Слабо не влюбиться? (СИ) - Татьяна Юрьевна Никандрова

— Вась, привет, — голос Феда, как всегда, бодрый. — Как ты?

— Доброе утро, нормально, — хриплю я, с трудом отдирая лицо от подушки. — Который час?

— Двенадцать доходит. А ты спишь до сих пор? — в его интонациях я улавливаю удивление.

Ну еще бы! Сам-то Осипов — настоящий жаворонок. Мало того, что встает ни свет ни заря, так еще и зарядку по утрам делает. Порой я вообще сомневаюсь, что он человек. Слишком уж у него все идеально, слишком правильно.

— Да, сплю, — шумно выдохнув, снова валюсь на подушку и, чтобы хоть как-то оправдать себя, добавляю. — Выходной все же.

— Как вчера погуляли? Поздно вернулась?

Вернулась-то я не поздно, но вот уснуть не могла до глубокой ночи. Все думала о Соколове и его словах. Прям голову сломала, честно! Ворочалась с боку на бок и протяжно вздыхала. Оттого, видать, и дрыхну сегодня до обеда.

— Нет, не очень, — отвечаю я, потирая веки. — Девяти не было.

— Ясно. А на сегодня какие планы?

— Да никаких особо, — широко зеваю и потягиваюсь. — А что?

— Хотел встретиться, — сообщает Осипов. — Может, погуляем? Или в кино сходим?

Кошусь за окно и недовольно хмурюсь: погода нынче нелетная. Дымчатые кусочки неба еле проглядывают через занавесь тяжелых грозовых туч. Рыжие макушки деревьев мотаются туда-сюда под натиском бушующего ветра. Уверена, с минуты на минуту ливанет дождь. И тогда на улице точно будет нечего делать.

— Знаешь, Федь, гулять что-то совсем не хочется, — кутаясь в одеяло, признаюсь я. — Может, ты ко мне в гости придешь? Я шарлотку могу испечь. Ну или…

— Я с удовольствием! — с небывалом энтузиазмом отзывается он. — Во сколько мне быть?

Ого, вот это рвение… Это его идея с шарлоткой так воодушевила?

— Эм… Через часок приходи, — пожимаю плечами. — Сможешь?

— Конечно, Вась, — по голосу слышу, что улыбается. — До встречи.

Кладу трубку и крепко задумываюсь. Сегодня, в свете дня, события вчерашнего вечера кажутся какими-то фантастическими, почти нереальными… Подумать только! Мы с Соколовым целовались! И не просто целовались, а творили настоящий беспредел! От одних лишь воспоминаний стыдно… Прокручиваю их в голове и краснею. Прямо чувствую, как удушливый жар к щекам приливает!

В смущенном жесте подношу руку к губам и провожу по ним пальцами. С трудом верится, что меньше суток назад здесь хозяйничал язык Артёма. Я прекрасно помню, как он ласкал мои губы. Облизывал, посасывал, покусывал…

Жалею ли я о том, что не позволила ему зайти дальше? Да, немного. Наверняка ночь с Соколовым была бы совершенно незабываемой. С ним бы я, несомненно, распробовала всю прелесть плотской любви.

Мой первый раз с Демидом был смазанным и каким-то невнятным. Если честно, я тогда вообще почти ничего не почувствовала. Короткий приступ боли, непонятная возня, и бац — конец.

Поймите правильно, я ни в чем не виню Лапина. Мне кажется, он все делал правильно, а вот я… Я, мягко говоря, была не готова. Мне первый секс виделся чем-то вроде прыжка с трамплина: страшно, но надо сделать во что бы то ни стало. А зачем надо? Вряд ли я тогда смогла бы внятно объяснить.

Помнится, после выпускного Демид не раз мне звонил. Звал встретиться, писал неравнодушные сообщения. Но у меня тогда как отрезало. Не хотелось с ним общаться — и точка. Наверное, это было не очень вежливо. Да и вообще не по-человечески. Но я хоть убей не видела нашего с Лапиным будущего.

Возможно, потому, что из-за необдуманной связи с ним я тогда потеряла Соколова.

Но сейчас ворошить прошлое бессмысленно. Что было, то прошло. Да и вчера, если пораскинуть мозгами, я все сделала правильно. Да, лишила себя краткосрочного удовольствия, но зато сохранила сердце целым. А в долгосрочной перспективе это куда важнее.

Вылезаю из постели и семеню в ванную. Впереди стандартный ритуал — умыться, почистить зубы, расчесать волосы. На все выходные я в квартире за главную. Родителей не будет аж до понедельника — уехали в Тюмень на крестины племянницы. Ну и заодно решили навестить всех тамошних родственников. Меня тоже порывались с собой взять, но я отказалась — никак не могла пропустить встречу с Соколовым.

Привожу себя в порядок и направлюсь на кухню. Заглатываю нехитрый завтрак в виде хлопьев с молоком и принимаюсь за шарлотку. Включаю духовку на разогрев, нарезаю яблоки, мешу тесто. Настроение, как ни странно, довольно приподнятое. По крайне мере, разбитой и не выспавшейся я себя больше не чувствую.

Час пролетает незаметно, и я даже вздрагиваю от неожиданности, когда негромкий бубнеж телевизора нарушается звонком в домофон. Запустив Феда в подъезд, подбегаю к зеркалу и наспех прихорашиваюсь. Распускаю собранные в хвостик волосы и пару раз провожу гигиенической помадой по губам. Выгляжу просто и по-домашнему, но для обеденных посиделок вполне сойдет.

— Ой, это мне? — взвизгиваю я, распахнув дверь.

Фед стоит на пороге. И не один, а в компании премиленького букета сиреневых пионов.

— Да, тебе, — подтверждает парень с улыбкой. — Держи.

Принимаю из его рук цветы и довольно пританцовываю. Все-таки получать знаки внимания чертовски приятно.

— Спасибо большое! Проходи, — вдыхаю приятный аромат. — А какой повод?

— Разве обязательно нужен повод? — наблюдая за мной, Осипов медленно стягивает куртку.

Резонный вопрос.

— В общем-то нет, — игриво повожу плечами. — Почему бы не порадовать девушку просто так, верно?

— Не просто так, а за красивые глаза, — подыгрывает парень.

Уношусь на кухню, чтобы поставить пионы в вазу с водой, а, когда возвращаюсь, Фед уже вовсю изучает мою квартиру, озираясь по сторонам.

— У тебя очень уютно, — говорит он, заходя в зал.

— Спасибо, пару лет назад родители сделали ремонт. Теперь здесь и правда классно.

Я люблю свой дом. Здесь прошли лучшие годы моей жизни. И пускай печальных моментов за это время было тоже немало, я упорно верю, что родные стены впитали исключительно хорошее.

Провожу для Феда небольшую экскурсию, а затем увлекаю его на кухню, где уже стынет ароматная шарлотка. Тесто поднялось, как надо. Остается надеяться, что на вкус мой кулинарный экспромт ничуть не хуже, чем на вид.

— М-м-м… Как аппетитно пахнет.

Пока я разрезаю румяный десерт на кусочки, Фед подходит сзади почти вплотную и, нагнувшись, упирается подбородком мне в плечо.

— Я старалась, — посмеиваюсь. — Молись, чтобы я не переборщила с сахаром. А то в какой-то момент моя рука дрогнула, и я сыпанула в тесто чуть больше положенного.

— Не думаю, что это критично, — успокаивает парень, поглаживая меня по талии.

Мы с ним часто вот так обнимаемся, поэтому я не придаю его прикосновениям какого-то особого значения.

— Посмотрим, —