Девочка из прошлого - Тала Тоцка

Да, я уже знаю, что никакой он не Хорхе, а Константин. Один из лучших траблшуттеров в мире.

Хотя, как на меня, самый дорогой далеко не всегда самый лучший. И недовольный взгляд, которым он меня одаривает, лучшее тому подтверждение.

Впрочем, он на всех так смотрит.

— Послушали бы меня, и такого не было, — не собираюсь никого щадить.

— Я сам виноват, — буркает Аверин, — надо было не доставать его из тюрьмы. Сидел бы там по сей день, зато всем было бы спокойнее.

Феликс молчит, но он тоже в шоке из-за Демида, который вступил в открытое противостояние с Моретти.

— Просто ебаный пиздец, — выдает через время Аверин, барабаня пальцами по столу. Вскакивает и начинает ходить по кабинету.

— Арина, вам стоит перебраться ко мне, — наконец нарушает молчание Феликс, — внутренняя междоусобица это реально пиздец. Никогда не знаешь, кто чью сторону примет.

Мне не очень хочется жить с Катей у Феликса, но, наверное, придется. Маму я бы вообще отпустила домой, в резиденции Ди Стефано достаточно нянек.

Она конечно рвется помогать, но у отчима в последнее время начались проблемы со здоровьем, и ей лучше побыть с ним.

Из-за Демида, которому, по выражению того же Аверина, вожжа попала под хвост, мы вынуждены были вернуться на Сицилию, потому что оставаться на Бали становилось опасно.

— А все потому что этому пиздюку захотелось потыкать палкой в змеиный клубок, — не успокаивается Аверин.

— Интересно, чего вы ждали, когда стравливали их с Моретти? — не могу удержаться, чтобы не съязвить.

— Кто ж знал, что он выйдет на тропу войны? — кривится Аверин — Соколиное перо, блядь....

Я не знаю, что у них произошло с Моретти, но Демид его фактически закопал, представив доказательства сотрудничества Сальваторе с полицией.

— Ты права, Ари, мы знали, с кем связывались, — наконец заговаривает Феликс. — Только видишь, в чем проблема, участие Демида нам не требовалось. Он должен был купить остров, изобразив из себя бизнесмена, которого интересует только доход. И всё. И отойти в сторону. Их бы накрыли всех, у нас готов план. Но Ольшанский стравил моих капо между собой. Начинается грызня. Одни требуют смерти Моретти, другие уверены, что Демид его подставил. И я должен принять чью-то сторону.

Мы не знаем, где скрывается Моретти, он исчез как раз перед тем, как Демид обнародовал доказательства. Лишнее подтверждение тому, что все за всеми следят....

— Ладно, я уехал, — поднимается Аверин, — будут новости, звони.

— А ты не знаешь, с чего Демид так озверел? — спрашиваю приятеля. — Я его не спрашивала, сомневаюсь, что он скажет правду.

— Сальваторе попытался ему угрожать, — нехотя отвечает Феликс, — и у твоего Ольшанского сорвало кукуху.

— Вы с Авериным так это преподносите, будто Демид не в себе, — решаю за него заступиться. — А он всего лишь действует привычными вам методами.

— Потому что мне теперь приходится выбирать между ним и моими капо. Понимаешь? Демид чужак, он не из наших. Я не должен позволять чужакам лезть в наши дела. Теперь я обязан посчитаться с Ольшанским, а потом найти и наказать Моретти.

— Ну прости. Я не знала, — пожимаю плечами. На самом деле я ни капли не раскаиваюсь. — Ты не знаешь, где он?

— В самолете. Летит из Индонезии, уже скоро должен быть здесь. Я общался с его начбезом. Ари, — Феликс встает из-за стола и становится передо мной, — я считаю, ты должна ему все рассказать. Забирайте дочку, залягте на дно. Меня Демид не слушает, он реально как с цепи сорвался. Но ради тебя, ради ребенка он согласится оставить в покое Моретти. Я не собирался становится настоящим доном, а благодаря Демиду теперь приходится его не только изображать. Ас головой окунаться во все это дерьмо.

— Ты что, боишься, Фел? — доходит до меня с потрясением.

— Да, боюсь, — кивает он — чувствовать, как прирастает к коже маска, которую ты надел, чтобы ввести всех в заблуждение, ощущения не из приятных. Иногда мне кажется, я начинаю думать как они, мыслить как они. Реагировать. Вот чего я боюсь, Ари. Что стану таким как был он.

Сын Винченцо боится стать похожим на своего отца. Кого-то мне это напоминает....

Смотрю на часы, Катя уже должна проснуться. Я приехала к Феликсу, пока мама укладывала малышку на дневной сон. Набираю маму сказать, что я уже еду домой.

— Ариночка, доченька, — радостный мамин голос звучит бодро, но отчего-то в душе зреет смутная тревога, — не волнуйся, мы уже садимся в машину. Правда, тебе следовало позвонить и предупредить, я бы хоть что-то собрала. Мы же вещи с тобой разложили...

— В какую машину? — мгновенно холодею. Душа проваливается в бездну, вмиг сковывающую ледяным ужасом. — Мама! Мама, где ты? Мама????

Экран светится новым вызовом. Принимаю звонок в глупой надежде, что это барахлила связь, и мама мне перезванивает.

Глупой, потому что номер, с которого звонят, скрыт.

Феликс жестом показывает включить громкую связь.

— Здравствуй, Ари, — этот голос сложно с кем-то спутать.

— Слушаю, Сальваторе, — стараюсь унять бьющую изнутри лихорадочную дрожь.

— Твой ебарь не отвечает, он не на связи. Значит, сама ему передашь. Пусть официально признает, что все его доказательства сфальсифицированы, тогда я верну ему дочь. Что молчишь? Или думала, я не узнаю? Торопись, Ари, я недолго буду ждать. А если сдашь меня Феликсу, можешь прощаться с дочкой. Всего хорошего, Ари.

Опускаю руку с зажатым в ней телефоном.

— Отследили звонок? — звучит за спиной голос Феликса. — Блядь....

Поворачиваюсь к нему.

— Отследить не удалось, — Феликс сжимает кулаки, — он же знает, как обмануть систему.

— Я сама поеду к нему, Феликс.

— Даже не думай, — качает он головой, — мы его поймаем и вернем девочку. Твою маму оглушили и оставили в доме, туда уже едут.

— Кто её увез, Феликс?

Он называет имена, и я со стоном закрываю лицо руками. Это парни, которые охраняли нас последние полгода.

— Она не могла им не поверить, — в ужасе шепчу, осознавая, что только что произошло.

— Ничего нет хуже, когда свои против своих, — негромко ругается Феликс. Поднимаю голову, и он предостерегающе качает головой. — Нет, Ари. И