Манящая любовь (ЛП) - Эллиотт Келли

Я улыбнулся.

— Я женюсь.

Чем ближе мы подъезжали к дому наших родителей, тем больше у меня в животе все переворачивалось.

Если бы кто-нибудь сказал мне год назад, что я женюсь, я бы арестовал эту задницу и оставил в тюрьме на ночь. Но сейчас? Теперь мне не терпелось сделать Корин своей женой. Чтобы каждую ночь держать ее в своих объятиях и просыпаться рядом с ней. Мысль о том, что она носит моего ребенка, заставила понять, что это было единственное, чего я хотел. Жизнь с Корин и нашим ребенком.

Трипп подъехал и припарковался позади грузовика Стида. Он заглушил двигатель и посмотрел на меня.

— Ты готов это сделать?

С широкой улыбкой я ответил:

— Никогда еще не был так готов.

ГЛАВА 35

Корин

Стоя перед зеркалом, я смотрела на себя в свадебном платье, которое когда-то принадлежало маме Митчелла, Мелани.

— О боже, ты выглядишь сногсшибательно, — восхищенно произнесла Вайелин, застегивая последнюю пуговицу.

— Зачем она вообще хотела избавиться от этого платья? — спросила я.

Амелия вздохнула.

— Вот почему я сохранила его. Оно слишком красиво, чтобы отдавать.

Мои глаза встретились с глазами Вайелин.

— Ты уверена, что не хочешь сама его надеть?

Печаль промелькнула на ее лице, но быстро сменилась улыбкой.

— Если я когда-нибудь снова выйду замуж, я хочу чертовски сексуальное платье, которое заставит моего будущего мужа захотеть... ты знаешь скинуть... его штаны.

Мы посмотрели на Хлою. Она пыталась приладить бантик в персиковый пушок Гейджа. Бедняжка. Она отчаянно хотела маленькую сестренку.

Я снова повернулась к своему отражению в зеркале.

Это происходило. Я выхожу замуж. И, боже, я действительно выглядела так, как надо. Амелия приподняла мои волосы у корней и распустила их, чтобы обрамить мое лицо. Она чуть не обожгла мне щеку, пытаясь завить мои волосы.

Платье было потрясающим — серебряное кружево поверх тюля цвета слоновой кости. А-силуэт, обтягивающий лиф и юбка из тюля. Платье было легким как воздух и струилось с каждым моим движением. Вырез в виде сердечка был покрыт кружевами и вышивкой бисером — моя грудь выглядела потрясающе. Кружевные бретельки придавали всему платью органичный вид.

Почему Мелани хотела отдать это платье?

— Не могу поверить, как здорово тебе оно подошло, — сказала Вайелин, ставя передо мной пару белых балетных туфель.

— Оно сидит на мне как перчатка, — тихо выдохнула я.

— Слава богу! И мои туфли тоже. Думаю, что это будет идеально!

Я приподняла подол платья и надела туфли. Пакстон подошла ко мне и внимательно осмотрела, а затем воткнула мне в волосы веточки гипсофилы.

— Вот, это именно то, что нужно для последнего штриха. Хлоя, что ты думаешь? — спросила Пакстон у дочери.

Подняв взгляд, Хлоя встала. Она глубоко вздохнула и прикрыла рот рукой.

— Ну как? — спросила я, кружась и расправляя платье.

Опустив руку, Хлоя наморщила нос:

— О, твое платье не белое!

Я посмотрела вниз и рассмеялась.

— Да, не совсем белое.

— Это называется грязно-белое, — добавила Хлоя.

— Хлоя Паркер! — грозно произнесла Пакстон, уперев руки в бока.

Маленькое личико Хлои вытянулось, и она уставилась вниз.

— Я все равно думаю, что ты похожа на принцессу.

Я улыбнулась, а Пакстон покачала головой.

— Мне очень жаль, Корин. Это потрясающее платье. Она не понимает.

Отмахнувшись, я подошла к Хлое и присела. Платье раздулось вокруг меня, и глаза Хлои загорелись.

Она провела пальцем по бретелькам.

— Так красиво!

— Оно красивое, и должно быть такого цвета. Тебе не обязательно одевать белое. Некоторые невесты носят розовое!

Хлоя ахнула.

— Розовый! Я надену розовое, когда выйду замуж.

— Мама идет! — воскликнула Амелия. — Пакстон, уводи Корин в спальню!

