Жена поневоле - Вера Добрая

спокойно вынесла поездку и без последствий для здоровья вернулась обратно в квартиру Надежды.

Было больно видеть родителей такими. После того, как их выселил Валиев, они, так быстро привыкшие к хорошей жизни, с горя начали пить, и когда их навестила Лана, уже превратились в обычных алкашей, готовых душу отдать дьяволу за бутылку. Марины дома не было, и мать в пьяном угаре выдала, что та бросила несчастных родителей в нищете и ускакала в Москву с каким-то престарелым любовником, который довольно быстро наигрался и бросил ее. Девушке ничего не оставалось, как пойти на работу в бордель, потому что обслуживать мужиков было единственным занятием, где Марина чувствовала себя профи…

Лана стояла на остановке и печально смотрела на мелькающий поток машин. Надежд на то, что ее примут на работу, практически не было. Отсутствие должного образования, да и наличие беременности заставляли работодателей принимать отрицательное решение, поэтому Лана уже не испытывала волнения перед собеседованием. Но ей нужно было что-то делать, потому что сидя дома в четырех стенах она начинала сходить с ума. Слезы лились по щекам без остановки, и сердце рвалось на куски от боли и тоски. Да, она скучала по Саше. Ночью обнимала подушку и кусая кулак тихо плакала, чтобы не разбудить Надю, но даже знай она, где сейчас Александр, она бы не посмела к нему пойти. Не хотела больше унижаться и видеть в его глазах ненависть. Просто в глубине души ей хотелось, чтобы он просто знал, что она его простила. И измену, и те унижения, через которые ей пришлось пройти, но нужно ли ему ее прощение? Этого она, к сожалению, не могла знать.

Света практически вошла в автобус, когда кто-то схватил ее за руку и дёрнул обратно. Девушка вскрикнула от неожиданности и с трудом удержала равновесие, чтобы не завалиться на спину. Лана испуганно обернулась и увидела незнакомую девушку в огромных черных очках и с платком на голове. Длинный темно зелёный плащ полностью скрывал фигуру незнакомки, а поставленный высокий воротник наполовину скрывал лицо.

– Что вам от меня нужно? – испуганно отшатнулась Лана, понимая, что на остановке она осталась одна, не считая этой странной девушки.

– Ланка… Это я! Яна! – тихо выдала девушка и, оглядевшись по сторонам, сняла очки.

Вообще Татушку было сложно узнать и без этой маскировки. Девушка сняла свои многочисленные сережки, смыла яркий макияж и выглядела очень мило. Даже татуировка в виде змеи, которая начиналась от затылка и заканчивалась над правой бровью куда-то исчезла, что заставило Лану усомниться в личности своей собеседницы.

– Яна? Та самая Яна? Которая Татушка? – настороженно поинтересовалась Лана и сделала на всякий случай пару шагов назад.

– Да-да, это я, Яна-Татушка. Ты что не узнаешь меня совсем?! – нервно ответила и, снова оглядевшись по сторонам, нацепила очки. – Давай уже уйдём куда-нибудь, пока эти кровососущие пиявки не вычислили меня .

– И где же твои тату? – усмехнулась Света, облегчено выдыхая, потому что голос точно принадлежал ее подруге.

– Смыла. Они ведь были временные. Я ж не совсем отбитая на голову, чтобы уродовать себя на всю жизнь, так заскок на неопределённый период. Лана, прошу, давай уйдём отсюда! Мне нужно поговорить с тобой.

Валиева кивнула в ответ, и девушки быстрым шагом направились в сторону квартиры Надежды. Женщина не обрадовалась гостье и подозрительно просканировала ее взглядом. После этой Натальи она во всех видела угрозу и поэтому не позволила подругам остаться наедине, сказав, что если Яна хочет о чем-то поговорить, то пусть говорит при ней, и Лана не стала спорить, потому что тоже не совсем понимала, что именно нужно Татушке.

– В общем, это ад! Я реально попала в чистилище, и каждый день подвергаюсь ужасным мукам, – слезно пролепетала Яна и отхлебнула кофе из чашки. – Вокруг постоянно трется охрана, которая и шагу ступить мне не дает. Этот Максимилиан Павлович контролирует каждое мое действие, благо хоть в постель со мной не ложится спать. Всем чего-то от меня нужно, а я понятия не имею, как распоряжаться таким богатством и тем более управлять непонятным для меня бизнесом. Адвокат, конечно, делает всю работу за меня, но я чувствую себя какой-то куклой, которую просто показывают народу, не забывая напомнить, что в башке у этой куклы пустота.

– Яна… – хотела поддержать подругу Лана, но девушка не дала ей этого сделать, потому что ей просто необходимо было выговориться.

– Ещё эти журналисты… У меня просто голова кругом. Я даже не могу по-настоящему насладиться тем, что теперь у меня есть деньги. Не могу сходить куда хочу, купить что нравится. Да блин я даже выглядеть не могу так как хочу. Этот Максимилиан просто невыносимо противный старикан, он нанял какую-то тетку, которая отвечает за мой внешний вид. Со мной делают такие процедуры, от которых кровь в жилах стынет. В салоне красоты бабы расслабляются? Чушь собачья, это просто пыточная! Но даже не это самое страшное, а то, что теперь моя жизнь постоянно находится в опасности. Я не привыкла к такому вниманию и понимаю, прекрасно вижу эти насмешливые завистливые взгляды. Боже, Лана, как ты так жила?!

– Ну, я не так жила. У меня был Александр и… – девушка запнулась, на самом деле осознавая то, что, несмотря на всю суровость, Валиев с первого дня оберегал ее от подобных ситуаций.

– Прости, я не хотела теребить старую рану, – виновато извинилась Яна.

– Ничего. Ты привыкнешь. Ты сильная, – с улыбкой сказала девушка и погладила подругу по руке.

– Малюсенький глоток свободы, и я уже как заново родилась!

– И все же зачем ты пришла? – не прекращая пытливо смотреть на Яну, спросила Надя.

– Вы очень подозрительны и суровы для обычной кухарки, Надежда. Прям генерал в юбке, – усмехнулась Татушка, но ни один мускул на лице женщины не дрогнул, ожидая ответа. – Ладно. Я подумала и решила, что это вся кутерьма не для меня. Возможно, меня сочтут идиоткой, но я была намного счастливее, когда в моих карманах гулял ветер. Знаешь, Лана, я ведь до сих пор чувствую себя виноватой за то, что с тобой случилось. В общем, я решила, что будет правильнее, если ты получишь большую часть моего наследства.

– Что?! – вскрикнула Лана и подскочила на ноги.

– Подожди ты пугаться и отказываться. Мой дядюшка вынудил подписать те бумаги, а мне чужого не надо, – тоже поднялась со стула Яна.

– Так отдай все обратно Валиеву, я то тут при чем?! – не собиралась уступать Лана, начиная задыхаться от накатывающей паники.

Конечно, после рождения