо мне.

- Думаю, что нет.

- Тогда иди… от тебя сейчас зависит всё.

Я легонько сжал ее кисть и встал. Девушка устало закрыла глаза. Возможно, она захотела вздремнуть, так как сил потеряла не счесть сколько. Я действительно считал, что опасность миновала. Прошло уже около получаса после того, как мы укрылись в гроте. Никакой погони слышно не было. Скорее всего её, как таковой и не было. Возможно, преследователи бросились было за нами, но поняв тщетность своих усилий, просто дали автоматной очередью нам вслед, рассчитывая задеть убегающих пулями, что собственно и произошло с Катей.

Солнце уже клонилось к вечеру. Посмотрев на часы, я удивился, что было уже почти шесть часов. Так незаметно пролетел целый день. Наверное, от того, что он был очень насыщенным, - с грустью подумал я. Спустившись в ложбинку, я попытался запечатлеть в памяти обстановку, на тот случай если не сразу найду это место. Оставлять грубые подсказки было совсем не разумно, всё-таки мы скрывались от погони и не исключался такой вариант. Поэтому оставлять наводки означало сдать себя с потрохами.

Первым делом я определился со сторонами света. Солнце садилось, конечно, на западе, поэтому я двинулся на север. Впереди показался подъем в очередную гору. Я прислушался и мне показалось, что где-то на западе шумит горная речка. Вода нам не помешает, - подумал я и повернул налево.

Так и оказалось, примерно в пяти минутах ходьбы, обозначился сначала плавный, а потом очень даже крутой спуск и вскоре я встал на берегу горного ручья. Он был еще мал и поэтому перейти его не стоило особого труда. Большие камни преграждали ему путь, и он не поглощал их, как делают уже взрослые горные реки, а просто огибал их с разных сторон. По этим камням я перебрался на другой берег и вскарабкался на пригорок. Здесь, на возвышенности предо мной во всей красе предстал одинокий дольмен. Конечно, это были все те же каменные плиты, круглый вход в конуру и крыша, надежная и непромокаемая, то, что и нужно было нам в тот момент. Вот куда нам следует перебраться, - подумал я, заглядывая внутрь дольмена. Он и вправду очень хорошо сохранился. Ни одной щелки внутри помещения не было. Осмотрев мегалит ещё и снаружи, я остался доволен, своей находкой. Возможно, недалеко есть и поселение какое-нибудь, поскольку я заметил, что дольмены всегда находились вблизи жилища людей. Однако, помня о Кате, я не стал идти дальше, а только отметил для себя, что мы недалеко от чистой питьевой воды, которая, скоро нам обязательно пригодится и надежного домика, в котором будет ночью теплее чем в дыре скалы, продуваемой и просматриваемой.

Я спустился с пригорка, перепрыгнул через ручей и вернулся точно туда откуда свернул налево. Заросший мхом пень служил мне ориентиром. На свое малое путешествие я затратил около двадцати – тридцати минут. Мне следовало возвращаться, там в гроте меня ждала раненная девушка.

- Что ты так долго? – спросила Катя полушепотом.

- Нашел место, куда нам следует переехать, надежный домик, - ответил я. – И он совсем рядом.

- Давай останемся здесь. Если честно мне что-то не очень хорошо, морозит и идти никуда не хочется, - слабо и устало сказала раненная.

- Не беспокойся, я тебя перенесу.

- Не надо, я тяжелая…

- Ты?! Да, ты пушинка!

Я присел рядом с ней. Она горела. Жар и слабость говорили об опасности ее ранения. Конечно, нужно было срочно доставить ее в больницу, но, как и куда?! Я совершенно не знал где мы находимся. Идти ночью, не зная куда, было еще опаснее.

- Давай я тебя возьму на руки…, - я просунул руки под ее горящее тело и, согнувшись, так как мешал потолок грота, вынес ее. Девушка обхватила меня руками и застонала, когда я сделал рывок кверху выпрямляясь на просторе. – Больно?

- Немного…, давай я сама пойду…

- Не беспокойся, я отнесу, не такой я ещё и старый!

- Ты… совсем не старый… сильный…

- Конечно…

Я понес девушку по недавно пройденному пути. Признаюсь, мне приходилось часто останавливаться и отдыхать, девушка не была пушинкой, хотя и сказать, что она была тяжелой тоже нельзя. Просто я устал от погони, с утра у меня не было маковой росинки во рту, да и нервы были на пределе. Дойдя до ручья, я усадил Катю на большой камень и предложил ей помыть рану. Она отказалась, так как испугалась трогать мою повязку, которая скорее всего присохла, кровь уже не так сильно текла из раны. Тогда я просто умыл её лицо, помыл её руки, испачканные запекшейся кровью и стал поить из своих ладоней. Катя пила много и жадно, видимо жажда её очень сильно мучила, но она терпела и мне не говорила, жалея меня и не надеясь, что рядом может оказаться источник такой вкусной и чистой питьевой воды. Я тоже напился и одновременно внимательно оглядывался, пытаясь придумать в чем носить девушке воду, когда она начнет бредить, а судя по ее состоянию бреда оставалось недолго ждать.

Так ничего подходящего не найдя, я тоже напился от души и подхватив Катю стал карабкаться к дольмену. С горем пополам мы преодолели последнее препятствие и остановились возле круглой дыры.

- Давай, я пока посужу тебя рядом, а сам подготовлю комнату, - сказал я, опустив мое сокровище на землю и аккуратно прислонил к стене дольмена.

- Да, ничего, я сама… - пробормотала Катя и я, не поняв, о чем она говорит, забеспокоился, не начала ли она бредить.

- Сиди, я быстро.

Я действительно стремительно стал собирать сухие листья и охапками носить их внутрь каменного домика. За несколько минут я собрал столько, что нам могло хватить матраца и одеяла на двоих. Кое-как протиснув Катя сквозь круглый вход и пробравшись туда сам, я уложил раненую, взбил подушку и укрыл её одеялом из сухих листьев.