Пешка для наследника (СИ) - Ковалевская Алиса

- Ты сильно любила его? - Марго видела, с какой лаской говорит подруга об умершем парне, и ей вдруг стало больно за Женю. За то, что все так получилось.

 - Да, конечно, - кивнула она. - Я любила Диму очень нежной любовью. Нам было хорошо рядом друг с другом. Мы проводили вместе почти каждый вечер. Мне было уютно с ним. Он был как парус, направляющий мой путь. Я знала, что Дима никогда меня не бросит, потому что очень любит… И ведь не бросил, Марго. Не бросил, несмотря на тот страшный день, который я так хочу стереть из памяти.

- Что ты имеешь в виду?

- Он всегда будет в моем сердце, - Женя прижала руку к груди и закрыла глаза, пряча подступающие слезы.

- А… Глеб?

Женя усмехнулась и посмотрела на Маргариту светящимся взглядом:

- Он – буря! Ураган, несущий меня в своей воронке, и я не знаю, куда меня занесет в следующую секунду. Я безумно его люблю! Мое сердце сгорает и возвращается к жизни, как Феникс. Спокойствие с этим человеком мне только снится, но я ни за что не променяю это потрясающее ощущение на покой. Мне иногда даже страшно становится от осознания того, как же сильна моя любовь к этому мужчине…

- Знаешь, Жень, - на лице Марго заиграла улыбка, - я очень рада за вас. Правда. Ты совершила невозможное – растопила лед в сердце моего брата. Он стал живым человеком со своими чувствами. Он перестал быть жестокой машиной для зарабатывания денег. И все это совершила ты… только одним своим появлением.

Женя ничего не ответила, просто опустила голову и вздохнула. Она не хотела знать, каким человеком был Глеб Оболонский до встречи с ней. Что он делал, какие поступки совершал, какие мысли бродили в его голове – все это уже не важно. Главное, что этот человек рядом с ней.

Марго вытащила из сумочки смартфон, желая посмотреть, сколько времени, однако тот предательски запищал, возвещая, что батарея разряжена. Марго нахмурилась и закусила губу – вечно она забывает поставить эту вещицу на зарядку.

- Эх, ладно! - Маргарита вдруг резко вскочила на ноги и принялась отряхиваться. - Хватит тут рассиживаться. Скоро концерт, а мы ещё на карусельках не покатались!

- Заметь, ТЫ не покаталась!

- Это неважно, - Марго схватила Женю за руку и повела в сторону от озера. Женя не сопротивлялась, прекрасно осознавая, что если Маргарите что-то взбрело в голову – то лучше безропотно сдаться ей на милость и следовать туда, куда она скажет.

- Марго, ты словно последний день живешь, столько всего хочешь успеть за один день! - только пробормотала она, усмехаясь.

В ответ Маргарита пожала плечами и выдала:

- Кто знает, Жень, кто знает. В нашей жизни нужно быть готовой ко всему…

* * *

Нет. Она не сможет это сделать.

Утром, едва разлепив веки, Виолетта внезапно осознала, что не совершит поступок, о котором будет сожалеть всю оставшуюся жизнь. И не просто сожалеть – чувствовать себя подлой и низкой тварью, разрушившей чужую жизнь.

Вита поднялась с кровати, медленно оделась и направилась вниз в полной уверенности, что даст отпор Даниилу. Но сперва нужно позвонить и все рассказать сестре, та обязательно что-нибудь придумает.

Вита вбежала в гостиную и, схватив телефон, трясущимися руками набрала номер сестры.

«Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети», - провещал звонкий голос в трубке.

- Черт! - воскликнула она и решила позвонить Жене, однако вспомнила, что номера её не знает.

«Леша! - вихрем пронеслось в её голове. - Нужно все рассказать ему!»

И выскочила в коридор.

Даниил поймал Виолетту у самого выхода, когда девушка попыталась выйти из дома.

- Куда это ты собралась так рано, сестричка? - грубо схватив Виту за локоть, прошипел он над самым её ухом.

- На концерт, - пролепетала она, нервно сглотнув.

- Да неужели?! А что же меня не подождала? - ядовито поинтересовался Даниил, дергая сестру на себя.

