CurvyPragmatist - Reset

— Что?

— Ничего, — ответила Руби, пожимая плечами.

— Нет, что-то определенно есть. Говори, Руби.

Руби повернулась к Эмме:

— Она… она казалась счастливой. Она улыбалась, здоровалась со всеми. Даже назвала меня по имени, а не пятнистой собачкой…

Эмма выглядела недовольной, и Бабушка быстро добавила:

— Это была, вероятно, случайность, ничего общего с Генри..

— На самом деле, — добавил Дэвид, — я видел ее такой же на днях.

— Дай мне угадать… Она делала кульбиты в парке? — спрашивала Эмма, — подожди, почему ты вообще с ней виделся?

Дэвид спустился с лестницы, заметно нервничая.

— Я… я вроде бы как пошел, чтобы поговорить с ней о Генри…

Эмма закрыла глаза, облокотившись на стойку.

— И почему я слышу об этом только сейчас?

— Это не было большим делом, — произнес Дэвид, — я просто… Генри просто говорил о том, что она там… ну и я решил поговорить с ней.

— И? — начала злиться Эмма

— Ей все равно, — грустно произнес Дэвид, — мне жаль, Эмма. Она сказала, что у нее нет больше ничего общего с Генри.

— Да есть же, — возражала Эмма, глядя на виноватое лицо отца.

— Мы это уже обсуждали, — ответил ей Дэвид.

Эмма закрыла глаза, считая до пяти, чтобы успокоиться.

— Насколько все плохо?

— Она отбросила меня через забор, — признался Дэвид.

— Отлично, — бормотала Эмма, — есть что-то еще, что мне следует знать?

Дэвид кивнул.

— Я исключил ее из совета..

— Что? — начала кричать Бабушка из-за стойки, — почему ты сделал это?

— Она отбросила меня через забор! — напомнил ей Дэвид.

— Так ты исключил создателя города? Человека, который знает все обо всем, из совета? — возмутилась Бабушка, — я недолюбливаю Реджину почти так же, как и все. Но надо признать, что мы нуждаемся в ее руководстве, особенно, когда дело доходит до вопросов ратуши.

Дэвид сорвал с себя рубашку, чтобы показать синяк.

— Это сделала она!

— О, перестань! — смеялась Бабушка, — она могла сжечь тебя или превратить в таракана.

Дэвид открыл рот, чтобы начать спорить, но тут же вступилась Эмма:

— Все, ребята, тайм-аут. Давайте оставим это на потом и продолжим заниматься вечеринкой.

Час спустя начали приходить гости, и Эмма поехала забирать Генри со школы. Но сначала она решила съездить к Реджине, чтобы убедиться, что та придёт на праздник. Когда девушка добралась до ее дома, то заметила, что машина отсутствует, но все же решила постучать. Стоя на крыльце, она услышала из-за спины: «Ее здесь нет».

Эмма повернулась и, увидев соседа Реджины, который стоял у себя в саду, приветливо улыбнулась ему.

— Вот как… Не в курсе, когда она вернется?

— Реджина не говорила, — пожимая плечами, ответил человек, — она ничего не говорила.

Эмма кивнула.

— Все равно, спасибо!

Она вернулась в машину и направилась к школе. Прошла уже неделя с тех пор, как Эмма подписала документы, а Генри был поглощен Операцией Кобра. Он стал более замкнутым и тихим. Мэри-Маргарет с Дэвидом пытались его всячески подбодрить, но из этого ничего не выходило. А Эмма считала, что Генри просто был еще слишком юн, чтобы разобраться в своих чувствах и эмоциях. Эмма не хотела взваливать на него все свои страхи и проблемы, так что она просто объясняла ему, что если ему нужна будет помощь или он захочет поговорить с кем-то, то она всегда будет рядом.

Генри сел в машину.

— Эй, — поприветствовал он тихо.

— Эй! — улыбнулась ему Эмма — хороший день рождения?

— Да, замечательный, — как-то грустно пытался пошутить Генри.

Эмма посмотрела на Генри, а затем на портфель.

— Ты пропустил школу.

— Откуда ты узнала?! — кажется, мальчик был потрясен.

— Ты не открывал свой рюкзак, так же ты оставил на кровати домашнее задание по английскому. Генри где ты был?

Генри разглядывал свои ботинки и что-то невнятно бормотал. Когда Эмма наклонила голову к нему поближе, она расслышала "Операция Кобра…"

— Ты следил за Реджиной? — вздыхая, спрашивала Эмма.

— Она ходила к Марко, — нахмурился Генри, — она никогда не разговаривала с Марко.

— Возможно она хочет… ну… поставить новую дверь, — Эмма пожала плечами, — ладно, я понятия не имею, почему она пошла к Марко. Ты из-за этого такой угрюмый?

Генри покачал головой, но все еще был слегка расстроенным.

Эмма вздохнула.

— Послушай, Генри. Я знаю, что ты все еще борешься с этим, но может тебе стоить подумать о том, чтобы поговорить с Арчи?

— Нет! — выкрикнул Генри, — нет, я не хочу разговаривать с ним снова!

Эмма взяла его за руки.

— Эй-эй, хорошо, ты не должен. Это было всего лишь предложение.

— Это то, что она сделала.

— Реджина? — подтверждала Эмма.

Генри кивнул.

— Она заставила думать меня, что я сумасшедший! Она пыталась свести меня с ума! Она лгала мне каждый раз, когда я спрашивал ее о чем-то, она лгала и лгала, лгала и лгала. Прежде, чем мне дали книгу… это было ужасно!

Эмма видела слезы на лице Генри и хотела обнять его, но боролась с собой, предоставляя ему пространство и возможность выговориться.

— Она сказала мне, что это все мое воображение, что я ошибаюсь. Она… она не позволяла мне выходить гулять, разговаривать с людьми. Она сказала мне, что я должен оставаться дома, потому что там безопасно! Но я все продолжал расспрашивать ее, и она отправила меня к доктору Хопперу, чтобы доказать мне, что я сумасшедший!

Генри дрожал, и Эмма все же обняла его, прижав к себе.

— Но я не ненавижу ее, — шепотом сказал Генри.

Эмма посмотрела на него с удивлением.

— Я не могу ненавидеть ее, она была напугана.

— То, что она сделала с тобой… — сказала Эмма, — это неправильно, Генри… Я не могу представить каково это — быть в такой ситуации и осознавать, что все, что меня окружает — ненастоящее и лживое. Быть единственным человеком в городе, который взрослеет. Да, я определенно сошла бы с ума.

Генри кивнул, вытирая слезы рукавом.

— Но…

— Но ты любишь ее? — предположила Эмма.

Генри в подтверждение кивнул:

— Я просто был очень зол на нее. Я знал, что проклятие было реальным. Я знал, что она была Злой Королевой, а она отрицала это. Она убила шерифа Грэма и попыталась убить тебя. Она посадила Мэри-Маргарет за убийство!