Беременна в расплату (СИ) - Шарм Кира

Он плавно выходит из меня, снова аккуратно вонзаясь. Уже сильнее.

Заставляя меня комкать простыни и метаться головой по подушке в невероятном экстазе.

— Моя, — шепчет, набирая скорость.

Опускат пальцы на клитор, обжигая меня новым наслаждением.

Сейчас все до боли чувствительное. От одного приосновения я способна утратить разум!

— Твоя, — шепчу в ответ, изгибаясь навстречу новым толчкам.

— Хочу. Тебя. Видеть, — хрипло шепчет, обхватывая мой подбородок.

Его лицо будто пронзает судорога.

Я знаю.

Он хочет больше. Хочет сильнее. Но даже сейчас сдерживается, стараясь не навредить и не дать себе волю!

— Твоя. Твоя навсегда!

Выдыхаю в его губы расбухшими от его поцелуев губами.

И новые судороги, неимоверной силы, сотрясают всю меня, когда его сперма фонтаном ударяет прямо в матку.

Бадрид откидывается рядом со мной на подушки.

Переворачивает меня на бок, лицом к себе.

Скользит губами, крепко прижимаясь к моему животу.

И это. Вот это. Самое сладкое наслаждение, которое я когда-либо чувствовала!

— Люблю тебя, — шепчет в мой живот, а внутри меня разливается сладкая нега.

— И ты можешь гордиться своей матерью. Она даже меня за тебя готова была убить!

* * *

* * *

48 глава 48

Вся сжимаюсь от этого неприятного воспоминания.

Но Бадрид прижимает меня к себе крепче.

Его неуемные руки уже перемещаются обратно мне на грудь.

Поглаживают соски. Растирают их. Заставляя меня застонать и крепко сжать ноги.

А внутри снова разливается безумный. Самый ностоящий пожар!

Особенно, когда чувствую его ненасытный огромный орган, который рвано дернувшись, упирается мне в ягодицы!

— Чего дергаешься, ммммм?

Он властно прикусывает мне шею у самого основания.

— Это комплимент. Даже нет. Восхищение.

Запрокидываю голову, чувствуя, что не в силах выдавить из себя и слова.

Его каменная горячая грудь заставляет кровь просто воспламеняться и кипеть!

— Моя маленькая. Сильная. Сводящая с ума! Моя единственная! Единственная такая!

Бадрид резко переворачивает меня на спину.

Нависает сверху, раскачиваясь на мощных руках с обеих сторон от моей головы.

Я в плену. В самом настоящем капкане!

И как же хочется, чтобы ни единой щелочки из этого капкана не нашлось!

— Моя. Моя Мари!

Шепчет, лихорадочно сверкая глазами.

Спускается жадными поцелуями по моему лицу.

Лоб. Глаза. Ресницы. Щеки.

Прикусывает подбородок и плавно, до одури нежно, спускается вниз. По шее. Заставляя меня задыхаться.

— Не бойся, — хрипло шепчет.

— Хочу. Хочу тебя до одури! До умопомрачения! Но не сейчас! Хотя… Ты мне должна, Мари! Должна за каждый гребаный час! За каждую долбанную ночь, когда мы не были вместе! Когда я не был в тебе! И придет день. Когда я возьму! Спрошу с тебя этот долг сполна!

В его глазах сверкают такие молнии, что пальца на ногах сжимаются до боли!

Даже не сомневаюсь. Спросит! Этот долг мне придется отрабатывать по полной!

Скольжу рукой к его члену.

Обхватываю пальцами набухшую головку. Просто осторожно, нежно веду по ней подушечками пальцев.

— Не сейчас, Мари, — Бадрид с громким рычанием откидывается на бок, снова притягивая меня к себе обеими руками.

— Не сейчас! Я хочу тебя полностью. Глубоко. Жадно. Без всяких тормозов! Не членом хочу! Всем нутром! Так, что кровь закипает! И этот день придет!

Мурашки разносятся по всей коже.

Понимаю. Ему до боли тяжело сдерживаться. А ведь сейчас он меня бережет!

— Может, пока нам лучше ночевать в разных спальнях?

Шепчу и улыбаюсь в его руку, тут же зажимающую мне рот.

— Молчи, женщина! Таких вольностей я тебе не давал! Посмей запереться от меня хоть раз, и я разнесу все стены между нами! Ты можешь просить у меня буквально все! Но не такое!