Я взял Хлою за руку, и мы быстро скрылись в спальне. Она хихикала так, словно это была самая смешная вещь на свете — прятать нас от Мелани.

— Гейдж! — воскликнула Пакстон.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я его держу, — сказала Вайелин, вытаскивая Гейджа из переноски.

Пакстон встала у двери и чуть ее приоткрыла, чтобы мы могли подслушать разговор.

Когда дверь в спальню открылась, я приложила палец к губам, показывая Хлое, чтобы она замолчала.

— Девочки, вы знали, что Линкольн и Патч привязаны снаружи, и у них на шеях ленты и маленькие Смурфики? Не говоря уже о том, что Патч ест из корзины цветочные лепестки.

Амелия откашлялась, и я догадалась, что она так указывала на спальню, чтобы предупредить маму, что Хлоя там.

Хлоя прошептала:

— О нет!

— Все в порядке, Хлоя, у меня есть еще! — сказала Пакстон, подмигнув.

— Хлоя приготовила коз к свадьбе, но я не стала расспрашивать Корда, почему он привязывает еще и Смурфиков, — сказала Вайелин.

Мелани вздохнула.

— О, хорошо. Хорошо. Я вижу, они готовы к церемонии.

Амелия улыбнулась. — Да, действительно.

— Корин в спальне с Пакстон и Хлоей?

— Мам, почему бы тебе не присесть?

— Ерунда, мне не нужно садиться. Вайелин, дай мне подержать Гейджа.

— Эм-м, нет, ты не можешь.

Я прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться. Представила лицо Мелани, когда Вайелин сказала ей «нет».

— Что значит «не могу»? Я хочу подержать своего внука.

— Ну, я его уже держу. Перестань быть жадиной, мама!

— Я не жадина! Он мой внук, Вайелин.

— Ну, и мой племянник, так что...

— Послушай, мам, у нас вроде как есть для тебя сюрприз, и ты не сможешь удержать Гейджа в руках, когда увидишь его. Ты можешь уронить его.

— Уронить? Амелия, да будет тебе известно, что я вырастила семерых детей и ни разу не уронила ни одного из вас!

— Никогда? Ты уверена? Потому что иногда мне приходится подвергать сомнению психическое состояние Корда, — сказала Вайелин.

— Да, я уверена! С другой стороны, может быть, я роняла тебя? Что происходит?

Амелия крикнула: «Выходите все немедленно!»

Хлоя распахнула дверь и выбежала наружу.

— Бабушка! У нас твое грязное платье!

Я закрыла глаза и постаралась не рассмеяться.

Пакстон застонала.

— Господи, вот уж эта девочка... и Стид хочет еще одну!

— Мое грязное платье? — повторила Мелани.

Я вышла вслед за Пакстон из комнаты. Мелани стояла ко мне спиной, Хлоя скакала перед ней и держала за руки.

— Мам... — шепнула Пакстон.

Мелани повернулась и открыла рот, чтобы что-то сказать, но увидела меня в своем свадебном платье. Слезы наполнили ее глаза, пока ее взгляд блуждал вверх и вниз по платью.

— Как? Где ты?.. О боже! Ты выглядишь такой... красивой!

— Мама, не плачь! Корин сейчас тоже расплачется, и мне снова придется делать ей макияж! — взмолилась Амелия, крепко обнимая мать.

Мелани поднесла руки ко рту и уставилась на меня.

Вайелин стояла рядом со своей матерью.

— Амелия сохранила твое платье и собиралась что-нибудь из него сшить.

— Но, когда в последнюю секунду Митчелл и Корин решили пожениться, я поняла, что она должна надеть твое свадебное платье.

Слезы потекли по лицу Мелани, и она повернулась, чтобы опуститься на диван. Пакстон села рядом с ней.

— Пожалуйста, не плачь, Мелани, — попросила я едва слышным шепотом.

Она вытерла слезы и посмотрела на меня.

— Ты прекрасно выглядишь. Платье смотрится так, как будто оно предназначалось для тебя!

Я попыталась рассмеяться, но вместо этого вырвалось рыдание.

— Стоп! Не вытирай! — воскликнула Амелия.

Я аккуратно вытерла уголки глаз.

— Ты не возражаешь, что я его одела?

Мелани подошла ко мне и взяла мои руки в свои.

— Не возражаешь?! Для меня это большая честь. И когда Митчелл увидит тебя в этом платье, я надеюсь, он поступит так же, как когда-то его отец!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что сделал папа? — спросила Вайелин, возвращая Гейджа Пакстон.