Он (СИ) - Юдина Екатерина

* * *

Я все никак не могла понять — толи Мангейм такой волшебный город, толи мне просто везло. Я ведь правда привыкла к тому, что в жизни ничего не давалось просто так. Желанного следовало добиваться и, порой, достижение какой-то мелочи стоило огромных усилий, а в этом городе все было просто и легко. Конечно, как только я приехала в Мангейм, столкнулась с ожидаемыми трудностями, но теперь мне казалось, что в моей жизни наступила светлая полоса и она касалась всего за что бы я не бралась.

С работой все было превосходно, ведь таких заказов у меня еще никогда в жизни не было, и новая квартира очень радовала. Тут свежий ремонт и новая мебель, а так же кухонная техника и посуда, что казалось вовсе спасением. Теперь я спокойно могла готовить себе и делать чай, который я стала просто неистово любить.

Мне везло даже с доставкой еды. Поскольку я не рисковала носить тяжести, использовала услуги курьера, который привозил мне пакеты с тяжелыми продуктами и баклаги с очищенной водой. Сразу я пользовалась разными агентствами, но однажды одно из них предложило мне такую скидку, от которой я просто не могла отказаться и после этого пользовалась лишь их услугами. А они всегда привозили самые свежие продукты. Я сама таких бы в магазине не купила. Просто не нашла. Тем более, по таким низким ценам.

Мангейм действительно волшебный город и я уже хотела остаться тут навсегда, но иногда возникало такое ощущение, будто мне чего-то не хватало. Особенно сильно я ощущала это по вечерам.

Когда на улице темнело, я часто подходила к окну и смотрела на сплетение улиц и на тысячи огней города. Видела множество людей и зданий, понимая, что Мангейм такой огромный и людный, а весь мир вообще безграничный, но мне в нем было как-то тоскливо. Что ли одиноко.

В такие моменты я порывалась написать Тилю, но почему-то все же не делала этого. Сидела в пустой квартире, пила какао с молоком, которое совершенно не согревало и, пытаясь перебороть тоску, опять работала.

* * *

У меня начал увеличиваться животик и уже теперь он был заметен. Каждое утро после душа я смотрела на себя в зеркало  и прекрасно заметила это изменение. Затаив дыхание, положила ладони на живот и еле ощутимо погладила его.

В это утро я, наплевав на все, взяла деньги и купила тот детский костюмчик, после чего вернулась домой и долго рассматривала его. Лишь спустя время поняла, что зря потратила часть сбережений, ведь родить я должна была в конце лета, а костюмчик был очень теплым. Практически зимним. Да, этого я не учла.

Учитывая то, насколько бережно я относилась к деньгам, можно было считать, что это была моя самая глупая покупка в жизни. Ну и ладно. Пусть меня сгрызала совесть, ведь за эти деньги я неделю могла питаться, но я смотрела на этот костюмчик и чувствовала щемящую радость, ожидая появление моего ребенка. А это многого стоило.

Но все же решила, что больше не буду делать необдуманных покупок и, пытаясь понять, что мне сейчас требовалось, я пришла к выводу, что было бы неплохо немного обновить себе гардероб. Купить парочку теплых джинсов для беременных и хотя бы один свитер. А так же свободную куртку, которая не давила бы на живот, несмотря на его увеличение.

Заранее запланировав поход по магазинам, я в назначенный день обошла несколько мест, но ничего себе не присмотрела. Зато, зашла в булочную и взяла себе печенья с вишней. Конечно, это не то, что я хотела купить, но в этот день погода была особенно прохладной и, быстрым шагом направляясь домой, я уже предвкушала, как заварю себе чай и наемся печенья. Согреюсь и пополню силы.

Вот только, подходя к дому, в котором я снимала квартиру, замерла на месте. Руки дрогнули и я чуть не выпустила из пальцев пакет.