Оххххх… Как же сладко!

Прижимаюсь к его крепкой груди головой. Трусь об него. Как кошка.

Все боюсь, что это только сон! И что когда проснусь, окажется, что его нет рядом!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Арман пролез вперед меня, — глухо шепчет мне на ухо, выписывая на животе узоры пальцами.

— Закатил свадьбу раньше. Но! Наша свадьба станет самой пышной! Самой роскошной! Такой, что затмит все! Еще годами о ней будут говорить! Вот твое занятие на ближайшее время! Ты должна придумать. Чего ты хочешь. Без всяких ограничений, малыш. Все. Твои самые нескромные желания! Самые запредельные мечты! Мы сотрясем столицу!

— Нет, Бадрид, — шепчу, купаясь в его ласках.

— Я ведь уже говорила тебе. Не хочу. Не хочу публичности. Мне так хорошо, когда мы толкьо вдвоем!

— Ты боишься?

Его пальцы запутываются в моих волосах. Ласкают каждый локон, снова заставляя млеть от удовольствия.

— Мммммм, Мари! Боишься? Я сверну шею каждому, кто посмеет посмотреть на тебя не с восхищением!

— Нет, Бадрид. Не боюсь. Самое страшное я уже прошла! Когда…

Черт!

И снова комок забивается в горле, когда вспоминаю весь этот кошмар!

— Когда думала, что потеряла тебя. Это. Это самое страшное! А все остальное… Просто ерунда! Я только с тобой хочу быть. И самой красивой. Тоже. Хочу быть только для тебя.

— Ты самая, Мари. Самая красивая. Самая любимая. Потому что единственная! Других нет. Не было никогда. И не будет! Без косметики. С растрепанными волосами! И даже через пятдесят лет! Ты будешь единственной. И самой прекрасной женщиной для меня! Даже тогда я буду тобой ослеплен! Только тобой!

— Через пятдесят лет?

Улыбаюсь.

— А как ты думала? За это время ты только отдашь мне свой долг! Ну, а потом уже начнется семейная жизнь!

— Бадрид…

Ох, как не хочется!

Как же не хочется омрачать самые счастливые моменты, когда мы вместе!

Но…

Это необходимо сделать. И как можно скорее!

— Да, малыш, — он ловит мою руку.

Прижимает ее к губами, целуя каждый палец.

И я почти забываю. О чем хотела говорить!

— Ты сказал… Что я могу попросить все, что угодно?

— Проси, — укладывает мою ладонь себе на грудь.

Прямо туда, где так яростно колотится его сердце.

— разве я могу тебе в чем-то отказать?

— Я…

Черт! Эти слова даются мне нелегко! Но я не хочу, чтобы наше счастье было залито кровью!

— Я прошу тебя, Бадрид. Никого не убивай! Мы ведь… Все равно мы вместе и мы счастливы! Пусть это будет твоим свадебным подарком для меня, — шепчу, слыша его рычание сквозь зубы. Чувствуя, как до камня напряглась его грудь.

— Пожалуйста, Бадрид. Я не хочу, чтобы наше счастье было оплачено смертью и кровью! Не хочу….

Он откажет. Я знаю. Понимаю это по его дикому напряжению.

А на реснице уже сама собой дрожит слеза.

Да. Все эти люди сделали страшное. Чуть не разрушили наши жизни!

Но я не смогу. Просто не смогу радоваться каждому дню, думая о том, что Бадрид жестоко с ними расправился! Это омрачит все счастье!

— Ты думаешь, они не заслужили смерти?

Рычит.

— Заслужили, Бадрид. Но я прошу тебя быть щедрым. Проявить благородство. Сделать щедрый жест. Это будет самым роскошным и самым незабываемым подарком на свадьбу. Я не хочу думать, что наше счастье стоит смерти!

— Хорошо, Мари, — выдыхает сквозь сжатые зубы, стирая с моих ресниц слезы.

— Хорошо. Раз ты так хочешь. Будет по-твоему. Ни одна смерть не станет омрачать наш союз!

* * *

49 глава 49

* * *

Бадрид

— А что будет с моей семьей?

Мари лежит у меня на груди.

А я будто и не был только что в ней.

С каждый разом. С каждым прикосновением желание, дикое, до ломоты в суставах толкьо распаляется!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Внутри полыхает адское пламя.

Голоден.

Как же безумно, бешено, просто адски я голоден по ней!