Елена Веснина - Превратности судьбы

Но тут раздался голос брата:

— Костя, ты дома? Зайди ко мне.

Катя и Костя замерли от неожиданности.

— Тихо. Он не должен знать, что ты здесь, — прошептал Костя. Но Катя вздорно пожала плечами и громко ответила:

— Это я, Леша. Я здесь.

— Катя? — удивленно отозвался Леша.

— Да. Я сейчас к тебе зайду, — крикнула Катя и, вырвавшись от преградившего ей дорогу Кости, направилась в Лешину комнату.

Буравины вконец разругались. Муж раздосадованно кричал:

— У меня куча проблем на работе, голова делами забита!

— Я прекрасно знаю, чем на самом деле твоя голова забита. Вот уже больше двадцати лет, — наседала Таисия.

— Таисия, лучше не начинай эту песню с начала, — нервно ответил муж.

— А если твой друг и партнер узнает о твоем романе с его женой? Не боишься? — язвительно вскрикнула Таисия.

— Я ничего не боюсь. Потому что никакого романа с Полиной у меня нет. Прекрати выдумывать! — гремел Буравин.

Таисия испытующе посмотрела на мужа:

— Витя, я все знаю о вас с Полиной, — вкрадчиво начала она.

— А я знаю твою привычку себя накручивать. Из-за нее ты видишь то, чего нет! — отмахнулся Буравин.

— Ничего себе! — возмутилась Таисия. — Да ты всю жизнь любишь свою Полину, и не пытайся это скрывать.

— А я никогда этого не скрывал. И ты прекрасно знала, на что идешь, когда настаивала, чтобы я на тебе женился! — резко сказал Буравин. — Двадцать лет ты на это закрывала глаза. Почему сейчас стала возмущаться?

— Я не хо-чу, — по слогам произнесла Таисия, — чтобы это продолжалось.

— Таисия, у тебя есть муж, дочь, дом, положение в городе. Ты получила все, чего хотела, — пытался утихомирить жену Виктор.

— Нет! Ты даже представить себе не можешь, как тяжело жить с мужчиной, который любит другую. Я так больше не могу! — не желала останавливаться Таисия.

Буравин устало кивнул, подумал и пристально посмотрел на нее.

— Похоже, тебя действительно это больше не устраивает. Раз так, давай кардинально менять нашу жизнь, — наконец вымолвил он.

Таисия изумленно смотрела на мужа, и в ее глазах постепенно нарастал страх.

— Какие кардинальные изменения, Витя? Я ничего такого не хочу, — неожиданно жалким голосом сказала она.

— А чего ты добиваешься этими разговорами? — недоуменно отозвался муж.

— Я хочу, чтобы ты меня услышал. Чтобы понял, что я чувствую и переживаю, — жалобно говорила жена. — Да, я терпела твой роман больше двадцати лет. Но самое ангельское терпение когда-нибудь заканчивается! Я больше не могу жить с этим грузом. Я тоже человек. Пожалей меня.

— Таисия, чего ты хочешь? Я не понимаю.

— Совсем немного: хоть какого-то внимания, участия, — начала Таисия.

На ее ожидающий взгляд Буравин ответил тяжелым вздохом:

— Давай не будем ссориться, Таисия. Ты же сама знаешь, что эти разговоры — в пользу бедных. Пусть все идет, как идет. Пойми ты меня.

— А кто меня будет понимать, Витя? — с горечью смотрела на мужа Таисия. — Кому мне излить душу? Кому рассказать, что от меня все уходят? Катя выросла и отдаляется, у нее своя жизнь. Ты тоже: вроде бы со мной и в то же время не со мной… Конечно, я знала, что ты любишь другую, но надеялась, что у нас все наладится, стерпится-слюбится, ты оценишь мое отношение к тебе и полюбишь.

— Опять все сначала… — Но Буравин не успел закончить мысль, так как у него зазвонил телефон.

— Слушаю, — буркнул Виктор в трубку.

— День добрый, — услышал Буравин голос Сан Саныча. — Хочу сразу сообщить, что я надумал.

— Сан Саныч, ты меня пугаешь, — озадаченно протянул Буравин.

— Приходится. Все, Витя. Пора мне завязывать, плавать больше не буду.

— Сан Саныч, погоди, не горячись! — заволновался Буравин.

— Я не горячусь. А ты не трать время, не уговаривай меня, лучше ищи замену быстрее.

— Ты где? — спросил Виктор.

— На корабле. В последний раз на палубу поднялся. И уже собираюсь уходить, — ответил Сан Саныч.

— Подожди, я сейчас подойду, поговорим! — попросил Буравин и, кивнув Таисии, ушел.

Оставшись одна, Таисия горько зарыдала, оплакивая свою долю.

Яков беспокойно метался по квартире в ожидании жены. Когда Ирина наконец появилась, Яков кинулся к ней:

— Ира, что за слухи до меня дошли? На корабле нашли контейнер, а наших бриллиантов в нем нет?

— В этом городе ничего ни от кого не скроешь, — развела руками Ирина.

— Контейнер был пуст? — допытывался Яков.

— Нет. Следователь нашел там горстку гальки, — язвительно поправила его жена.

— Но куда делись бриллианты? — растерянно спросил Яков.

Ирина испытующе посмотрела на него.

— А ты не знаешь?

— Откуда мне знать? — пожал плечами Яков. — Ты была в порту, когда все это произошло.

— Ты вполне мог быть там раньше меня, — предположила Ирина.

— Ира, ты на что намекаешь? — поднял на нее недоуменный взгляд Яков.

— Я не намекаю, я в лоб говорю: ты мог добраться до бриллиантов раньше всех. Ты с самого начала положил в контейнер гальку. И теперь лучше расскажи, куда ты дел бриллианты! — решительно потребовала Ирина.

Яков потрясенно смотрел на нее:

— Ира, что ты говоришь? Ты обвиняешь меня в воровстве?

— Я хорошо тебя знаю. Ты жадный до безумия, — отрезала Ирина.

— Да, я жадный, — согласился Яков. — Но я не крал эти бриллианты!

— Ты их присвоил! Это — мои камни! Я их с таким трудом добывала у черта на куличках! — в ярости кричала жена.

— Ира… — попытался объясниться Яков. Но жена его не слушала:

— Я свободой рисковала, жизнью, а ты пришел на все готовенькое и теперь кинул меня!

— Нет у меня этих чертовых камней! — крикнул Яков.

— Ты их уже передал своим подельникам! Говори, кому? — потребовала Ирина.

— Клянусь, я их не брал! Я сам не понимаю, куда они делись, я был уверен, что они на корабле. — Яков преданно посмотрел на жену. — Мамой клянусь, Ира, не брал.

Немного подумав, Ирина сдалась:

— Ладно, я вижу, что это не ты, — уже спокойнее сказала она.

Яков с облегчением обнял жену, но она мягко отстранилась.

— Но кто это сделал? — недоумевала она. — И что нам теперь делать?

И семейная пара принялась анализировать ситуацию.

Полина нерешительно пошла к Машиному дому. Волнуясь, она позвонила в дверь. Открыла ей баба Зина.

— Здравствуйте, Зинаида Степановна, — начала Полина, все еще не в силах преодолеть неловкость.

— День добрый, Полина… — Зинаида замолчала в надежде, что гостья сама подскажет отчество.

Полина окончательно смутилась:

— Просто Полина.

Зинаида кивнула, внимательно глядя на нее.