Сразу бросалось в глаза то, что на парковке находилось несколько дорогостоящих машин. Подобных я тут ранее не видела, но далеко не автомобили привлекли мое внимание. Рядом с домом, в котором я снимала квартиру, стоял Он — Райнер Ланге.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я не видела его несколько недель, но мне казалось, что с момента нашей последней встречи прошла целая вечность. Хотя, Ланге совершенно не изменился. Все такой же строгий и холодный. Мощный, подобно громоздкой скале и безупречный. Разве что, возможно, кожа немного побледнела, будто передавая оттенок сильной усталости, но, наверное, мне лишь казалось, ведь, сколько я знала Ланге, он всегда много работал и очень мало спал. Если вообще спал, в чем я действительно стала сомневаться. Но я никогда не видела в нем того, что могло бы передавать усталость или какие-нибудь другие чувства.

Я смотрела на Ланге и чувствовала, что сердце пропускало удар за ударом. Казалось, что за последние недели я успокоилась. Постепенно пришла в себя и за невидимый барьер убрала большую часть чувств, но сейчас они вновь всколыхнулись. Забурлили и волнами начали бить по моему сознанию, разрывая его на части. И я толком не знала, что ощущала. Улавливала лишь то, что сердце забилось учащенно и по венам потек гнев.

Лишь одна встреча с Ланге и мое спокойствие, которое я выстраивала неделями, было разрушено.

Сразу я думала развернуться и уйти. Это желание возникло по нескольким причинам. Во-первых, я не хотела видеть Ланге. Во-вторых, я не понимала как и, главное, зачем он меня нашел, но ясно осознавала, что от этого человека следовало держаться подальше.

Поэтому, я развернулась, но, стоило мне это сделать, как позади себя я увидела нескольких мужчин в костюмах — телохранители. Понятно. Значит, убегать не было смысла. Меня уже заметили.

Сжимая в ладони пакет с такой силой, что печенье превратилось в крошку, я пошла к Ланге. Стоило немного приблизиться к нему, как сразу холодный взгляд стальных глаз оказался на мне. Эмоции по-прежнему мне непонятны, но мужчина внимательно рассматривал меня. Будто сканировал.

— Что ты тут делаешь? — зло спросила. — Уезжай. Ты сказал мне убираться из твоего дома, так не смей после этого появляться рядом со мной.

— Сядь в машину, — ни одна черта его лица не дрогнула. Не выказала эмоций.

— Что? — я округлила глаза. — Нет, я не сяду в твою машину и с тобой никуда не поеду. Ты сам меня прогнал, — повторила с ощутимым гневом в голосе. — Оставь меня в покое.

Я смотрела на Ланге и думала, что сейчас мое сознание начнет гореть от злости. При этом, отдаленно осознавала, что, наверное, со стороны мы смотрелись странно. Красивый, самодостаточный и холодный мужчина в строгом пальто черного цвета и растрепанная девчонка в оранжевой дутой куртке.

— Зачем ты приехал? Чего ты хочешь от меня? — спросила, сильнее сжав в ладони пакет.

— Тест ДНК.

Я разомкнула губы, но сразу не нашла, что сказать. Мысли лихорадило и я не могла среди них подобрать фразы. Особенно, те, которые были бы без ругательств.

— Уже поздно. Я сделала аборт, — сказала, поджав губы. — Уезжай. Больше нас ничего не связывает.

— Не сделала, — жестко. Ланге опустил взгляд и посмотрел на мой живот, но его не было видно, поскольку куртка достаточно свободная.

— Сделала, — отрицательно качнула головой. — Мне ребенок от тебя не нужен.

Несколько секунд Ланге молчал. Посмотрел мне в глаза. Они у него все такие же холодные, но, казалось, еще более пустые.

— Два дня назад ты купила костюм для ребенка.

Эти слова ударили по мне и я невольно сделала шаг назад.

— Как? Откуда ты знаешь? — спросила, широко раскрыв глаза, но ответ на эти вопросы и так знала. Люди Ланге следили за мной. Пока что я не понимала, как давно меня нашли, но, судя по тому, что Ланге знал про детский костюмчик, за мной наблюдали минимум два дня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Сядь в машину, — повторил.

Пытаясь взять себя в руки, я качнула головой.

— Я не сяду в машину и с тобой никуда не поеду, — вновь сказала. — Ребенка больше нет. Я сделала аборт, но гормоны во мне все еще бушуют и поэтому я купила тот чертов костюмчик.

Я хотела до конца настаивать на том, что сделала аборт, но стило лишь раз взглянуть в глаза Ланге, как я поняла — он мне не верит.