- Я… одна…

- А ты ничего не забыла? - его бесчувственные глаза заставили девушку похолодеть от ужаса. - Кажется, мы с тобой уже обо всем договорились?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Даня, умоляю – опомнись! - Вита в очередной раз попыталась достучаться до здравого сознания брата, хоть и понимала, что бесполезно. - Это же преступление! Тебя посадят!

- За что?! - парень состроил гримасу искреннего удивления. - Я ничего не делал и не собираюсь! - его глаза злорадно сверкнули, когда он тихо добавил: - Все сделаешь ТЫ!

- Нет! - в сердцах выкрикнула Виолетта, пытаясь вырваться из стальной хватки Даниила. - Я ничего не буду делать! Если хочешь – убей меня, но я не причиню вред Жене! Я не буду участвовать в твоих грязных играх! Я сейчас же позвоню в полицию и все расскажу!

- Ух ты! Какие мы смелые стали, - цокнул он языком. - Общество сестрички на тебя отрицательно влияет, дорогая Виолетта.

- Отпусти меня!

Даниил, проигнорировав просьбу, затащил девушку в библиотеку и захлопнул дверь, повернув ключ в замке. Лишь тогда разжал «объятия».

Почувствовав свободу, Виолетта отпрянула в сторону и взглядом загнанной лани посмотрела на брата, а тот, сложив руки на груди, победно улыбался:

- Так когда твои муж и дочка приезжают? Завтра, да?

Услышав это, Вита еле удержалась на ногах, схватившись за спинку кресла. Все внутри сжалось, сердце забилось с бешеной скоростью, ладони вспотели…

- От-ткуда ты… знаешь? - из последних сил выдавила она.

- Милая, у этого дома есть уши, - гадкая ухмылка парня стала последней каплей.

Виолетта, не помня себя от переполнявшей её душу ярости, с бешеными воплями накинулась на брата:

- Ты не посмеешь! Только попробуй и близко к ним подойти, я убью тебя! Клянусь! Я сделаю это! - девушка вцепилась в ворот его рубашки и безумным взглядом смотрела на него.

На мгновение Даниилу показалось, что перед ним стоит Марго, такой же злобный взгляд, ни капли страха, ни капли отчаяния. Только безумие.

«Такая и правда убить может», - довольно отметил про себя он и медленно отцепил пальцы Виты со словами:

- Не злись. Все равно не поможет.

Виолетта со звериным рыком вырвалась и со всей силы ударила Даниила по лицу.

На что последовал почти молниеносный ответ…

Удар был такой мощи, что у Виты перед глазами потемнело. Девушка отлетела в сторону и схватилась за лицо. Она почувствовала во рту солоноватый привкус крови и жгучую боль в области щеки. Не выдержав, она в голос разрыдалась. От былой уверенности не осталось ни следа – снова этот обреченный испуганный взгляд загнанного зверька, который так нравился Даниилу.

- Вот и прекрасно, - проговорил он, потирая ушибленную щеку. - Вижу по твоим глазам, что ты согласна, - он подошел к осевшей девушке и протянул маленький пузырек со светлой жидкостью. - Вот, держи.

- Что это?

- Снотворное.

- Зачем? Какая выгода тебе?

- Не задавай лишних вопросов, Вита. Твое дело – вылить это в стакан Жене, чтобы никто не заметил. И все.

- И ВСЕ?! - исступленно закричала Вита, поднимаясь на ноги. - Боже, что же ты за дьявол, Даниил… Как тебя земля носит?!

Парень скривил губы в зловещей ухмылке:

- Жизнь – игра, дорогая сестричка. И чтобы выжить, нужно быть сильнее всех остальных. Каждый играет по своим правилам в свою собственную игру, но главный приз все равно один на всех, и достанется он только одному.

- Тебе?!

- Угадала, - хмыкнул Даниил. - Наша семейная игра вышла на финишную прямую, и я первым разорву красную ленточку, возвещающую конец.

- Что бы ты ни задумал, у тебя ничего не выйдет, - прохрипела Виолетта, с ненавистью смотря на брата. - Ты ведь деньги хочешь, да?!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- И снова угадано. Но не будем разводить демагогию, Вита. Нам пора на концерт. И запомни – одно резкое движение, и ты останешься вдовой, одно слово – и потеряешь дочь. Теперь их жизнь в твоих руках. Усекла?

Виолетта молчала, с силой сцепив руки в замок.