Кейси Майклз - Не могу отвести глаза

— Что вы говорите! — отозвался Куинн. — Я тоже там живу, как и мисс Смит. Какое совпадение!

— Да, действительно. — Шелби улыбнулась так ослепительно, что у нее заболели щеки, когда она отошла от столика.

Шелби могла не разгадать ложь Куинна, когда он притворялся, что не знаком с ее дядей, но она всю жизнь прожила с дядей Альфредом. Джим не говорил ему, где она находится. Он не расспрашивал Джима, и не собственные умозаключения привели его в Восточный Вапанекен, когда Сомертон выгнал дядюшку, заставив добывать себе пропитание.

О нет! Дядя Альфред знал, где Шелби, потому что ему сказал об этом Куинн Делейни. Сказал ему, Сомертону, Джереми. Сказал Паркеру? И по тому, как сверкали глаза Куинна, Шелби поняла, что он так же рад видеть в Восточном Вапанекене дядю Альфреда, как был бы рад найти в своей кровати крысу.

— Совпадение, — пробормотала себе под нос Шелби, возвращаясь на свой пост. — Не так ли?

Глава 30

Бренда сидела в кафе-мороженое, обхватив ногами табурет, и слизывала взбитые сливки с длинной ложечки с таким очевидным наслаждением, что парнишка за стойкой наткнулся прямо на открытую дверцу холодильника.

— Знаешь что, Шелли? — не ведая о смелых мечтах подростка, начала она. — Получается так, что без карточки участников не узнать, кто играет. И кстати, если на этой неделе я посмотрю еще хоть один фильм, чтобы ты не врала Куинну — а ты это делаешь постоянно, и я не так уж не права, указывая на это, — пожалуй, попрошу о какой-нибудь скидке. Ну а теперь, расскажи мне все еще раз, ладно? Ты говоришь, что Ал твой дядя? Милая моя, может, ты объелась поп-корна?

После нескольких часов размышлений, пока Шелби притворялась, что смотрит фильм, закончившийся слишком хорошо для ее настроения, она оценила юмор последних событий. Отчасти.

— Я не шучу, Бренда. Ал — мой дядя Альфред.

— Парень, который как следует повеселился перед тем, как остепениться, верно? Тот, кто подал тебе идею, что жутко здорово какое-то время пожить нормальной жизнью среди простых людей? Тот, кто немного… э… выпивает? Это тот дядя Альфред?

— Он самый. И теперь я понимаю, почему он это делает. То есть пьет. Хотя всего две мои встречи с бутылкой закончились не слишком удачно. Бренда, как мне после всего этого жить так, как дядя Альфред? Как остепениться? Тем более что, по твоим словам, пить я не умею. Бедный дядя Альфред! Надеюсь, ему весело. С Табби. Они собираются в какой-то любимый клуб Табби. Представляю! Боже! — Шелби вздохнула, опершись локтями о стойку бара и вертя длинной ложечкой в горячем сладком соусе, от которого стремительно таяло ее мороженое.

Помолчав, Бренда проговорила:

— Он меня ущипнул. Сегодня вечером, когда мы с Га-ром уходили от Тони. Честное слово, Шел, он ущипнул меня. Прямо за… ну, ты знаешь за что, верно? Он сказал, что Бренда его самое любимое имя. Теперь я догадываюсь почему. Какой приятный старик.

Шелби посмотрела на подругу.

— В этом весь дядя Альфред, В детстве я часто наблюдала, как он шествует по комнате во время приема. Элегантно одетые дамы тихо ойкали, когда он проходил мимо них, притворяясь невинным, как новорожденный ягненок. По-моему, это дядина версия «волны», которую устроили на стадионе болельщики, когда мы смотрели игру «Филадельфийцев», — сказала она и зашлась от смеха, видя, как краска залила лицо Бренды и почти скрыла густую россыпь веснушек.

Бренда улыбнулась и покачала головой:

— Как я рада, что ты хоть над чем-то наконец посмеялась, Шелли, пусть даже надо мной. Но если бы меня ущипнул кто-то другой, я бы развернулась и как следует ему врезала. Однако в твоем дяде Альфреде есть… что-то такое игривое и забавное, что его щипки воспринимаются как комплимент.

— В этом секрет успеха дяди Альфреда, — кивнула Шелби. — Он истинный джентльмен, но в нем сидит озорной бесенок, заставляющий окружающих смеяться вместе с ним.

— Всех, кроме твоего брата, по крайней мере сейчас, — заметила Бренда, переходя ко второму уровню своего пломбира. Именно так она его и ела: сначала шерри, затем взбитые сливки и только потом карамельный сироп и мороженое. — Ты веришь, что он выгнал его?

Шелби отодвинула недоеденное мороженое.

— Да, думаю, выгнал, как ни странно. Куинн не изумился при виде его, возможно, потому, что уже встречался с ним сегодня. Плюс тот факт, что этот человек, не моргнув глазом, врет как сивый мерин. То есть я не уверена, знал ли Куинн, что дядя Альфред приехал в Восточный Вапанекен, но не сомневаюсь: он не удивился. Так что нас двое или четверо, если считать тех двух огромных, могучих мужчин, которые окопались у Тони до самого закрытия.

— Костоломы. — Бренда кивнула с видом знатока. — Они побьют его?

— Едва ли. Во всяком случае, не сейчас. Судя по тому, что я помню о другом знаменитом эпизоде из жизни дяди Альфреда, они не причинят ему никакого вреда, если только он не попытается сбежать. Бегство в Восточный Вапанекен, открытое появление на людях, даже разговор с ними совсем не похожи на желание скрыться, правда? По-моему, они до сих пор в шоке, ибо не понимают, что он затеял. Кроме того, через несколько недель дядя Альфред получит свое ежеквартальное содержание. Он всегда платит долги, хотя и не всегда вовремя.

— Но вернемся к Куинну. Он во всем признался Гарри.

— Что?! — Глаза у Шелби расширились, и она выпрямилась так стремительно, что чуть не упала с табурета. — Он ему сказал? О Боже, значит, это правда. Это все правда.

Бренда замахала руками:

— Тише-тише. Ты же говорила, что уже знала. Знала, что его наняли найти тебя, возможно, велели следить за тобой, пока ты не придешь в себя и не вернешься домой. Так?

Шелби потерла лоб, пытаясь удержать подступающие слезы.

— Нет, Бренда, — с несчастным видом призналась она. — Я так думала. Это казалось логичным, я убедилась в этом, соединив Куинна с «Д. энд С. «, и наконец вспомнила его по благотворительному балу. Но только я не хотела в это верить. Где-то в глубине души я в это не верила. Боже, какой же я была дурой, какой непроходимой дурой!

Бренда посмотрела на тающее мороженое Шелби, вздохнула и попыталась хоть немного приободрить подругу:

— Мне всегда хотелось, чтобы у меня пропадал аппетит, когда я расстроена. Вместо этого я сметаю все подряд, даже то, что не люблю. — Она съела еще мороженого, давая Шелби время взять себя в руки. — Значит, так, Куинн приехал сюда следить за тобой. Ты была его работой, просто и ясно. Затем он познакомился, поговорил с тобой, узнал тебя поближе. И переспал с тобой. Ты не можешь назвать это частью его работы, Шелли, потому что этому я не поверю. Я видела, как Куинн смотрит на тебя. Он смотрит на тебя, как я на свое мороженое, — с вожделением.