Запретные навсегда - М. Джеймс

меня, чтобы попробовать еще больше, толкая его, как маленький член, пока я не начинаю стонать от желания. Затем он, наконец, засасывает мой клитор в рот, заставляя меня переваливаться через край в оргазме, которого я отчаянно жду. Я прижимаюсь к его рту, терзаясь о него, пока езжу верхом по его лицу, жестко кончая на его язык.

— Пожалуйста, — всхлипываю я, дрожа и насквозь пропитываясь возбуждением, мое тело покалывает каждую частичку меня. — Мне нужен твой член, Макс, пожалуйста… Мне нужно, чтобы ты был внутри меня…

— Пока нет, — бормочет он, а затем снова прижимается ко мне ртом, обводя языком мой сверхчувствительный клитор, проникая пальцами внутрь меня, пока он доводит меня до второго сильного оргазма вслед за первым.

Когда я дрожу и постанываю со второго раза, сжимаясь вокруг его пальцев и скручивая простыни в своих руках, он, наконец, возвышается надо мной, его член такой твердый, что он плотно прижат к его животу.

— Мы собираемся заниматься этим всю ночь, — бормочет он, его рука запутывается в моих волосах, его губы касаются моих, его толстый член прижимается ко мне, когда он просовывает внутрь только кончик. Я мгновенно сжимаюсь, сжимаюсь вокруг него, когда он стонет, откидываю голову назад, его бедра дергаются и еще на дюйм погружаются в меня. — Мы можем поспать в самолете. Ты нужна мне столько раз, сколько я смогу, Саша. Мне нужно, чтобы Ты…

— Ты мне тоже нужен. — Я протягиваю руку, запускаю пальцы в его волосы, притягиваю его рот к своему и обхватываю ногами его бедра. — На этот раз я хочу пожестче, Макс. Позже мы можем двигаться медленно. Я хочу почувствовать, как ты жестко трахаешь меня.

Он стонет мне в рот, все его тело содрогается, когда его бедра выдвигаются вперед, толкая его член в меня. В одно мгновение я полностью заполняюсь, растягиваюсь вокруг толстого, горящего члена, когда он начинает вонзаться.

Это все, что мне было нужно, и даже больше. Мои ногти впиваются в его кожу головы, зубы впиваются в его нижнюю губу, когда я беру его член снова и снова, жестко, быстро и отчаянно, постанывая в нашем поцелуе, когда Макс врезается в меня. Я чувствую, как напрягаюсь, сотрясаюсь в спазмах, как нарастает новый оргазм, когда он с каждым толчком втирается в мой клитор. Я выгибаюсь под ним, мои бедра поднимаются навстречу каждому его движению, и он громко стонет от удовольствия.

— Я хочу, чтобы ты так наполнилась моей спермой, что почувствовала бы ее вкус, — рычит он, снова сильно врезаясь в меня, вдавливая меня обратно в подушки, когда мои руки опускаются на его плечи, удерживая ногтями, вонзающимися в его плоть. — Я хочу, чтобы ты кончила на меня, пока я наполняю тебя…

Я чувствую, как он напрягается, чувствую, как его член пульсирует внутри меня, когда он содрогается, изо всех сил пытаясь сдержаться, и это все, что требуется.

Моя голова откидывается назад, мои ногти впиваются в его плечи, когда я сжимаюсь в судорогах вокруг его члена, оргазм напрягает каждый мускул в моем теле, и я чувствую, как горячая волна его спермы наполняет меня, его тело содрогается над моим. Его лицо зарывается в мою шею, его зубы задевают мое плечо, когда он проникает глубже, сильнее, каждый дюйм нашей кожи соприкасается, и мы жестко кончаем одновременно.

Макс стонет, его руки скользят вниз по моей талии, когда он хватает меня за бедра. Я издаю писк удивления, когда он внезапно перекатывается на спину, увлекая меня за собой, так что я оказываюсь верхом на нем, его наполовину твердый член все еще внутри меня.

— Поцелуй меня, — шепчет он, запуская руку в мои волосы и притягивая мой рот к своему. — Целуй меня, пока у меня не встанет, чтобы я мог снова заниматься с тобой любовью. Я хочу оставаться внутри тебя всю гребаную ночь, Саша.

— Это то, чего я тоже хочу. — Я наклоняюсь, кладу руки ему на грудь и прикасаюсь губами к его губам, отчасти удовлетворяя свою настойчивость. Я чувствую, как он дергается внутри меня, одна его рука все еще на моем бедре, и когда я углубляю поцелуй, я чувствую, как его пальцы скользят между моих бедер, дразня мой клитор.

Я мгновенно напрягаюсь, и он стонет.

— Боже, ничто не ощущается так чертовски хорошо, как это. Сделай это еще раз, пожалуйста.

— Продолжай вот так тереть мой клитор, и я сделаю это, — шепчу я ему в рот, а затем его язык переплетается с моим, его пальцы двигаются по моему набухшему клитору, и меня снова захлестывает волна удовольствия.

— Раньше я мечтал об этом, — бормочет Макс, когда я чувствую, как он напрягается внутри меня, снова становится твердым, когда я начинаю двигать бедрами. — Ты на мне, твои груди прижаты к моей груди, целуешь меня вот так. Раньше я кончал во сне, мечтая о тебе. Я так чертовски сильно хотел тебя, Саша. Всегда.

— Ты единственный, кого я когда-либо хотела. — Я выгибаю спину, прижимаясь к нему бедрами, вбирая его в себя так глубоко, как только могу. — Боже, с тобой так хорошо. Я никогда не знала, что это может быть так приятно…

Я снова целую его, глубоко и медленно, наслаждаясь ощущением его внутри себя. Его пальцы снова дразнят мой клитор, кружат и потирают, и я чувствую, что снова на грани оргазма, мои бедра двигаются быстрее.

— Я так близко… — шепчу я ему в губы, чувствуя, как приятное напряжение проходит сквозь меня.

Смутно я слышу стон Макса, когда я кончаю на него, сплетая ноги вместе, мой рот прикован к его рту, и я чувствую, что он тоже снова кончает, его руки сжимают мою задницу, когда он крепко прижимает меня к своему члену. Я все еще чувствую, как он пульсирует внутри меня, когда он перекатывает нас на бок, прижимая меня к своей груди, пока моя нога скользит между его ног, удерживая нас вместе.

— Что бы ни случилось, я больше не оставлю тебя, — шепчу я ему в губы, мои пальцы скользят вниз по его груди. — Мы остаемся вместе.

Макс кивает, прижимаясь своим лбом к моему.

— Вместе, — эхом повторяет он, а затем снова целует меня, и я забываю обо всем, кроме нас и того, что часы уходят.

* * *

Когда на следующий день мы собираемся уезжать и встречаемся во внутреннем дворике, Наталья почти в слезах. За то короткое время, что я ее знаю, я никогда раньше не видела ее так близкой к слезам. Ее самообладание казалось безупречным, даже перед лицом перестрелки на территории ее отца, но теперь я вижу, что ее губы плотно сжаты,