Джанет Чапмен - Последний романтик

— Ей нужен спасательный жилет, — сказала Рейчел, глядя, как Микаэла схватила камень и побежала к кромке воды.

Ки, Дункан и Люк обернулись к ней в замешательстве.

— Зачем? — спросил Люк.

— Зачем? — повторила Рейчел. — Это же океан. И в нем волны. Ее может унести в воду.

— Она не пробудет там долго, — поежился Дункан. — Сегодня чертовски холодно.

— С ней Микки, — прибавил Люк. — Он надежнее спасательного жилета. Если она упадет в воду, он ее вытащит.

— Но ей же всего пять лет! — воскликнула Рейчел, поворачиваясь в сторону пляжа. Если они не собираются следить за Микаэлой, то этим займется она.

Ки догнал ее на краю лужайки. Он сел на бревно рядом с жирафом, которого посадила туда его дочь, притянул Рейчел за рукав и обнял ее за плечи.

— Она выросла на океане, — объяснил он, — и чувствует себя на берегу так же безопасно, как в твоем доме.

Рейчел смотрела, как малышка бегала по широкой прибрежной полосе. Рядом с ней несся Микки, громко лая всякий раз, когда она останавливалась, чтобы подобрать камень.

— Ей нужно побегать, — продолжал Ки, улыбаясь дочке. — Ее больше недели держали на «Шесть и одна».

— А на шхуне она носит спасательный жилет?

Он обнял ее, как бы успокаивая.

— Это необычный жилет, потому что обычный чересчур громоздкий, чтобы находиться в нем целый день. Она носит свитер, который обхватывает ее шею и спускается до талии, где его крепко стягивают. В нем есть датчик и коробка противогаза, так что, если Микаэла упадет за борт, она откроется и наполнится воздухом.

— О, я видела такие, — сказала Рейчел, прижимаясь к нему. — Их носят некоторые рыбаки.

Он поцеловал ее в макушку:

— Но спасибо за то, что ты о ней так беспокоишься. Как ты сегодня?

— Я… отлично.

— Мне жаль Мэри Олдер. Но еще больше я встревожен. Ее ведь убили, ты знаешь.

Он обернулся к ней и взял ее лицо в ладони, заставив посмотреть ему в глаза.

— И поэтому я предлагаю тебе сделать выбор. Либо ты обещаешь мне остаться в стороне от этой истории, либо вы с Микаэлой отправитесь в плавание на борту «Шесть и одна», пока все это не закончится.

Его предложение застало Рейчел врасплох, и она постаралась высвободиться, но он держал ее крепко.

— Это не обсуждается, Рейчел. Ты обещаешь мне прекратить задавать вопросы, иначе окажешься в море прежде, чем успеешь позвать на помощь Ларри.

Его пальцы гладили нежную кожу ее щек.

— У тебя есть пять минут на размышление. И знаешь что, Рейчел?

— Ч…что?

— Для нас обоих доверие больше не фикция, а факт. Я доверяю тебе в том, что ты сдержишь слово, а ты доверишься мне в том, что я сохраню твой секрет в тайне.

Она доверяла ему. Она всем доверяла. Она просто не доверяла обстоятельствам.

— Право же, я не понимаю, что происходит, — начала она. — Но мой отец оставил мне письмо. — Она не упомянула о комнате в своем доме, потому что они с Уиллоу договорились сначала выяснить, что в ней находится.

Она рассказала ему о потайной комнате в Саб-Роуз, чтобы он мог быть настороже. И рассказала ему о Рауле Вегасе — о своих подозрениях, что он вернулся, чтобы постараться найти сокровище Тэда, и что это он мог убить Мэри. Она даже поведала ему о роли ее отца в проектировании кораблей, перевозящих контрабанду, и о том, что их было три, и два из них уже сожжены.

— Ты не знаешь название третьего корабля? — спросил он.

Она покачала головой:

— Я думаю, что папа пытался сказать мне их названия, когда его застрелили. Он назвал «Норвежскую ночь» и «Морскую танцовщицу», но потом очень ослабел. Его последними словами, обращенными ко мне, были: «Искать ее». Я не поняла, о чем он говорил, пока Уэнделл не принес мне письмо.

— «Ищите ее» — это то, что сказала Мэри перед смертью, — прошептал он больше про себя, чем обращаясь к Рейчел, глядя вдаль с непроницаемым лицом.

Он отвел от нее взгляд и нежно поцеловал в лоб.

— Спасибо, — сказал он мягко. — Теперь многое обретает смысл. Я понимаю, почему ты старалась потихоньку выбраться из этого дерьма. Все могло обернуться скандалом, который разрушил бы будущую карьеру Уиллоу.

— Извини, что я втянула тебя в поиски краденых вещей, — сказала она. — Но я не знала, что делать.

Он улыбнулся:

— Я бы, наверное, сделал то же самое. Если бы ты могла просто пробраться в Саб-Роуз и положить на место изумруды и другие предметы, все бы было в порядке.

— Я тоже так думала. Но потом стали гореть корабли, а это означало, что мы все равно могли бы пострадать, если бы нашлись чертежи с папиным именем.

— Ты не нашла их в папках Марка?

— Нет, но Марк сказал, что Мэри посещала верфи на прошлой неделе, и я думаю, что это она их взяла.

Ки снова замолчал, наблюдая за Микаэлой и Микки, прежде чем опять повернуться к Рейчел.

— Ты действительно не знаешь, где в Саб-Роуз находится потайная комната в Саб-Роуз?

Она покачала головой:

— Я просмотрела все чертежи, включая те, что находятся здесь. Папа построил его летом, когда я с мамой и Уиллоу ездила в Париж. Она может быть где угодно.

— Что тебе нужно, чтобы найти ее?

Этот вопрос удивил ее.

— Мне нужно провести какое-то время в Саб-Роуз, сверяя размеры комнат с чертежами и выверяя все туннели.

Он отрицательно покачал головой:

— Об этом не может быть и речи, по крайней мере сейчас. — Он взял ее за подбородок, проникновенно глядя ей в лицо своими глубокими, темными, небесно-голубого цвета глазами. — Ты обещаешь, что позволишь мне заняться всеми делами?

— Тебе не кажется, что мы должны сообщить в полицию? — спросила Рейчел. — По поводу Мэри?

Он покачал головой:

— Еще нет. Дай мне выяснить, что происходит, чтобы я смог отвести подозрение от вас с Уиллоу, прежде чем мы позовем полицейских.

Рейчел кивнула.

— О'кей. Обещаю.

От его улыбки у нее потеплело на душе. Он посадил ее себе на колени и обнял так крепко, что она пискнула. Микаэла подбежала к ним, уперлась руками в бока и уставилась на них.

— В чем дело? — спросил Ки.

— Рейчел теперь твоя подружка? А что случилось с Джоан?

— Джоан решила, что Европа интереснее, чем я, — ответил Ки. — Да, теперь моя подружка Рейчел.

Рейчел перестала дышать.

— Так что мне надо быть с ней любезной и не спугнуть ее? — осведомилась Микаэла со свирепым выражением лица.

К Рейчел наконец вернулись дыхание и голос.

— Меня не так-то легко спугнуть, — сказала она девочке, протягивая руку и хватая ее за край рубашки. — Я росла вместе с Уиллоу и думаю, что смогу выдержать все, что ты изобретешь.

Микаэла прищурилась.

— Мне нравится Уиллоу, — сказала она, приняв решительную позу. — Она хорошо читает, строит гримасы и умеет говорить на разные голоса.